Так же обсудили в двух словах команду, что нужно сделать для их мотивации. Одному, правда, это не поможет, он будет на больничном еще долгое время. А потому отдел по подбору персонала уже начал свои конкурсы, ища того, кто будет работать все то время, пока лаборант на лечении. В конце они даже вдвоем позвонили бедняге, спросили, как он, что у него происходит. Выслушав рассказы, пожелали выздоровления и сообщили, что его место останется за ним, как и было прописано в контракте. Его страховка не испарится, а компания покроет лечение в полном объеме, выплачивая больничный, чтобы он «оставался на ногах». Парень повеселел, руководители тоже.
Перед тем, как отправить Юрия работать, Лев остановил его, положив руку на плечо инженера:
– Слушай, продолжай делать крутые вещи. У нас все в лучшем виде, даже не смотря на… «Событие». Все будет не просто хорошо. Я даже попытаюсь выбить нам еще инвесторов. Так что, я тебя позже вызову, когда пройдут все совещания. А теперь вали, нам обоим пора поработать! – С этими словами он отпусти Юрия, отправившись к своему рабочему месту, поглядывая на стоп-кадр.
Инженер выдохнул с таким подъемом эмоций, что с улыбкой пошел к лифту, отправившись на минус седьмой этаж, туда, где был его отдел, его офис и его люди. Дальше его ждала привычная рутина – помощь инженерам, консультация по вопросам и «решение технических проблем». Помимо этого проекта, ему приходилось обслуживать соседствующими с ними сервера, куда он брал одного лаборанта, всячески используя его как помощника. Пусть тот пока выполняет задачи из разряда «подай-принеси». Сейчас насмотрится, потом сможет сам делать все то, на что Юрию приходится тратить ценное время. А его не хватало на столько, что у него были ежедневные переработки. Благо проблем с оформлением никогда не происходило.
Уже в лифте ему позвонили «проснувшиеся» сотрудники из отдела по контролю ситуаций вместе с юристом и девизиональным руководителем. Звонок поступил на его рабочий имплант, Юрий, как и большинство работающих в Заслоне, имел пару таких. Один личный, для родных и близких, для личных целей. Второй – рабочий, в том числе и для перечисления зарплаты и деловых совещаний по внутренней сети. После формальных приветствий и представлений, были поставлены стандартные вопросы, Юрий дал необходимые пояснения, а когда при нем обсудили все предстоящие дела, касательно «урегулирования» ситуации, инженер остановил их и наиболее понятным языком объяснил, что это все – рабочие процессы.
– Юрий! Послушай, по-твоему, у нас на экспериментах не гибли люди? Не вы первые, не вы последние, кто в этой ситуации! Уверяю тебя, и не такое бывает. Ты лучше скажи, работа же не встала? Все же вы там ребята «блестящие» не тертые еще. Все нормально? – Оборвала его девизиональный руководитель, на камеру спокойно отхлебывая свежий кофе с рабочей кружки.
– Да, я только от Льва Сергеевича, мы еще раз разобрали ситуацию. И видим много положительного в первых испытаниях. – Последнее, видимо, прозвучало не то громко, не то неуверенно, от чего к беседе был приглашен и Лев.
– Доообрый день, коллеги! – Отозвался руководитель, зайдя в их голосовую беседу. – Что, Юра, и до офиса уже не дают добраться?
– Да, мы вас тоже рады видеть. Так что хорошего у вас там, Лев, поделитесь. – Прервала его юрист.
– Технически платформа показала себя в лучшем виде. Проблема в человеческом факторе, коллеги! Вы знали, что нам взяли в пилоты инвалиды? А их даже на управление собственными автомобилями так быстро не берут. Подскажите, это приказ сверху такой был?
– Юрий, то есть, сам костюм и должен себя так вести? – Уточнила девизиональный, не обратив внимания на колкости Льва.
– Чисто технически, это шаблон платформы, который не рассчитан на такие нагрузки. Там используются уже доведенные двигатели на очень дешевых каркасах, поскольку двигатели можно всегда снять и поставить куда-то еще, а вот каркас лучше будет собрать уже в идеале и без доработок. Понимаете? То есть, мы попросили его сделать шажок. А он выкинул ногу, махнув ей, будто хочет пнуть со всей силы. Банально не выполнил приказ. Если бы, конечно, там использовались композитные материалы и сплавы с расчетом на приходящийся ньютон-метр, то можно было бы даже из дешевых материалов сделать каркас, что выдержал бы, но даже так…
– Юрий! Юрий! Технических сбоев не было? – Вновь уточнила девизиональный, прервав начавшего объясняться инженера.
– Нет, все отработало в более, чем штатном режиме. Только, кхм, конечность не справилась с поставленной нагрузкой.
– Отлично, Юрия мы можем отпустить, если больше ни у кого нет к нему вопросов. Коллеги? – Заключила девизиональный.
– Нет вопросов.
– Нет, все понятно.
– Замечательно, Юра, вы большой молодец. Подбодрите команду и за работу.
Последнее, что он успел увидеть, это довольно-гордое лицо Льва Сергеевича. Им всем теперь необходимо было решать проблемы насущные. Там были и недовольные происшествием инвесторы, и иск от пилота, и пресса этим всем заинтересовалась. Огромное количество работы для отделов, что будут решатся специалистами своих профессий. А его самого ждала его стезя. Этот разговор лишь укрепил его уверенность. Им было плевать на этого бедолагу. Виновные в случившемся получат свое, компания защитит своих, а инженеров и не тронут. И так слишком нагрузили столь ценные кадры, хоть это и была необходимость.
Когда лифт остановился, по телу инженера прошлось дополнительное сканирование, подтвердившее личность, а после Юрий попал на свою вотчину. Она начиналась с просторного коридора, сквозного между лабораториями и офисами, с другой стороны которого был грузовой лифт для любых нужд. Пройдя к двери комнаты отдыха, он распахнул ее и вошел, пожимая руки своим сотрудникам и махая тем немногим девушкам, что работали тут с ним.
– Итак, работяги! Я пришел сверху! – Начал он уверенно и с улыбкой. Народ притих и начал с горящими глазами вслушиваться. – И нам нужно поработать! Вся та ситуевина с нашим «стрелком» на разборе у головного офиса, вы о ней можете просто забыть, если вам будет проще. Наша задача – продолжать совершенствовать наше детище! Итак, начнем с краткого отчета, кто что планировал на сегодня. После по кофе и за работу! Начнем!
Глава 2. Изъяны
– Так, объясни нам еще раз, что такого ты нашел?
Предо мной стояли мои руководители, они уже не могли сидеть, вытаскивая из меня информацию последние полтора часа. А я не мог донести до них такую простую вещь. И Юрий Герасимович, и Лев Сергеевич хмурились, задавали вопросы, но совершенно не о том, они лезли в важные моменты работы платформы, в те ее части, что должны работать обязательно, пытаясь найти фатальную ошибку там, где ее нет. Пытались защитить свое детище. Но мне было видно, что есть там проблема, но как ее донести я пока не понял. Потому я сидел теперь перед ними, испробовав кучу способов объяснить, но даже ведущий инженер не вникал в вопрос, не дослушивал и перебивал.
Потому я сидел, поглаживая свою стальную, покрашенную в черный с фиолетовым руку, которую я сам дорабатывал с момента потери настоящей в обыденной аварии на дороге. Рука же подрагивала, отвечая на мою нервозность, а правую я все же лучше контролировал, ведь она была у меня с рождения. Меня наняли пару месяцев назад, я еще не прошел даже стажировку, а уже говорил, что платформа недоработана, хотя ее готовили к показу, что пройдет на старинном празднике, что проводился в этих краях как дань бывшей разрозненности и началу весны. По крайней мере именно так описывали в новостях масленицу. И на празднике их детище должно будет взять ледяную крепость, пройдя «испытания», подготовленные для нее и «побороть» несколько десятков молодых парней в экзоскелетах.
Но, если они выпустят свое детище – беды не миновать. Обязательно случится беда, пострадают люди, и, что намного хуже, репутация проекта. Такое допускать нельзя. Эта платформа. Она была замечательной. Над ней старались полгода всего, а она уже переплюнула в функциональности большую часть планетарных костюмов, уступая разве что военным, особого назначения. Но тот потенциал, что вложен, с легкостью перемахнет и их уже после доработок. Потому было жизненно необходимо все исправить! До праздника всего ничего, они даже снарядили платформу в «доспехи» под стать старинным варварам, закованным в тяжелые латы.
– Проблема в его руках! Они не выдержат, даже могут взорваться. Если взять нагрузку на излом его конечностей, то она просто разрушит конечности. – Вновь начал я, но уперся в их взгляды на мою аугментацию, вздохнул и заперся.
– Так, слушай, давай поступим следующим образом. Мы сейчас разойдемся, потому что и так дел такая гора, что тратить на тебя еще десять минут – приговор. Ты сформулируешь проблему, подготовишься, и тогда мы тебя выслушаем и примем меры, если оно потребуется. – Лев Сергеевич потер свои виски и взял свой стакан. Отпив, кивнул головой. Юрий лишь вздохнул.
– Как подготовишься, сообщи мне, я все организую. – Проговорил главный инженер, а после выдал еще. – Снизь чувствительность к мозговым импульсам. И руку не будет так трясти при волнении.
– Но тогда снизится мелкая моторика кисти… – Буркнул я, глядя на слегка ходящую хадуном конечность. – Нужно просто руку подороже. И чип к ней управляющий. Но у меня машина дешевле, чем эта рука.