Он крепче вцепился в мои волосы, и по инстинкту я поспешила и плюнула ему в ладонь.
Его рука исчезла, за этим быстро последовало низкое рычание, эхом отдающееся в воздухе. Каспиан отпустил волосы, и я начала поворачивать голову, чтобы посмотреть, что он делает, но его руки на моей заднице, раздвигающие ее, удержали меня на месте.
Нет.
— Каспиан…
Твердая длина его члена была тяжелой между моих ягодиц, смазанная, несомненно, моей слюной, скользила вперед-назад, медленно покачиваясь вдоль щели. Это было так грязно, но, Господи, как же это было приятно. Все внутри меня сжалось от потребности.
Он положил руку мне на спину. — Ты моя, маленькая проказница. Вся ты. Даже это. — Одним легким движением толстая головка его члена оказалась у моей складочки.
Я решительно замотала головой.
Я ошибалась, я не переживу этого. Он был слишком большим, и я никогда не делала ничего… там.
Он разорвет меня на части.
Я уперлась руками в землю и бросилась прочь от него.
Каспиан схватил меня за лодыжки и потащил назад. Земля и трава обжигали мою кожу, а рубашка натянулась на груди.
— Нет, — плакала я. — Пожалуйста. — Мое дыхание было неровным, а сердце подскочило к горлу. — Я не готова.
Он перевернул меня и погрузил средний палец в мою киску. Его рот скривился в ухмылке. — Нет? — Он добавил второй палец, погрузив его до самой костяшки. — Мне кажется, ты готова.
Я выгнула спину и надавила на его руку, пока он вводил и выводил пальцы. Звуки, которые издавало мое тело. Боже. Звуки. Я была такой мокрой, и эти звуки, казалось, только подстегивали его. Его большой палец прижался к моему клитору, и я начала раскрываться. Мое тело было похоже на океанские волны позади нас, нарастающие и вздымающиеся, готовые обрушиться.
— О, ты имеешь в виду здесь. — Он раздвинул пальцы и провел ими по моей дырочке, по той дырочке, запретной, кружась и кружась, пока я не обмякла, а затем, наконец, ввел кончик пальца внутрь.
Мое тело задрожало, когда мои стенки сжались вокруг него. Давление было таким чужим и в то же время таким желанным.
Он снова улыбнулся. — Тебе это нравится. — Он не спрашивал.
Нравилось ли мне это?
То, как сжатие в моем животе взорвалось огненными искрами, говорило о том, что да, хотя мой разум отрицал это.
Он вдавился до следующей костяшки.
О, Боже. Это было неправильно, непристойно, по-звериному.
Но так хорошо, так очень хорошо.
Мою кожу словно пронзили тысячи электризующих игл, а затем лизнуло пламя. Я сжималась и разжималась вокруг него, одновременно напуганная и возбужденная. — Остановись, — хотела крикнуть я, но слова застряли в горле. Хотела вытолкнуть его обратно, но в то же время надавить на его руку и втянуть его в себя.
— Я собираюсь заполнить все твои дырочки. Все до единой, — сказал он с протяжным рыком, казалось, опьяненный властью, которую он излучал надо мной. Каспиан двинул пальцем вглубь запретного места, и в моем животе зародилась знакомая дрожь удовольствия. Тугого. Горячего. Яростного.
Я была прямо там, на грани. Еще немного…
Он вынул палец из меня и вытер его о свои брюки. — Скоро.
Я уставилась на него, не в силах говорить.
Или думать.
Все, чего я хотела, это чувствовать.
В его глазах была дикая, необузданная дикость, когда он стянул с меня шорты и трусики до конца, а затем расположился между моих ног.