Вода прохладным потоком обволакивала шею. Дверь в квартиру Чонука была не закрыта, девушка прошмыгнула внутрь и сразу же огляделась по сторонам. Было мрачно, свет нигде не горел, а освещены были лишь одна из дальних комнат и зал. Чон стоял в конце ведущего в прихожую коридора. Нарим поспешила в сторону парня.
– Чон! – крикнула она, и юноша, точно так же побежав навстречу, крепко обхватил руками, зарывшись лицом в плече девушки. – Всё хорошо, я успела. Ты испугался?
– Нарим, – еле слышно пробормотал Чонук, ещё крепче сжав подругу в объятиях, – нет никакой воды. И не было никогда. Её не существует, Нарим.
flashback
Тэён выбрался из магазина, распрощавшись с Усоком. Дверь хлопнула, и юноша полностью погрузился в объятия слепящего солнца и довольно оживлённого в утреннее время города. Парень разложил руки по карманам брюк и завернул влево. Он так давно не показывался на учёбе, что его наверняка прокляли педагоги, считавшие парня когда-то тем, кто добьётся многого. И пусть у него не ладилось с вокалом, зато в теории музыки он был очень старательным и смышлённым. На носу были экзамены, он должен будет их сдать, чтобы не оставили на второй год. Он обязательно сдаст, здесь даже сомнений нет, однако за пропуски перед преподавателями будет ужасно стыдно…
– Разговор есть, – перехватил внимание Тэ чей-то голос, и юноша обернулся, любопытно выглянув из-под длинной зелёной чёлки.
По левую сторону от него стоял Чонук, и это было не к добру.
– Если я скажу, что я тебе не верю? Всё, что вы видите – не более, чем галлюцинации, – осведомил Чон, – и я могу доказать это.
– Каким это образом ты собрался доказывать то, о чём и малейшего представления не имеешь? – растянулся в кривой усмешке Тэён, оглядев черноволосого с ног до головы.
– Вы видите воду. Она заполняет город не сразу, делает это постепенно, а чтобы «выжить», вы просто целуетесь. Вот и всё. Недостаточно этого? Групповые галлюцинации реальны, с ума не всегда сходят поодиночке, и ты об этом знаешь… Один внушает, другой невольно поддаётся внушению, а в итоге, оба верят в историю, которую создали сами. Если я не ошибаюсь, вы ещё и в одно время этим страдаете? Связь, да? А знаешь, как лечатся групповые галлюцинации? – тонкие губы Чонука растянулись в недоброй ухмылке, парень резко изменился в лице, а сердце Тэёна рухнуло прямо в пятки. Доводы Чона были понятны и все они были направлены против Тэ. – Первым делом, исключаются стрессовые факторы. Ты, Тэён, – стрессовый фактор. И я намерен тебя исключить. Больных следует разделять, иначе этот ваш кошмар никогда не закончится. А что, если я могу помочь?
– Ты не помочь хочешь, – отшагнул назад Тэён, резко замотав головой, – а от меня избавиться. Тебе нужна Нарим, а я мешаю. Знаешь что? У тебя столько шансов изменить всё было, а ты все провалил. Ты хоть раз ей поверил? Я ведь прав. Иначе ты бы просто так не искал меня. Нарим не нужны такие друзья.
Тэён напоследок окинул взглядом парня и сорвался с места, продолжив идти в свою сторону.
– А она не друг мне, может, я люблю её! – крикнул вдогонку уходящему Чонук, и Тэ остановился на месте, вновь обернувшись назад.
Ким хотел что-то ответить, но не мог найти и слова. Обидные вещи говорить было совестно, ведь парень, быть может, искренен, на зависть давить так же не хотелось, это было бы слишком подло, а больше ничего в голову и не приходило. Было бы лучше смолчать.
Тэён вдруг побледнел, ушные перепонки прошибло спазмом, и парень поморщился. Голова привычно загудела, а звуков вокруг не стало. Чонук отслеживал каждое движение парня, что вдруг согнулся в спине и зажал уши ладонями. В глазах читалась знакомая паника, а метающийся из стороны в сторону взгляд дал понять, что, кажется, приступ… Значит и у Нарим? Парень завернулся в противоположную от Тэёна сторону и спешно зашагал прочь. Губы поджимались в обиде, асфальт под ногами скрипел, а Чон был полон решимости. Из заднего кармана джинсов незамедлительно он достал телефон. Пальцы разблокировали экран.
– Нарим, помоги. Мне страшно… Мне очень страшно, Нарим. Вода.
end flashback
– Что ты такое говоришь? – дрожащим голосом бормотала девушка, постепенно отстраняясь от парня, отпираясь руками, размыкая не столь настойчивые объятия. – Что ты такое говоришь, Чонук?
– Я обманул, прости, – поджал тонкие губы парень, опустив взгляд вниз.
– Для тебя всё это шутки? – Нарим нервно сглотнула и неверяще замотала головой, голос то и дело срывался на шёпот, а девушка всё дальше и дальше отходила от юноши, не переставая таранить того самым ужасным в мире взглядом.
Вода подступала к губам, всё быстрее и быстрее поднимаясь вверх. Со стороны распахнутой настежь двери послышалось громыхание на лестничной клетке и гулкие шаги вверх по лестнице. Нарим развернулась в сторону выхода и поспешила к дверному проходу, по ту сторону которого к ней бежал Тэён. Он всё-таки успел, он здесь и спасёт её. Однако Чонук опередил и, перегородив путь, провернул защёлку на замке.
– Нарим!!! Нет! Нарим! – Тэён колотил руками в закрытую металлическую дверь и заглатывал последние доступные крохи воздуха. – Она умрёт, Чонук, не нужно! Чонук! Она умрёт! Открой! Ты не знаешь, что творишь! Это не шутки, Чонук! ОНА УМРЁТ! НЕ НУЖНО! ПОЖАЛУЙСТА! Чонук, ОНА УМРЁТ!!!
Глаза ненормально расширялись, кулаки сбивались в кровь, ноги подкашивались, а в голове гудело от собственного голоса. Так не должно быть. Она не должна умереть! Тэён должен был спасти её, он должен был успеть.
Нарим, уже полностью ушедшая под воду, боролась с Чонуком, пытаясь сдвинуть того от двери, но ничего не выходило, все попытки были тщетны. Но сдаваться было нельзя, ведь за дверью задерживал дыхание Тэён, которому ни в коем случае нельзя позволить умереть. Она себе этого не простит.
– Я не пущу тебя, ты не понимаешь, что творишь! – мотал головой Чон, сожалеюще смотря сверху вниз на девушку. – Всё пройдёт, всё не то, каким ты это видишь, Нарим.
Ей хотелось говорить, хотелось кричать, но тратить последние крохи дыхания на такие вещи нельзя. Нужно выжить. Она лишь замахнулась и со всей силы проехалась кулаком по челюсти друга, надеясь хоть так привести того в чувства, однако получила лишь сдавленное шипение и непробиваемое смирение. Он не ударит её в ответ, не разозлится, но и не пустит. Она должна понять, что всё это ненастоящее, что нет никакой воды, а есть лишь то, во что она верит, то, что внушил ей Тэён, то, с чем нужно бороться. Она должна была бороться с этим. Бороться с иллюзией.
***
Сора сидела на подоконнике и смотрела в окно. Тонкие шторы разлетались от влетающих в приоткрытую створку потоков сквозняка, разлетались и волосы, обнажая тонкую немного бледную шею. Девушка смотрела вниз, изучая красивый маленький мир с высоты пятого этажа. Недостаточно, чтобы оглядеть город целиком, но, чтобы увидеть лучшую его часть, вполне приемлемо.
– Никто ведь не знает, что с нами такое происходит, каковы шансы на то, что мы и правда больны? – усмехнулась девушка, повернув голову в сторону сидящего в кресле мужчины. Юнхо на эти слова лишь зашёлся в улыбке да подпёр висок кулаком, удобнее облокотившись на стол. – Ты прав, это бред, – вновь отвернулась к окну Сора, – ударь меня, если я ещё хоть раз об этом подумаю… Но меня до сих пор мучает вопрос: какова природа этого «безумия»?
– Просто… Таков мир? Всё равно, что спрашивать, почему существует зима или лето.