Именно эта мысль снова и снова вертелась в моей голове, когда я смотрела на ящера. Мое желание придушить надменного, саркастичного летателя было настолько сильным, что пальцы сводило от жажды все крушить и ломать.
Гад чешуйчатый!
– Милая Сертана, – Виран склонился над протянутой тонкой руке уже заочно ненавидимой мной брюнетки и медленно, словно издеваясь или скорее играя на публику, он прикоснулся своими алчущими, манящими губами к блестящей мелкими искрами коже.
Невеста номер один, не по статусу, а по местной перекличке томно вздохнула и вся задрожала, манерно прикрыв рот свободной конечностью.
Интересно, а нападение на одну из жриц карается чем-нибудь? Потому что если Виран продолжит этот фальшивый во всех отношениях и смыслах спектакль, то кто-то точно пострадает. Вот, например, Сертана (Единый, имя-то какое идиотское. Сер-та-на. Фу, будто серу переименовали) очень подходила на роль первой жертвы.
Так, Даша, успокойся, этот нахальный ящер только этого и добивается – твоей ревности. Вон как он ради этого из чешуи готов выпрыгнуть и лобзает своими полными губами уж слишком какую-то застывшую девицу. Да, он это специально, и в подтверждение этого дрожь – едва заметная и сладкая, прошлась вдоль моего позвоночника, заставляя вздрогнуть и чуть покачнуться на высоких каблуках.
– Ты в порядке? – встревоженный голос Анеллы донесся до меня, будто издалека. Я мотнула головой, сцепив зубы вместе и кивнула.
– Да, в полном.
– А так и не скажешь, – а вот теперь Анелла просто издевалась.
И Сертана с первой жертвы сместилась на роль второй. Во-первых, до этой фанатки косичек тупо было проще добраться и выцарапать ей глаза. А во-вторых, вряд ли за нападение на нее меня будут сильно ругать. Только Сашил на ее боку как-то осуждающе покачал головой и высунул длинный, раздвоенный язык из своей нарисованной пасти.
Класс! Теперь мне стыдно. И из-за кого? Из-за нарисованного дракон-отца моего глюка детства.
Я нервно провела ладонью по своему лицу.
– Вы сегодня просто восхитительно выглядите, – расхваливал откровенно безвкусный наряд Сертаны Виран и я закатила глаза. Столь явная ложь должна была оскорбить девушку, но она лишь блаженно млела и глупо хихикала, не имея сил сопротивляться влечению этого бесстыжего дракона. Ох, он умел правильно расставить акценты – сначала легкий поцелуй руки, даже удивительно, что его не тряхнуло синим светом, а потом он посмотрел прямо в глаза одной из десяти невест и я была уверена, что именно в этот момент Сертана, будь она неладна мысленно пищит от восторга.
Наверняка, она уже начала выбирать свадебное платье, и придумала имена будущим дракончикам.
Вот же стерва!
«Ты так сладко ревнуешь, Огонек», – услышала я приятный, чуть рокочущий голос Вирана у себя в голове.
«Я не ревную», – и даже в собственных мыслях мой голос казался наигранным и жалким. Да, он определенно был жалким и неприятным.
Виран стрельнул в меня пылким взглядом и в следующее мгновение отступил от Сертаны и сложил руки на груди, подчеркнув свои стальные мускулы и животную, дикую грацию, что так и сочилась из его пор и витала вокруг в него в мускусном, свежем запахе свободы.
Наглый, сильный и красивый поганец. Иначе я просто не могу его назвать.
– Прекрасная Элиба, – пришла очередь второй невесты и Виран чуть застенчиво (о да, конечно, так я и купилась на этот трюк) наклонил голову к правому плечу, а после порочно облизнул свою нижнюю губу. Ох… а вот это было… ммм… сильно.
Блин! Нужно переключиться.
Да, отличная идея, необходимо подумать о чем-то нейтральном. Например, птицы. Хорошо. Свободные, парящие в перистых, пушистых облаках, они рассекали границы звука и воздуха, создавая манящий облик возвышенного небытия. Их гибкие, стройные тела совершали невозможное, то падая, то вновь паря над суровой действительностью и в итоге заканчивали свой стремительный путь, приземлившись на какую-нибудь ветку и отдыхая.
Птицы лучше драконов. Первые хотя бы не могут сожрать тебя за один укус. Да и первые не флиртуют со всякими жрицами.
– Верховный, – судорожно выдохнула явно перевозбужденная Элиба, растекаясь лужицей подле длинных ног ящера. И я не шучу! Она действительно начала медленно таясь. С ее светлых, пшеничного оттенка волос и гладкой, фарфоровой кожи начал капать не то воск, не то эпителий, заставляя меня ощутить едва контролируемый приступ тошноты. ЧТО. ЭТО. БЛИН. ТАКОЕ? Как такое вообще может нормально существовать в этом мире, да еще и размножаться. Она же от легкого флирта начала течь, в прямом смысле этого слова, а если дело до прикосновения дойдет, или не дай боги(!) до поцелуя? Элиба просто в жижу трансформируется и уползет в дальний угол комнаты, пока ее любовник голышом прыгает по комнате, ища блудницу?
От подобного образа в моей голове, вспыхнувшего, словно адское пламя, я непроизвольно захихикала и поспешила прикрыть рот ладошкой. Но не вышло. Невесты единым фронтом бросили на меня уничтожающий взгляд. Нет, слушайте, они его репетировали! Не могут даже нелюди быть столь синхронными! Ну не могут, и не пытайтесь меня убедить в обратном.
– Я просто подавилась, лобзайтесь дальше, – махнула я рукой в сторону Вирана и второй невесты, обруч волос которой сейчас стекал вниз по лицу, заставляя меня вспомнить бабушкин кисель.
Бееее. Я и раньше не могла его спокойно пить.
Виран как-то недовольно хмыкнул, а потом взглянул на меня с изумлением. Его красивые, чуть раскосые глаза, казалось, впивались в меня тысячью игл, заставляя вздрогнуть и поежиться. Только Вир может так действовать на девушек, особенно на меня, заставляя быть чересчур буйной, эмоциональной и, возможно, да, скорее наверняка, чуть сумасшедшей.
– Ох, а вот и пришло время животворящей Лалин, – он переключился на третью невесту, а я закатила глаза.
Ну что за ребячество?! Единый, неужели мужчины всех миров настолько твердолобы, и думают лишь о себе и о том, насколько ониуникальны!