Дверь открылась: на пороге муж с суровым, но спокойным лицом и грязный, продрогший, виноватый Петенька.
– Сыночек! – мама бросилась к сыну, тот крепко обнял ее и разрыдался еще больше.
– Мама, прости, я больше не буду!
И как тут не простить? Себе же хуже сделал.
– Прости, пап. – шмыгнул носом, глотая сопли Петя.
– Прощаем, прощаем! – всхлипнула мать. – Мы же тебя так любим! Заставил нас так волноваться! Не убегай больше!
– Не буду! – с жаром заверил маму Петя.
– И ты нас прости. – мать сквозь слезы уже ничего не видела. – Мы обязательно вместе куда-нибудь сходим!
– Например, в церковь. – прозвучал суровый голос папы. – Завтра как раз служба.
Никто не спорил. Немедленно закрыли двери. Петю согрели, накормили, а потом они все вместе поблагодарили Бога за чудесную помощь.
Кто знал, может с Петей случилось бы что похуже, если бы он не молился и родители его?
Собираясь лечь спать после молитвы, Петя вдруг вскочил и побежал к дверям, а потом схватил забытую всеми там корзину с грибами, притащил к родителям и сказал виновато:
– А я вот грибы собрал…
Мама погладила его по голове и отправила спать, думая, что же делать с этими «непослушными» грибами. И решили. Засушили, да роздали по деревне. На следующий день Петя обо всем рассказал священнику на исповеди и почувствовал облегчение, отходя от отца Иоанна.
Завтра они все вместе причастятся. Петя навсегда запомнил, что бывает от непослушания, и как сильна молитва, совершаемая с верой.
Конфеты
В детском саду на празднике раздавали конфеты. Детям дали разное количество сладостей. Одна девочка завопила: "Почему мне так мало? А у него больше! Так нечестно!" Другая девочка, которой досталось еще меньше конфет, была рада и этому, как если бы она получила в подарок целый пакет сладостей.
Первая девочка привыкла к лакомствам: родители часто баловали ее. Вторая получала сладкое только по праздникам, и то не по всем. Первая была недовольна, имея много, а вторая довольствовалась малым, принимая это с радостью и благодарностью.
Желтые цветы и ржавчина (О людях и цветах)
Однажды я видела кем-то посаженое озерце желтых цветов. Они были такими красивыми, что я подумала: какой чистый и яркий цвет! Вокруг них казалось все серым и тусклым.
Немного полюбовавшись цветами, я обнаружила, что посреди клумбы, словно многовековое дерево, врос столб. Не могу сказать точно, что за материал, но думаю, что железо. Вверху он заржавел. Ржавчина и цветы так сильно контрастировали друг с другом, что я удивилась: как можно было сразу не заметить его? А ведь столб всегда там был. И даже тогда, когда я любовалась цветами. Но теперь, когда я его обнаружила, я не могу не замечать его, вросший как многовековое дерево в цветочную клумбу.
Мне бы не хотелось, чтобы столб там находился, но не в моих силах что-то сделать с этим, что-то изменить. И у меня нет на это прав.
Поэтому я должна смириться и принять то, что вижу, таким какое оно есть.
Принять желтые цветы со ржавчиной и ржавчину с желтыми цветами.
Такой же
На детском празднике дети болтали после угощения. Тема беседы зашла о животных. У каждого из детей дома кто-то жил, и они восторженно делились этим друг с другом. Среди них была богатая девочка, которая заявила:
– А у меня пушистый персидский кот Кеша! У него очень красивая шерсть. Родители подарили на день рождения! Он ест только дорогие консервы!
Говорила она так, словно сама заработала деньги и купила кота, словно сама ухаживала за ним. Конечно, это было не так.
– У нас тоже есть кот, Пушок. – сказал негромко скромно одетый мальчик. – Я нашёл его на улице, он был голодный. Мы любим его.
– Фи, – сказала своё хозяйка Кеши.
Конец ознакомительного фрагмента.