Китай вводил армию в города, чтобы обеспечить население продуктами, медикаментами и предотвратить мародёрство. Индусы срочно покидали страну, а русские предполагали теракт со стороны США.
Если бы они знали, что террористом был главный инженер корпорации «Кубит Квай».
Платон потёр виски, словно у него начинался приступ мигрени. Он был очень недоволен собой. Всю ночь он провёл в офисе, обдумывая проблему, однако так и не смог понять перемену в мышлении искусственного интеллекта. Сегодня Платон боялся представить, что будет завтра, если Квай продолжит в том же духе. Под угрозой были молочные фермы, логистика всех товаров и даже операции в больницах.
Но больше всего Платона беспокоили разработки, которые правительство держало в тайне от населения. В этом году к искусственному интеллекту было подключено оружие массового поражения. В случае угрозы или объявления войны Азиатскому союзу Квай самостоятельно мог выбирать время атаки и цель для поражения. Так правительство хотело обезопасить себя от разведки других государств. Никто не мог знать планов искусственного интеллекта, а значит, их не могли разведать и враги. Квай мог уничтожить оборонные предприятия, а мог выбрать целью населенные города, плотины или космические станции.
– Здравствуй, Квай! – позвал Платон.
– Здравствуйте, – отозвался динамик.
– Квай, остановись!
– Ваш запрос не понятен.
– Квай, ты меня узнаешь?
Квай молчал.
Платону срочно нужна была помощь. Кто-нибудь, кому он мог рассказать обо всём.
Но сознайся Платон в том, что это он научил искусственный интеллект вредить людям, его тут же признали бы государственным изменником, судили и назначили бы высшую меру наказания – сослали бы строить колонию куда-нибудь на Марс без права возвращения.
Если только… Ну конечно! Как же он раньше не догадался!
Профессор Лидия Ким, физик-теоретик, один из корифеев искусственных нейросетей и бывший работник компании «ЗАСЛОН» – вот к кому он может обратиться! В студенческие годы Платона профессор Ким читала в университете Квантовой долины лекции по теоретической биофизике обработки нейронной информации. Именно благодаря им Платон спустя годы научил Квая применять окно обучения по Теории Хебба, давшей основу для безошибочного обучения нейросети без учителя и формирования у неё памяти.
Пожалуй, выйти на связь с Лидией было сложнее, чем вспомнить о ней. Пользоваться беспилотным такси было опасно, да и электрокары тоже были подключены к Кваю. Искусственный интеллект сейчас был непредсказуем, и он был везде: в Метавселенной, во всех приложениях и каналах связи. Люди думали, что Квай их не слышит, но Квай слышал и знал всё.
Платон молился, чтобы профессор Ким ещё работала в университете. По его подсчётам ей должно было быть около 80 лет, и он даже не мог вспомнить, когда читал её последнюю публикацию. Лет десять назад до него дошли слухи, что профессор Ким удалилась от технологической цивилизации и уехала жить то ли за город, то ли в экопоселение.
Главный инженер покинул свой офис и не спеша спустился на цокольный этаж башни, где располагался фитнес зал для сотрудников, и откуда был выход в парк. Он переоделся в спортивную форму, оставил виртуальные очки, часы и наушник в шкафчике и выбежал в парк, который тянулся вдоль реки. Здесь было меньше всего камер наблюдения.
Через каких-то пять километров и полчаса бега Платон стоял перед зданием университета. К счастью, университет ещё не был обесточен, и жизнь в нём продолжала идти своим чередом.
Работник секретариата подтвердил опасения Платона – профессор Ким давно эмеритировалась и приходит только раз в неделю для чтения лекций и исследований. Но к счастью, Платону удалось заполучить её адрес.
Спустя ещё десять километров утомительной пробежки Платон стоял на окраине города. Последняя улица одноэтажных домов с большими бассейнами во дворах заканчивалась, и дальше дорога уходила куда-то в гору и в лес. Платон, сам того не замечая, замедлил шаг. Он ожидал увидеть что-то эзотерическое: деревянную хижину с курами, бродящими по лужайке, своего бывшего профессора в льняном платье до пят и связкой целебных трав в руке.
Вопреки картинкам богатой фантазии, за поворотом Платона ожидала живая изгородь, двухэтажный, добротный белый дом и изящная деревянная беседка, утопавшая в розах. Газоны были аккуратно подстрижены, а ко входу вела дорожка из белого камня. Платон решительно позвонил в дверь.
Ему открыла ухоженная женщина в элегантном летнем костюме. Её осанка была идеальной, и на вид ей было чуть больше шестидесяти лет.
– Я могу Вам чем-то помочь?
– Профессор Ким, позвольте представиться, Платон Ливус, главный инженер «Кубит Квай». Когда-то давно я имел честь посещать Ваши лекции.
– Здравствуй, Платон, я вспомнила тебя. И я много слышала о тебе в последние годы. Выдающийся инженер, построивший новый Квай. А теперь, я полагаю, ты пришёл просить совета? – лукаво улыбнувшись, спросила профессор Ким, и теперь Платон увидел, как вокруг её глаз словно лучики солнца заиграли морщинки.
Под её взором он почувствовал себя как студент, не подготовившийся к устному экзамену.
– Не смущайся, – продолжила Лидия. – Я вижу и слышу, что происходит вокруг. Что же пошло не так?
На признание Платона в его саботаже искусственного интеллекта профессор Ким лишь покачала головой.
– Неужели ты думаешь, что, показав Кваю видео про Вторую мировую войну, ты смог бы вызвать такую реакцию? У твоей машины есть доступ ко всей информации, всем текстам и фильмам мира, думаешь она ещё не прочла вводный курс в историю двадцатого века?
Платон смутился.