Тур Хейердал. Биография. Книга III. Человек и мифы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

«Дорогой Тур. Это письмо предназначается только тебе, так что отложи его и прочитай, когда ты будешь один, в тишине и спокойствии. Жалко, что нас прервали, когда мы с тобой разговаривали на кухне в последний раз, когда я была в Коле — нам было о чем поговорить, и, возможно, это письмо не понадобилось бы. <...> Сейчас, к сожалению, я должна посоветовать тебе кое-что, и если ты этого не поймешь, то, в любом случае, помни: мы слишком хорошо знаем друг друга, и ты знаешь, что я — твой друг. Я думаю, что терпение Ивонн — в отношении семьи Сальво — вряд ли выдержит более серьезное испытание»[1].

Это писала Берглиот Ведберг, невестка Тура Хейердала. На письме стоит штемпель Дьюрсхольма, пригорода Стокгольма, где она жила со своим мужем, профессором философии Андерсом Ведбергом.

Берглиот, или Бэби, как ее звали в семье, давно беспокоилась о своей сестре. Она понимала, что семейная жизнь сестры с Туром оставляет желать лучшего, несмотря на поведение Ивонн в течение многих лет, а также работу в качестве ассистента своего мужа. Берглиот была уверена, что без помощи Ивонн, вплоть до спуска на воду, ни одно из путешествий на папирусных судах «Ра» и «Ра-II» не состоялось бы. «Я разговаривала с членами твоих экспедиций, и, насколько я поняла, Ивонн всегда делала все, что в ее силах, чтобы помочь тебе. Можно ли сделать больше?»[2]. В том числе и по этой причине значительное ухудшение семейных отношений после путешествия на «Ра» стало неприятным сюрпризом. Вернувшись обратно в Колла-Микьери, Тур позволил себе увлечься новой женщиной — Лилианой Сальво. Такое бесчувствие возмутило Берглиот. Он что, не понимал, что «Ивонн терпит адские мучения»?[3]

Берглиот продолжает письмо Туру так: «Подумай, как бы ты сам отреагировал, если бы Ивонн нашла себе массажиста, которому она вдруг начала бы оказывать внимание самыми разными способами и проводила бы с ним больше времени, чем с собственной семьей? Ты бы разозлился <...> я знаю, что ты, определенно, не стал бы с этим мириться, к тому же не преминул бы указать, мол, "а что подумают люди в Алассио?"».

Лилиана Сальво работала массажисткой, ее муж Джованни — полицейским. У них было трое детей, они жили в Алассио — маленьком пляжном городке на Итальянской Ривьере, недалеко от холма, где находилась Колла-Микьери. Вместе со старшей дочерью Аннетте Ивонн ходила к фру Сальво на процедуры. После экспедиции на «Ра» у Тура случился радикулит. Они сочли, что Туру также будет полезен массаж, и его знакомство с Лилианой произошло по их инициативе[4]. Обычно Джованни не разрешал жене принимать пациентов-мужчин, но для знаменитого Тура Хейердала он сделал исключение.

Часы, проведенные у Лилианы, постепенно превратились в нечто большее, чем встречи медсестры и пациента. Отношения принимали все более определенные формы, с еженедельными обедами, которые «ничто не могло отменить», не говоря уже обо всех пикниках в «другом владении», как семья называла холмик неподалеку от главного дома[5].

«Ты крайне недоволен Ивонн, — пишет далее Берглиот, мешая шведский и норвежский. — Я думаю, что ты фактически никогда — несмотря на то что в твоем доме меня не стеснялись — никогда в моем присутствии не благодарил Ивонн за то, что она сделала, напротив, ей всегда предъявлялись тысячи претензий, хотя, по большей части, она ни в чем не была виновата. Я думаю, что ты сам не отдаешь себе отчета в том, что значит Ивонн для тебя и твоих детей — всех пятерых»[6].

В конце она предупреждает Тура: «Если поддашься своим чувствам [в отношении Лилианы], то ты должен понимать, что все полетит к черту — и брак, и Колла, и семья. Думаю, что и сам ты счастливее от этого не станешь. <...> На этом я заканчиваю, но ты должен что-то сделать незамедлительно <...> чтобы не обижать и не унижать свою семью — дальше так дело продолжаться не может»[7].

Но оно продолжилось.

Происхождение Лилианы Сальво было небезупречным. Ее прадедушка был евреем и владел торговым путем между Калькуттой в Керале на западном побережье Индии и Тунисом в Северной Африке. Во время посещения одной из деревень в тунисской пустыне он познакомился с дочерью туарега и женился на ней. У них родилась дочь — бабушка Лилианы.

Торговец из Калькутты имел хороший доход от своей деятельности, и однажды он смог купить землю в Умбрии — одном из районов центральной части Апеннинского полуострова. Его дочка влюбилась в сына местного крестьянина, и когда отец запретил ей выходить замуж за католика, она сбежала со своим возлюбленным, и так родилась мать Лилианы. Она, в свою очередь, родила пятерых детей — двоих сыновей и троих дочерей. Лилиана появилась на свет в 1933 году, и в Италии, где тогда правил Муссолини, шептались, что она еврейка. Во время войны, несмотря на свои юные годы, она попала в концлагерь, где ее били и насиловали. В 1943 году, когда в Италию вошли союзные войска, после трех лет плена она попала к американским солдатам. В Алассио Лилиана приехала уже взрослой, тут она получила работу массажистки в одной из больниц[8].

Ивонн и дочери никак не понимали, что Тур нашел в Лилиане. Насколько они могли судить, она не была ни умной, ни красивой. Между собой Аннетте, Мариан и Беттина называли ее «сучкой».

Сам Тур Хейердал только один раз упомянул Лилиану. В своей автобиографической книге «По следам Адама» (1988) он писал: «С черными, как вороново крыло, волосами и теплыми, южными глазами она представляла собой разительный контраст по сравнению с Лив и Ивонн, <...> Когда я встретил ее, она предстала передо мной, как сказочный персонаж, прямо из "Тысячи и одной ночи". Так считал не только я. Принцесса Монако Каролина, с которой они впоследствии подружились, прямо заявила: "Ты прямо как настоящая сказочная принцесса. У меня-то только титул"»[9].

Хотя отношения Лилианы с Туром так и остались загадкой для семьи, и Ивонн, и пятеро его детей пытались найти объяснение поведению отца: не для того, чтобы его оправдать, но чтобы попытаться понять, если это возможно.

Жизнь Тура была беспорядочной и сложной, когда он вступил в отношения с Лилианой. Он устал от Ивонн, как часто уставал от людей, находившихся слишком близко. Тур все чаще говорил о себе и о своем, не слушая, что говорила Ивонн или другие. Он требовал, чтобы вокруг него все было в полном порядке, и, будучи педантом, срывался на окружающих за малейшую оплошность. Ивонн не выносила этого и временами даже переставала есть. Дочери с возрастом начали стремиться к самостоятельности и также редко теперь бывали дома к обеду. Общение за столом сходило на нет и полностью исчезло, когда Тур съехался с Лилианой.

Дочери. У Тура и Ивонн Хейердал было три дочери, все они выросли в Колла-Микьери на Итальянской Ривьере. Слева направо: Тур, Аннетте, Беттина, Ивонн и Мариан (на переднем плане)

В то же время становилось все труднее и труднее содержать большой дом. Чтобы финансировать экспедиции на «Ра», Тур получил большие авансы от издательств, как в своей стране, так и из-за рубежа. Хотя книга о «Ра» так же стала бестселлером, практически в той же степени, что и книги о «Кон-Тики» и «Аку-Аку» об экспедиции на остров Пасхи, доход оказался невелик. Средства требовались не только на содержание дома. Будучи приверженцем пищи и вина собственного производства, он еще содержал две крестьянские семьи, а кроме того — штат ремесленников, которые приходили и уходили. Он также платил зарплату секретарю и домработнице.

Тур Хейердал переехал в 1958 году из Норвегии в Колла-Микьери в том числе в поисках покоя, и в 1960-е гг. ему удалось более или менее укрыться от внешнего мира. Друзья и знакомые, тот или другой ученый или журналист — немногие стучались в его дверь. В 1970-е гг. ситуация изменилась. Начали приезжать туристы: люди, которые слышали о Туре Хейердале или, возможно, читали его книги, собирались толпой у его ворот в надежде поздороваться с ним. Поначалу Хейердалу это нравилось, но постепенно восторг угас, и он начал скрываться. Он стал пленником в своей итальянской усадьбе, которая постепенно теряла свою привлекательность, лишаясь теплоты и сердечности.

Противодействие, с которым Хейердал в течение многих лет сталкивался в академической среде, также лишило его сил. После тяжелой борьбы он, в конце концов, добился признания своей гипотезы о культурных контактах между Южной Америкой и Полинезией. Однако признание было не более чем условным. То, что ученые признали саму постановку проблемы и ее ценность для дальнейших исследований, не означало, что они согласились с сущностью его заключений. Хотя Хейердала и чествовали за увлекательные экспедиции, все же критики продолжали сомневаться в его научной квалификации. Активные нападки на его исследования продолжались, но, по сравнению с прошлым, они приобрели спорадический характер.

Разочаровавшись, Тур сменил «место работы» с Тихого океана на Атлантический, где он снова удивил целый мир рискованным путешествием на примитивных доисторических транспортных средствах. Но несмотря на то что плавания на «Ра» и «Ра-II» приобрели большую популярность у широкой публики, в академических кругах они не нашли ни малейшего сочувствия. Ученые отклонили гипотезу Хейердала о том, что древние египтяне столкнулись в результате плавания через Атлантический океан с высококультурными цивилизациями Мексики и Перу, и сочли ее неинтересной для дальнейших исследований. Это мнение Хейердал решил принять к сведению и на этот раз не стал поднимать перчатку, как он сделал после экспедиции на «Кон-Тики».

Сам Тур Хейердал говорил, что в это время оказался «без якоря»[10]. Именно в этой нервирующей ситуации он позволил Лилиане Сальво позаботиться о нем. Она повела его в теплую комнату — что-то вроде сауны, там ему делали массаж, мыли и ухаживали за ним.

Как и раньше, Тур напряженно работал; у него постоянно была какая-то рукопись, которую нужно было закончить: книга, статья или доклад, он без конца путешествовал но разным странам и континентам. После долгого дня или утомительного путешествия отдать себя в руки Лилианы стало настоящим блаженством. Кроме того, она хорошо знала итальянскую кухню, и у нее всегда находились изысканнейшие блюда для такого гурмана, как Тур Хейердал. Лилиана была простым человеком, она всегда старалась угодить Туру и никогда ему не перечила. Кроме того, он не чувствовал по отношению к ней никаких обязательств, скорее, напротив — своего рода свободу, которой ему не доставало в отношениях с другими женщинами.

Чувства возникли и развились сначала у Лилианы, но она не осмеливалась говорить об этом: у нее ведь были муж и трое детей. Кроме того, ее здоровье оставляло желать лучшего, причиной чему отчасти послужило пребывание в концлагере, и временами ей приходилось лежать в больнице. Тур иногда помогал ей деньгами, оплачивая консультации у врачей, и когда она заметила, что и он начал проявлять чувства, то испугалась, что он делает это из сострадания[11]. Но чувства были достаточно искренними, и постепенно между ними возникла связь.

Многие в семье Хейердала считали, что движущей силой влечения Тура к Лилиане стала тоска по Лауре. Лаура — это няня из Ларвика, давшая ему в детстве ласку и душевную близость, то, чего ему никогда не доставалось от матери. Лаура шлепала и обнимала его, именно она, а не мать, помогла ему совершить первые открытия на тропе любви. Алисон, как звали мать, открыла ему окно в мир, к Чарльзу Дарвину и всему тому, что впоследствии определило его увлечение естественными науками. Но дверь к человеческим чувствам она держала закрытой.

После трех браков Алисон потеряла уважение к мужчинам. Она хотела вырастить сына не таким, как те мужчины, которых она знала, и придерживалась в воспитании самых строгих правил. Все подчинялось правилам, начиная с того, какой игрушкой играть, и заканчивая тем, когда можно ходить на горшок. Ему не разрешалось общаться со сверстниками, кроме как в школе, вместо этого он ходил по холодным комнатам дома, где, конечно, мать заботилась об его умственном развитии, но именно Лаура дала ему то, что должно было быть материнским теплом[12].

Стремление матери оградить мальчика от нежелательного общения сделало его нерешительным и замкнутым. В подростковом возрасте Тур вел себя с девочками очень неуклюже, и когда они подходили к нему, он не знал, что сказать[13]. Жизнь с Лив, первой женой Тура, началась с романтики, когда они сели в Марселе на пароход и отправились в медовый месяц на далекие Маркизские острова Французской Полинезии. Однако эротическая сторона не получила у них должного развития, и без этой связки брак распался в тот момент, когда Тур встретил Ивонн, ставшую его второй женой. Но и в этом браке дела обстояли не лучше. Переехав в Италию, он постоянно заводил любовниц, но не находил того, что искал, пока не встретил Лилиану, «которая на много лет стала частью моей жизни»[14].

Помимо обязанностей жены-домохозяйки и матери, и Лив, и Ивонн жертвовали своим временем и силами, служа помощницами своему мужу, часто внося ценный вклад в то, что он делал. В этом смысле обе стали инструментами в развитии Тура Хейердала как ученого, без их помощи его научные достижения были бы гораздо скромнее.

У Лилианы не было таких качеств. Она не понимала, чем занимается Тур, и он не мог пробовать свои идеи и мысли на ней, как с Лив и Ивонн. Более того, она не владела английским языком — основным рабочим языком Тура Хейердала. Чтобы как-то компенсировать отсутствие у нее способностей, необходимых для секретаря, Тур отправил ее на учебу в Лондон, однако, это не помогло. Время от времени он скучал по тому помощнику и партнеру, которого он имел в лице Ивонн: ее заинтересованности в его теориях и экспедициях, критических замечаниях, не говоря уже о практической помощи, получаемой от нее. Однако эта тоска не поколебала отношения с Лилианой, и семья очень удивилась, как легко он отказался от организаторского таланта Ивонн, от которого он раньше очень зависел.

С Лилианой он нашел то тепло, которого не испытывал со времен няни Лауры. Именно из-за этого тепла он был готов пожертвовать семьей.

[1]  Берглиот Ведберг в письме к Туру Хейердалу от 10 февраля 1973 г.

[2]  Там же.

[3]  Там же.

[4]  Мариан и Беттина Хейердал в беседе с автором.

[5]  Берглиот Ведберг в письме к Туру Хейердалу от 10 февраля 1973 г.

[6]  Там же. У Тура Хейердала было трое дочерей — Аннетте, Мариан и Беттина, и сыновья Тур и Бьёрн (Бамсе) от брака с Лив.

[7]  Там же.

[8]  Лилиана Сальво в беседе с автором.

[9]  По следам Адама, с.239 [Здесь и далее названия монографий приводятся без кавычек, автором которых (если не указано в скобках) является Тур Хейердал. Также, помимо бесед с источниками и писем, автор ссылается на статьи в журналах, название которых также приводятся без кавычек, в расчете на то, что читателю они уже знакомы из основного текста. Почти все источники перечислены в соответствующем разделе в  конце книги на языке оригинала. В оригинальном издании книги в сносках источники встречаются на обоих (русском и оригинальном) языках. В электронной редакции, для единообразия, все они на русском. Несмотря на это, страницы (там где указано), соответствуют изданию на оригинальном языке. (Прим. fb2-редактора)]

[10]  Там же

[11]  Лилиана Сальво в беседе с автором.

[12]  Тур Хейердал. Человек и океан, с.44

[13]  Там же, с.17

[14]  По следам Адама, с.239