— Хочешь объять необъятное, красавчик? — смачно зашептала она.
От толстухи разило потом и перегаром. Я оттолкнул её от себя. Толчок получился не сильный, но толстуха не удержалась и плюхнулась на задницу, мне показалось, театрально. Завопил. Из-за ширмы выскочил доходяга. Слишком быстро выскочил, как будто специально ждал, что тётка орать начнёт. С виду дикарь, хотя на запястье я заметил штрих-код.
— Ты… — пальцы левой руки сложились в козу, правая потянулась к поясу, где в грубых кожаных ножнах висел тесак, похожий на тот, которым рубят крапивницу.
Классическая разводка. Благородный рыцарь вступается за беззащитную даму, которую я, лох проклятый, обидел, и потому должен выплатить им обоим компенсацию.
Ага, сейчас. Может он и рыцарь, а толстуха — дама, да только я не лох.
Я поправил ремень на плече, меняя положение автомата «за спиной» на положение «с боку». Дикарь впился глазами в ствол и не сказал того, что наверняка намеревался сказать, лишь прошипел:
— Осторожнее, шлак. Смотри, куда прёшь. А ты чё разоралась, дура? Режут тебя что ли?
Толстуха уже и сама сообразила, что тесак против автомата не тянет, ухмыльнулась и укатила за ширму.
Я пошёл дальше. Над входом одного из бараков прочитал вывеску: «Отвёртка». Внизу приписка:
«Салун-казино-бордель-гостиница. Дешёвая выпивка и жрачка. Бабы тоже не дорогие».
Оружейная мастерская должна быть где-то рядом.
По обе стороны от барака стояли строения в диапазоне от шалаша до сарая. У одного на стене был намалёван автомат Калашникова. Я подошёл.
— Есть кто?
— Чего надо? — раздался трескучий голос из глубины.
— Я насчёт патронов. Девятый калибр. Парабеллум.
В дверном проёме показался мужчина в прожжённом холщёвом фартуке. Рукава рубахи закатаны, предплечья в мелких крапинках, словно от ожогов. От него пахло канифолью и угольной пылью.
— Каких ещё патронов? Сдурел? За патронами в арсенал иди, здесь такого добра не водится.
— Меня Кум послал. Сказал, купить можно…
— Ты ори громче, — оружейник прошёлся взглядом по снующему народу. — Ошибся ты, парень, он, верно, тебя в другое место послал, а ты по кой-то хер сюда припёрся.
— Куда послал, туда и припёрся. Мне завтра на смену, а патронов нет. Кум сказал, если не найду… вот тогда точно пошлёт. А в арсенале семьдесят четыре стата за штуку.
— Пистолетный девятого? Парабеллум что ли?
— Ну.
Оружейник ещё раз прошёлся взглядом по толпе и кивнул:
— Заходи.
Он закрыл за мной дверь, накинул щеколду.
Внутри оказалось очень тесно. Половину пространства занимал верстак, у задней стены стоял горн с тлеющими углями, тиски, тигель, бочка с водой. На окне трепыхалась грязная занавеска, рядом на гвозде висел пиджак с заплатами на локтях.
Оружейник подвинул мне табуретку, сам прошёл к горну, раздул угли, стало светлее.
— Кум, говоришь? Как выглядит?
— Лет семьдесят, ниже меня на голову, очки.
— Сколько патронов надо?