– Лана, я позвоню тебе. – крикнул Антон. В ответ я не поворачиваясь помахала рукой.
***
Было девять часов вечера, когда я открыла своими ключами дверь. В квартире стояла тишина. Раздевшись я зашла ванную, чтобы помыть руки и умыться.
Приведя себя в порядок, я направилась в свою комнату. Свет включать не стала и кинув телефон на тумбочку я упала на кровать. Наблюдая на потолке за бликами света с улицы, я пыталась расставить в своей голове все по полочкам, но у меня ничего не получалось.
Я слышала, как мой телефон завибрировал. Это либо Ян, либо Алиса, либо еще кто-то. Мне не хотелось ни с кем говорить. У меня не было на это душевных и моральных сил. Может быть позже напишу.
Почему люди предают? Почему не могут говорить открыто? Разве это трудно прийти и сказать правду?
Я не могла найти ответы на эти вопросы на протяжении всего дня. Еще в начале него я была счастлива, а сейчас мне хотелось заползти в нору, и чтобы все оставили меня в покое.
Спустя час дверной замок щелкнул, и я поняла, что вернулись мои родственники. Мне не хотелось их видеть, и я решила, что посижу пока в комнате.
Прошло еще примерно полчаса, когда дверь в мою комнату с грохотом открылась. Чувствую, что пожалею о том, что забыла запереться, я резко села на постели и посмотрела на отчима.
– Нагулялась? – его злой голос звучал грубо.
– Мне кажется, что принято стучать, когда входите в чужую комнату. – я старалась говорить спокойно, хотя внутри меня все сжалось от неприятного предчувствия.
Проходя по моей комнате, он скользил взглядом по ней, трогая то одни вещи то другие.
Подойдя к кровати, на которой я сидела он посмотрел на меня.
– Значит так. С сегодняшнего дня ты будешь жить так как скажу я. Сейчас же отдашь все карточки, куда ты получаешь деньги и если тебе что-то надо или куда-то соберешься, то разрешение будешь получать у меня. Если откажешься, то пожалеешь, что родилась.
– Извините, но я не буду выполнять то что вы говорите. – Ему меня не запугать. – Во-первых, вы мне никто. Во-вторых, у меня есть мама, а в-третьих, я уже как день явлюсь дееспособной по закону. Я сейчас могу вызвать полицию и вас отсюда попросят. – я понимала, что могу его разозлить, но у меня сегодня нет настроения быть милой. – так что прошу вас покинуть мою комнату. – но при этом я старалась быть вежливой.
Он стоял рядом со злым прищуром. Уголок его губ дергался, а на челюсти ходили желваки.
– Смелая слишком?
– Нет. Просто я не привыкла, чтобы посторонние люди указывали мне как жить. – я сползла с кровати, наблюдая за мужчиной. – Я еще раз прошу вас выйти из комнаты.
– А если я не выйду? – я поняла, что он специально идет на конфликт. Но зачем?
– Тогда выйду я. – мне надо было постараться обезопасить себя. Уже пару раз было, когда она поднимал на меня руку, но сегодня он слишком агрессивен. Мне было страшно и нет.
Я сделала шаг в сторону двери, когда он одним рывком оказался рядом и прижал меня к стене за плечи. Я задела вещи на прикроватной тумбочке, и они посыпались на пол.
– Думаешь самая умная. Думаешь, что я не вижу кто ты. – он слегка стукнул меня о стену. – Запомни, девочка, мне не будет указывать такая сопля как ты. Ты думаешь мне нужна твоя мать. Да таких как она толпа.
Его глаза светились злобой. Я испугалась. Я сильно испугалась. Но старалась не показывать это. Он сжимал мои плечи все сильнее и сильнее. Он был выше и больше меня. Я пыталась придумать хоть что-то чтобы выбраться отсюда.
– Если я терпел тебя месяц, то это не значит, что я буду делать это дальше.
Я теперь понимаю, что конфликт ему был нужен именно для этого. Если он меня сейчас сломает, то он победит. Но я должна бороться. Дотянувшись до первой вещи, которая еще осталась на тумбочке, ею оказались маникюрные ножницы, что было сил я ткнула ему в руку.
Отчим отпустил меня и чертыхаясь выдернул ножницы из руки. Как только это произошло я воспользовалась его замешательством и бросилась в коридор.
– Ах ты маленькая сука! – взревел он и ринулся за мной.
Я почти добежала до двери, когда он схватил меня за волосы и резко дернул назад. Я не удержалась и упала на пол.
Отчим со всей силы ударил мне по животу. От боли я резко выдохнула и свернулась в колачек прикрыв голову руками. Удары сыпались и сыпались. Боль разлилась по всему телу.
– Отец! – Вадим был напуган.