Окольцованные: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Сегодня председатель Иван Петрович принес в сторожку бутылку водки и наливает Матвеичу. Тот не отказывается, но, выпив стопочку, отставляет, хватит, мол. Иван Петрович закуривает и ждет новой истории про Алешу. Дед не заставляет себя ждать.

Попал Алеша на этот раз в большую деревню. Большой и богатый колхоз  в ней был когда-то. Потом как везде разваливаться начал, а потом опять подниматься стал.

Устроился Алеша в работники, работает и к людям приглядывается. Люди-то всегда интересны.

Пошел как-то, раз Алеша коров хозяйских встречать и видит, в переулке трое мужиков одного парня лупят. Подбежал он к ним и давай разнимать. Но не тут то было. Мужики злющие были, досталось и Алеше. Но все равно выручил он парня, а то бы забили его.

Обмылись они у колодца, и разговаривать начали. Сначала парень ничего не говорил, а потом таки понял, что если бы не Алеша, то попал бы в больницу, а то и похуже. А парень  молодой видный, голос приятный.

Рассказал он, что били его за жену одного из мужиков. Похаживал он к ней, пока мужа дома не было. Прознал про то муж и подговорил дружков поучить парня. Вот и вся история.

Уже потом узнал Алеша, что мужики-то из другой деревни были. Вокруг деревни, где Алеша жил, было около десятка других, и все недалеко километрах самое большее в пятнадцати.

Подружился Алеша с парнем. Почти ровесники, чуть парень постарше Алеши. Парень-то сначала не доверял Алеше, а потом как узнал поближе,  так про свою жизнь говорить начал.

Мысли у парня интересные были, но какие-то путанные и неправильные. Спрашивает как-то Алеша его, почему, мол, не женится. Тот и отвечает:

– Рано мне, Алеша, женится. Я доброе дело делаю. Женщинам, да вдовушкам радость даю.

– Как это?

– А вот так! Живет, к примеру, одинокая баба и нету у нее никого. А мужика-то хочется. А где его взять? Негде! Мало мужиков осталось, да и те пьющие. Вот я и помогаю таким. Ей хорошо, и я доволен.

– А как же замужние?

– А что замужние? Не женщины, что ли? Да у них хоть и мужики есть, да что толку. Мужик есть мужик, никакого обхождения. А женщине что хочется? Ласки! Вот я ласку свою и даю им. Им и жить веселее.

– Дак бьют тебя.

– Ну и что. Приходится страдать за доброе дело.

Алеша, конечно, не согласен с ним был, да как таких переломишь. Бесполезно. Приехала как-то в деревню семья. По разговорам молдавские цыгане. Красавица мама и трое детей. Вдовушка, муж в катастрофе погиб.

Парень, конечно, глаз положил на молдаванку. Да ничего не получается у него. Не глядит на него молдаванка. Гоняет парень на своем мотоцикле по деревням, дарит свою ласку другим женщинам,  а вот с молдаванкой, ну ни в какую. Говорил ему Алеша, отступись, да не слушал его парень, привык своего добиваться,  ну и добился таки. Счастливый с неделю ходил, потом загрустил что-то. К молдаванке своей не ходит,  по деревням на мотоцикле не гоняет. Случилось не иначе что-то.

Еле допытал его Алеша. А узнал и удивился, бывает же такое. В общем, узнала молдаванка парня поближе, да и сделала ему. Цыгане же многое могут. Кончилась у парня мужская сила. Все. И радость у него в жизни кончилась. Он уж на коленях перед молдаванкой ползал, пусть, мол, уберет свой наговор. Да что толку. Гордая молдаванка, не хотела делить парня ни с кем, вот и сделала.

Ходил парень к бабкам,  те руками разводят,  ничего, мол, сделать не могут. Лишь одна сказала ему, вот месяц проживешь и ни разу о женщине не подумаешь, может и пройдет все. А как же парню не думать. Высокий, красивый, девки, да молодые женщины на него смотрят.… Как тут не думать…

Пить начал парень, а потом его в командировку послали. Больше Алеша и не видел его. Вскорости отказали ему хозяева, и он снова по России-матушке пошел.

Идет Алеша по дороге и вспоминает парня.

– Всю жизнь парню женщины затмили. Даже не женщины, а страсть его к ним. Ничего кроме страсти своей и не видел парень. Управляла она им, как хотела, вертела в разные стороны, пока не ударила его лбом о камень. Тут-то и задумался парень, он нет – поздно. А сейчас ведь с малолетства приучают ребятишек. Насмотрелся Алеша на газетки, да журналы с голыми женщинами. Да и книжки всякие такие продаются. С детства приучают детей. Мол, давайте, окунайтесь во все это, меньше думать будете, меньше по сторонам смотреть будете, и ничего хорошего в жизни не увидите.

    ***

По деревне поползли слухи, один другого страшнее. Особенно старался коммунист Стешин. Он пугал экспериментами, радиацией и другими не менее жуткими вещами. Федор, демократ-партиец, до поры до времени молчал. Он изучал обстановку. Он уже три раза показывался на глаза Михаилу, новому русскому – ничего. Не узнает, гад. Это хорошо. Скоро Федор определится и вот тогда… Он всю деревню в партию примет, даже детей. А с коммунистами он разберется – не в первой.

Отставной военный не выходил из избы, он дорвался до самогона. Сестра уж гоняла их, гоняла обоих с мужем, бесполезно. Пока все не выпьют, не успокоятся.

Деревня «не любит выпить». А уж если есть повод… Повод был, да еще какой. Непонятные странности творились с деревней. Ну, как за такое не выпить. Мужская половина деревни и начала…

Дворов двести располагались на нескольких улицах, идущих вдоль небольшой речушки. Жители занимались своими делами, которых в деревне всегда много, как вдруг зазвучали выстрелы. У нас ведь как – если где-нибудь что-то стряслось, народ туда. Так и в этот раз. Порядочная толпа собралась у степановского огорода. Огород – соток восемь, был вдоль и поперек перепахан, будто по нему пронеслось стадо коров. Все оказалось проще. Миша, Колян и Степа охотились на Степанова борова. Миша, расставив ноги, командовал, а Степа и Миша были загонщиками. Они держали в руках по здоровенной жердине и прыгали и бегали за хряком. Но тот был очень уж ушлый. Всякий раз, когда Миша поднимал ружье и прикладывал к плечу, хряк делал неожиданный финт и на том месте, где он только что был, взвивался фонтанчик снега.

Развлечение было просто класс! Зрители давали советы, хохотали,  некоторые порывались помочь, но Маня никого не пускала в огород. Порешат еще спьяну друг друга.

 Миша, точно заправский охотник тщательно выцеливал зверя, плавно нажимал на курок, и … промахивался. Остался последний патрон.