Агри кивнул и первым вышел из спальни, а вот остальная троица, как-то все же странно на меня покосилась и осталась.
– Что? – немного раздраженно спросила я, нежно убирая упавшую на лицо Вира белоснежную прядь, а после очерчивая пальцем его скулу.
– С ним действительно все будет хорошо, Даша, не переживай. Драконы очень живучий народ, – голос Сашила был тихим и уверенным. Летатель подошел ко мне и опустил руки на мои напряженные плечи. – Не переживай, – он наклонился и чмокнул меня в макушку, а после покинул комнату.
– Солнечная, не нервничай. Девочкам вредно так много переживать.
– Иди ты,– махнула я на него рукой, а он лишь широко улыбнулся и ушел следом за Сашилом.
Теперь нас осталось трое – я, Вил и Вир.
Близнец был тоже уставшим и каким-то потерянным. Его челюсть была с силой сжата, пальцы чуть дрожали от едва сдерживаемых эмоций, а в серых глазах ярко читались тревога и страх.
– Мне соврали и он все еще в опасности? – спросила у Вилана, что оперся спиной о стену рядом со мной и прикрыл глаза. Указательным и большим пальцами он сжал свою переносицу и тяжело вздохнул.
– Нет, с Виром все нормально. Насколько это возможно при таких ранах. Не в этом дело.
– А в чем тогда? – Вир как-то болезненно выдохнул и напрягся всем телом. Я замерла и нежно погладила его волосы, едва касаясь лица и скульптурных скул. Мое сердце болезненно сжималось от вида искалеченного и потрепанного сражением мужчины. Хотелось плакать и драться, чтобы отомстить тому, кто сотворил подобное с моим любимым.
Мой Виран… Мой сильный и могущественный избранник, Верховный, который ставит свой народ на первое место, забывая про свои чувства и свою жизнь. Настоящий правитель.
– Просто… все как-то слишком просто вышло.
– Просто?! – я взвизгнула чуть громче обычного и Виран дернулся во сне. Я испуганно пождала губы и быстро выдохнула. – На Вире целого места нет, а ты говоришь, что слишком просто?
– Даша, Темный не просто маг, он при желании мог разорвать Вирана на кусочки и тогда бы никакая исцеляющая магия его не спасла… Не волнуйся, я со всем разберусь, а ты будь рядом с моим братом. Ты ему нужна, – Вилан довольно пугающе нежно обнял меня за плечи и похлопал по бедру, перед уходом.
Когда дверь за последним драконом закрылась, я дала волю своим чувствам.
Горячие слезы скользили змейками по моим холодным щекам и дрожащим губам, сталкиваясь на подбородке и капая на рубашку. Я придвинула стул ближе к кровати, и поцеловала уже заметно потеплевшую руку Вирана. Он явно шел на поправку, но легче мне от этого нисколько не было.
– Вир… – сдавленно шепнула я, чувствуя, как сжалось сердце и истерика начала подкатывать к горлу, заставляя судорожно втянуть воздух сквозь стиснутые зубы. – Когда проснешься, я тебя придушу, – клятвенно заверила мужчину, и прижалась лбом к его руке, чувствуя, как едва заметно сжались пальцы Вирана.
– Даш… – послышался тихий, будто шелест листьев, голос Вира. – Огонек… – и я подалась вся вперед.
– Я здесь, Вир, здесь.
– Даша… – выдохнул он, и его веки едва заметно затрепетали, – ляг со мной… – и его губы дрогнули, заставляя меня пораженно застыть и недоуменно уставиться на дракона.
Что?
– Что? – уже вслух спросила я, озадаченно вскинув брови.
– Огонек, полежи со мной. Мне так нужно твое тепло, родная. Я без него не выживу, – и такой голос жалобный, что я бы даже растаяла, если бы не одно «но», губы этого летателя дрогнули в подобие улыбки, что полностью разрушило эффект.
– Виран! – воскликнула я удивленно и пораженно, хмурясь и сверля мужчину тяжелым взглядом. – Ты неисправим!
– Знаю, любимая, – глаза дракона неожиданно широко открылись, и я узрела перед собой насмешливую и прекрасную физиономию Верховного. – Так ляжешь со мной? Я соскучился, – его губы дрогнули, и он выставил руки, раскрывая свои теплые объятия.
– Ты ранен, Виран, – напомнила дракону, на что он лишь закатил глаза и хмыкнул.
– Я заметил.
– Тяжело ранен, Вир. Нога только начала заживать и закрывать открытый перелом, а порез на животе затянулся всего процента на три от силы. Не время сейчас обниматься. Вдруг… вдруг я тебя покалечу…
– Ты? Меня? Я тебя умоляю, родная, – фыркнул Вир, а потом его взгляд стал серьезным и напряженным.
А я замотала головой, чувствуя, как задрожали губы от боли и страха.