— Конечно, настоящий! Смотрим – блестит. Расковыряли – чайник. Знаете, когда электричества было много? Чайник из нержавейки, ничегошеньки не сделалось. Я, такая: на проходную с чайником нельзя. Мы же крысятничали.
— Вы нашли чайник на чужой территории? — переспросил Марк.
— Крысятничать – как воровать. Только не на терратории, а просто на чужой делянке. Ну, почти как. Они неженки и дождика забоялись. Вот и остались без чайника. Но охранники – всё равно отберут. Скажут: мы вас пустили ме-те-оро-логитчески, – клад теперь наш. Значит, надо идти на Перешлёп.
— В смысле, «Перекоп»?
Фредерик усмехнулся. — Новая география Хьюстона, Марк. Перешлёп. Ниже дамбы ручей и секретный путь на Кучу. Такой секретный, все про него знают, кроме охранников. И ФБР тоже не знает, оказывается.
— Если он такой, нафиг, секретный, зачем все платят на воротах по десять баксов?
— На Перешлёпе – грязь по пояс. Этот путь – не для неженок, — сказала Саманта. Прозвучало так, будто дочка уже попробовала Перешлёп пару раз, просто чтобы доказать всем, что не-неженка.
— А охранники на Куче, выходит, пока ещё неженки, — сказал Марк.
Жасмин тряхнула мальчишеской стрижкой. — Охранники? Неженки! Короче, мы перешлёпали с чайником и побежали на завод к мистеру Фредерику.
— Это ты стучалась в ворота?
— Милли долбил кирпичом. Он ваще тихий, но если надо – умеет пошуметь. На заводе, вроде, – никого. Тогда я говорю: мистер Сполдинг ушёл. Без базара, мы изнутри ворота откроем. Берти в дырку пролезет. Там секретная дырка – за бомбой номер один.
— Такая секретная, что все знают? — спросил Марк.
— Все знают, только взрослые или неженки – нифига не пролезут. Мы обошли вокруг забора. А тут: трах! Бах! Как из ружья!
— Это Сполдинг стрелял…
— Проклятый Сполдинг! — сказал Фредерик, — это я виноват. Сам продал Сполдингу эти чёртовы детонаторы! Представляешь, какой я идиот? Этот гад мне баки заливал: мол, двоюродный брат устроился у разборщиков, надо взорвать что-то. И я поверил! Даже помог сделать взрывную машинку для детонатора «TriSafe»… И объяснил, как пользоваться!
— Твоей вины нет, — ответил Марк, — Сполдинг знал, как работать с детонаторами. В армии научили. Хитрая лиса, всех вокруг пальца обвёл. Твоего покорного слугу, в том числе. Не будем об этом. А как вы трое оказались за реакторами?
— О, моя история достаточно проста. Из-за урагана, я отпустил чернорабочих, десятника Денни и кочегаров Кингсли. Вдвоём с Сэм, мы хотели настроить два оставшихся в работе реактора заканчивать цикл – и тоже бежать домой. Вдруг, Сполдинг входит в офис. Наставил на меня свою пушку, и говорит: «Прошу прощения, мистер Штольц, но будьте так любезны, дайте-ка мне ключи от несгораемой кассы.» Я подумал, что из-за денег. На «Синтегазе», у нас всегда сто тысяч в сейфе. Текущие расходы: топливо, пластиковый лом, и так далее.
— Я бы в такой ситуации отдал ключи. Сто килобаксов – неплохие деньги, но терять из-за них жизнь вряд ли умнó!
— Вот и я так подумал! Сполдинг отвёл за бомбу номер три и привязал мне обе руки к предохранительному клапану. Помнишь, я тебе объяснял: сзади бомбы есть клапан? Я разозлился, но страха как-то не испытывал. Подумал: не беда. Сполдинг уйдёт, я просто выкручу клапан из гнезда и развяжусь. Начал подсчитывать в голове, какое давление, чтобы не сгореть к чёртовой бабушке. А Сполдинг привёл Марти и Сэм – и тоже привязал. Вот дерьмо! Стал обматывать всё «Примакордом»! Я вспомнил, как Билли рассказывал про операцию «Титаник», и приготовился наложить в штаны от страха. А потом: трах, бах! Как в кино. Прибыл Супермен из ФБР, и всех спас.
— Ты преувеличиваешь, Фред. Супермен из ФБР только отстрелил Сполдингу долбаный детонатор. Жасмин – наша Супервумен.
— Я не Супервумен, мистер Марк, — улыбнулась Жасмин. — Я боялась до усра… Сильно боялась, короче. Сильнее, чем в первый раз на гниль-ямах! Милли и Берти спины подставили, я в дырку пролезла. Сказала себе: надо оружие какое-нибудь. Смотрю: стакан химический. Сэмми называет: ней-тролли-затор. Специальное слово такое.
— Нейтрализатор, Джасси, — поправила Саманта. — Я стакан для мистера Штольца приготовила, чтобы опрокинуть pH в первом реакторе.
— Это только называется ней-тра-лизатор. А на самом деле – серная кислота. H2SO4. Как в старых авто-аккумуляторах, но гораздо сильнее. Кон-цен-три-рованная, правильно?
— Правильно, — улыбнулся Марк. Для босоногой девчонки-мусорщицы, едва окончившей четыре класса и смешно боровшейся с многосложными словами, познания Жасмин просто поразительны. Будущее современной химии находится в надёжных руках.
— Вот я и подумала: бахнуть ней-тра-лизатор на Сполдинга, – ему мало не покажется! Я целилась-целилась, но Сэмми рядом на полу сидела. Я боялась задеть. А когда он, то есть, «Мясник», по мистеру Марку попал из обреза… Я подумала: син-ту-акция одна-значна выходит из-под кон-тролля!
Фредерик широко раскрыл глаза.
— Ситуация однозначно выходит из-под контроля? Ты в самом деле подумала – этими вот словами? — спросил Марк.
— Нет, мистер Марк. На самом деле я подумала: «вот дерьмо!» Никто на Куче специальными словами думать ниумеет. Только мистер Фредерик умеет такими словами без-осан-новачно. Но я тоже хочу так научиться. На Куче – слова неправильные. А специальные слова – это же круто!
— Жасмин, специальные слова ни к чему употреблять всё время, — сказал Фредерик, немного оправившись от такого откровения. — Если ты подумала: «вот дерьмо», так и скажи: «вот дерьмо».
— О-кей, мистер Фредерик. Я подумала: вот дерьмо! Ка-бум! И бухнула Сполдингу из стакана!