Они увидели брошенные легковые машины разных марок. Не самодельные как на свалке, а подлинные из далекого прошлого. Все машины были искорежены взрывами, изрешечены пулями. Они увидели в машинах останки людей. Много. Давно уже разложившиеся тела сверкали белизной костей сквозь остатки одежды. Некоторые были похожи на мумии. Некоторые растерзанные части тел лежали около машин, и можно было предположить, что над этим поработали дикие животные. Доктор присел и внимательно рассмотрел одно тело. Поднялся, сказал:
– Могу предположить, что этим телам не меньше десяти – пятнадцати лет. Они убиты осколками и пулями. Здесь шла настоящая полномасштабная война.
– Война, похоже, здесь не прекратилась до сих пор. Но это мегаполис. Не может быть, чтобы мы не смогли найти здесь адекватных людей, – сказал Алекс.
– Где война, там адекватных не ищут. Воюющие люди всегда доказывают только одну теорему.
– Какую?
– Теорему о своем призрачном существовании. Давайте возвращаться назад, к Шустрику, день идет к концу, до наступления ночи желательно вернуться, – сказал Борис.
Они повернули назад, но неожиданно поняли, что в развалинах и в зарослях дорогу обратно не так легко найти. Пошли наугад и оказались в настоящих джунглях. Плотно стоящие деревья окружали их со всех сторон и даже сверху образовывали подобие навеса. Немного пройдя, они оказались на открытом пространстве.
– Я знаю где мы, друзья, – воскликнул Рудольф – вон там, справа, смотрите. Это очень похоже на старинную крепость… Разрушенные красные башни. Это же московский кремль, или то, что от него осталось. Я этот кремль много раз видел на фотографиях, и еще в каком-то боевике, в детстве. Вон там река.… Все сходится. Это кремль! Средневековая крепость – олицетворение власти в России.
В этот момент неожиданно появились солдаты. Их было человек десять. Небритые, в касках, в бронежилетах, с автоматами в руках. Один из них командовал. Его от остальных отличало только то, что вместо автомата у него был пистолет. Троих марсонавтов быстро окружили. Они увидели в глазах солдат все тот же страх с крайним удивлением.
Борис тут же попросил Алекса перевести на русский через электронного переводчика:
– Господа. Мы астронавты. Отведите нас к администрации города. Нам нужна связь. Мы должны сообщить о своем прибытии в центр управления космическими полетами США.
Когда Алекс перевел, наступила тишина. Вот только страх у солдат пропал. Они передернули затворы автоматов, и кажется, со злостью надвинулись на астронавтов. Главный поднял руку и остановил их.
– У вас есть оружие? – спросил он.
– Оружия у нас нет. Мы мирные люди. Мы прибыли с … – Борис замялся. А что если слово Марс вызовет у них еще большую агрессию? … – с космической станции.
Главный им ничего не сказал. Он прокричал нечленораздельно и коротко что-то солдатам, те быстро выстроились в две шеренги с двух сторон астронавтов, главный встал чуть сбоку и спереди. И их повели.
– Запоминайте дорогу, – тихо сказал друзьям Борис.
Шли они не долго, но трудно. Приходилось все время преодолевать различные препятствия из разрушенных зданий, брошенных машин, воронок от снарядов. Незаметно для себя они оказались в пустом помещении не больше пятидесяти квадратных метров. Окон не было. Свет попадал сверху из пробоины в крыше. В помещении не было никакой мебели. Астронавтам ни сказали, ни слова. Главный исчез. Солдаты разбрелись и расселись прямо на полу.
Борис оглядел своих спутников.
– Не унывать, друзья. Главный явно пошел докладывать о нас начальству своему. Вероятно, скоро мы все узнаем.
Вдруг послышался шум и яростные крики.
Солдаты резко вскочили. Трое из них кричали и прикладами пытались убить огромную крысу. Их лица были полны злобы и ненависти. Их крики были воинственными и одновременно радостными. Они убивали несчастное животное с такой яростью, с какой борются с всемирным злом! Крыса была размером с взрослую кошку. Она довольно умела сопротивлялась, но силы были явно не равны.
– Вот она, сила радиации! – только и смог произнести от удивления Алекс.
Вскоре бедное животное затихло. Солдаты собрались вокруг ее, возбужденно и весело переговаривались.
– Что они говорят,– спросил Борис Алекса.
– Не могу разобрать смысл. В их речи маленький словарный запас. Они все время повторяют одни и те же слова, которые означают половые органы, все, что связано с соитием. Много междометий и предлогов. Одно слово употребляется чаще других. Это название мужского детородного органа. Кажется, это весь их словарный запас. Возможно смысл в интонации, а не в самих словах. Но они понимают друг друга.
Торжество победы над крысой прервал начальник. Он вошел, крикнул опять что-то нечленораздельное. Солдаты с неудовольствием оставили мертвую крысу и построились в шеренгу. Вошел хорошо одетый человек. Это был первый, кого марсонавты увидели с момента своего прилета похожего на цивилизованного человека. Он был в костюме и в галстуке. Лицо его было похоже на смятый кусок китайского шелка. Нос и брови были как тонкие написанные иероглифы. А губы похожи на палочки из Китайской книги перемен. Сразу видно – большой чиновник. Казалось, что из его уст должны вылетать не простые слова, а пророчества. Только крупные и круглые глаза не вписывались в каноны древней культуры. Они вылезали из глазниц, как будто публично заявляли о своей самостоятельности. Он подошел на расстоянии пяти шагов к астронавтам. От его рыжих, редких и тонких волос шел неприятный и неузнаваемый аромат. Не произнеся ни слова, он стал рассматривать астронавтов, как на выставке. Внимательно, дотошно он буквально изучал каждого по дюйму. Это продолжалось довольно долго. Но – что делать? Уставшие астронавты терпеливо ждали. Наконец процедура изучения была закончена и человек с выпученными глазами тихим голосом представился.
– Меня зовут Дмитрий Дмитриевич. Я глава администрации Главнокомандующего. Пройдемте со мной. Главнокомандующий вас ждет.
Дорога к Главнокомандующему была долгой. Те солдаты, которые их привели, остались в помещении. Сопровождали их совсем другие воины. Их было пятеро и одеты они были очень даже прилично. Задранные высоко фуражки. На грудях у каждого нескромно позвякивали медали и ордена. Сапоги абсолютно черного цвета, блестели как лаковые. Вместо автоматов у них были винтовки. Бледные как мел лица выражали полное превосходство над самой жизнью. Чувствовалось, что они преисполнены гордостью сопровождать этих странных господ к самому Главнокомандующему. Чем дальше они шли, тем ярче становилась обстановка вокруг. Появились чистота, порядок. Яркое освещение заполняло пространство широкого коридора. Все сверкало в золоте, и даже высокий потолок отливал блеском золота. Золота было много, слишком много. Им были покрыты стены, потолок, высокие двери, рамы окон, кресла стоящие рядком по стенам, рамы пышных картин из жизни каких-то высокопоставленных вельмож позапрошлого века. Но, что бросилось в глаза астронавтам – пышная позолота кресел сочеталась с их старой и порванной обивкой. А позолоченные рамы окон обрамляли совершенно грязные, местами треснувшие стекла. Красивый дубовый паркет был местами стерт и скрипел. С богато украшенных золотом старинных люстр свисали ленты с клеем от мух. Ленты были усыпаны черными и жирными дохлыми мухами. Странным образом убогость сочеталась с пышностью. И той и другой было с переизбытком.
Они подошли к невероятно высоким красивым дверям. Сопровождавшие их бойцы остались стоять, а к ним подошли двое других солдат. Эти были одеты с еще большим шиком. Их убранство дополнялось золотыми аксельбантами. И у них были винтовки с примкнутыми штыками. Массивные, парадные двери торжественно открылись, при этом раздался скрип несмазанных петель. Трое марсонавтов в сопровождении двоих служивых и Дмитрия Дмитриевича вошли в огромный зал с колоннами. Служивые шли строевым шагом. Они выворачивали ноги так, что у любого возникал вопрос: «Как же так можно?»
Далеко, в противоположной стороне зала стоял трон высотой в полтора человеческих роста. Он был также как и все остальное в золоте. Над троном висел золотой, опять же, символ России – двуглавый орел. На полу, на расстоянии примерно пятнадцати метров, прямо на красиво инструктированном дубовом паркете была неаккуратно проведена толстая желтая полоса. Астронавтов подвели к ней.