«Минуты?» – Маша положила сумку на стул.
Анна двумя пальцами пригладила волосы на виске.
– И будь добра, отнеси вещи в прихожую, им не место на кухне.
***
На следующий день Анна вышла на работу. После поездки на квартиру родителей вернулась повеселевшая, с коробкой в руках. На вопрос дочери, что это, приложила палец к губам, потом нехотя ответила:
– Не хочу сглазить, если всё получится, нас ждут грандиозные события.
А спустя две недели Маше приснился первый сон. Надо сказать, не обделённая вниманием мужского пола, сердечного друга она так и не заимела. Смешливая, весёлая девушка с удовольствием общалась в компании, а вот наедине, даже с понравившимся мужчиной, быстро становилось скучно. В собеседнике вдруг обнаруживала кучу недостатков и, выдумав причину, сбегала.
Приснившийся юноша – воплощение всех её девичьих грёз. Сон же оказался настолько красочным, что она даже поискала в спальне цветок, подаренный Чеславом. Маше чудился нежный запах лилии в каждом уголке квартиры. На неё накатывала грусть, при одной только мысли: Чеслав – причудливая игра подсознания. Вечером, укладываясь спать, она попыталась воскресить в памяти его образ.
– Марцела! – Лёгкое дуновение ветерка из открытой форточки холодило обнажённое плечо. Маша поёжилась и натянула одеяло. – Марцела-а-а. Любимая.
Она открыла глаза.
– Чеслав! Ты опять снишься?
Он улыбнулся, глаза засияли ярче.
– Такая чудесная тёплая ночь. Идём гулять по городу.
Маша встала, накинула платье поверх ночной рубашки. В следующую секунду они очутились на улице. Её удивлению не было предела:
– Так тихо. Ни машин, ни людей, даже животных нет. Куда все подевались?
Чеслав взял за руку, она ощутила тепло сильных пальцев. Маша подняла голову, встретилась с ним взглядом. Сердце забилось сильнее, душа на секунду обмерла, а потом в ней начала пробуждаться страсть.
– Мы в безвременье, поэтому здесь нет никого кроме нас. Будущее ещё не наступило, прошлое не ушло. Жаль, здесь нельзя долго находиться – безвременье вытягивает силы. Но здесь я могу дотронуться до тебя. – Он наклонился и прикоснулся к её губам.
Маша обняла его за шею. Поцелуй длился и длился, сладкий, умопомрачительный. Она почти задохнулась, когда он наконец отстранился.
– Я так скучал по твоему милому лицу, голосу, улыбке … – шептал он, покрывая поцелуями каждый пальчик девушки.
– Я понимаю: ты мне снишься, но почему говоришь, будто знал меня раньше, – произнесла она, млея от его слов.
– Ты обязательно вспомнишь, – уверил он. – Я всё для этого сделаю.
Маша потянулась в кровати, разминая онемевшее тело. Холодный утренний воздух вливался в форточку, плечи замёрзли.
– Ах, как он целуется. Умереть можно, – хихикнула она, дотрагиваясь до губ. – Классный сон. – Вскочила с кровати и покачнулась. Перед глазами поплыло. – Вот что значит не ужинать нормально, мать предупреждала: диета до добра не доведёт.
Маша потащилась в ванную. Привела себя в порядок. На плече заметила синяк. Она не помнила, когда успела его поставить. Мысли путались, воспоминание о Чеславе не хотело её покидать. На работе Маша была рассеянной и задумчивой. Еле дождалась ночи. В кровать ложилась, как на свидание с любимым.
– Марцела.
Маша открыла глаза тотчас, словно и не спала. Она никак не могла уловить момента засыпания и появления Чеслава. Сны настолько реальны, что казались явью.
– На улице прохладно, накинь что-нибудь.
Маша удивилась: разве во сне бывает холодно? Послушно набросила поверх ночной рубашки ветровку. Чеслав взял её за руку. Она опять не заметила момента переноса из квартиры. На этот раз они оказались на лугу. Чеслав усадил Машу на охапку сена, она пожалела, что не чувствует запаха травы и не слышит треска цикад и кузнечиков.
– Мне нравятся твои завитушки на затылке – это так трогательно, – Чеслав играл её локонами и рассказывал, как будет им хорошо вместе, когда они наконец увидятся наяву.
Маша посмотрела ему в глаза.