Повисло молчание. Дегатти размышлял, как бы это потактичнее отказаться, но каких-то веских аргументов у него не было…
Тут, к счастью, в окно как раз влетела жена. Майно обрадовался возможности сменить тему и быстро спросил:
— Что за обновка? Какое выбрала?
— Создание Вилки! — гордо воскликнула Лахджа.
Майно заморгал. Он вспомнил, сколько стоил купон, и в нем начал нарастать ужас.
— Шутка, — сжалилась жена. — Ментальный Блокнот.
Ме оказалось небольшим, но полезным, одним из самых ходовых. Эта штука позволяет копировать информацию в особый раздел памяти, а потом просто высвечивать в воздухе.
— Что-то похожее используют бушуки, — сказала Лахджа. — Возможно, одному из них и принадлежало…
Она уселась за стол, все выпили за ее новое Ме, и дядя Жробис вернулся к явно заинтересовавшей его теме. Теперь он прямо спросил у Лахджи, почему они не хотят переехать в фамильную усадьбу.
— А почему мы не хотим? — повернулась она к мужу.
Тот понял, что у него нет ответа на этот вопрос.
Дегатти — одна из самых старинных и знаменитых волшебных фамилий. Родители Майно, Гурим и Ярдамила, оба были профессорами — Униониса и Монстрамина… забавное совпадение, учитывая, кем вырос он сам и кого взял в жены. И дядя Жробис тоже профессор — Арбораза. И тетя Маврозия — Нигилиума. И дедушка Айза тоже был — Поэтаруса.
Но вот премию Бриара никто из них пока что не получал… Майно нашарил под туникой медный медальон и невольно улыбнулся.
Как же ты любишь хвастаться…
— Что ты ее забросил-то, Майно? — продолжал твердить свое дядя. — Она твоя.
— Да я...
— Майно, я адепт Арбораза. Моя территория в другом месте, мне эта усадьба не нужна. А она фамильная. Там должен жить Дегатти.
— Ну пусть тетя туда переедет!
— Зачем одинокой женщине такая огромная усадьба? — хмыкнула Маврозия. — Это дом для большой семьи. С кучей детей.
— У меня всего один ребенок.
— Но на подходе второй. И у тебя куча фамиллиаров, Майно. Твоему коню удобно жить в кошельке?
Не очень. Жизнь проходит мимо меня.
Гости стали расходиться только в четвертом полуночном часу. В Добрый День все ложатся поздно, благо завтра тоже праздник — Примадис, Первый День. В Постремидис парифатцы готовятся к новогоднему торжеству, а в Примадис — отдыхают от него.
Дядя Жробис надел свою беличью шубу, с удовольствием объяснив теперь Маврозии и Вератору, почему он в шубе теплой летней ночью. Лахджа распрощалась с гостями и пошла укладывать Астрид. Майно накинул плащ и подвесил к поясу кошель — проводить родственников и выгулять коня с псом.
Дядя Жробис пошел с ним, выгуливать и провожать. Ночевать он собирался у племянника, потому что чего он вдруг пойдет в гостиницу, когда у него в Валестре столько родни.
— Заночуешь у меня? — предложила Маврозия.
— Меня уже Майно пригласил, — развел руками Жробис.
— Да?.. а, да, пригласил, — кивнул Майно.
Когда она села в карету и укатила, дядя наклонился к племяннику и доверительно сказал:
— У нее там этот зомби-дворецкий… ну ты его видел. У меня от него мороз по коже. Я ночью как-то встал водички попить, а он стоит там у двери и смотрит. Тля, я свет зажег — а он там!.. я в темноте-то думал, это плащ висит, а это он!.. и зыркает!.. И за мной пошел, и голосом таким глубоким: чего изволите?.. Ну накир.