– Лоррейн не любит об этом говорить, и, по правде говоря, она считает, что животное лучше не раскрывать другим магам и ведьмам, что я и тебе советую.
– Почему?
– Всем новичкам устраивают состязания, – пояснила Хейли. – Вас отправят в темный лес, где вы, обратившись в животных, будете охотиться друг за другом. Тот, кто изловит наибольшее количество животных или не будет никем пойман, победил.
– Ты всех изловила?
– Да, – улыбнулась Хейли, – и раскрыла всем то, что говорить и показывать никому не следует. Лоррейн поступила умнее, она спряталась в лесу, где ее никто не нашел. Прошло три дня, Лоррейн объявили победительницей, и только тогда она появились в академии.
– Значит, ты до сих пор не знаешь, в кого она обращается?
– Не знаю, но думаю, она обращается в кого-то маленького и незаметного. Иначе откуда она всегда все и обо всех знает?
Лоррейн в самом деле была самой скрытной ведьмой из всех, когда-либо существовавших на планете, о ее магии никому не известно, а про животное тем более. Знали только, что Лоррейн знала тайны всех магов и ведьм, передвигалась совершенно беззвучно, что пугало всех еще больше, чем дракон, в которого обращалась Хейли.
– Как мне найти своего животного?
– Ты поймешь, когда найдешь его, – загадочно улыбнулась Хейли и, обняв дочку, прошептала. – Ты услышишь, о чем оно думает.
– Думаешь, получится?
– Конечно, – улыбнулась Хейли, – не забывай, чья ты дочь. Поверь, здесь тебя все боятся.
– Или точнее тебя.
Мисс Дуллитл рассмеялась на заявление дочки, но спорить не стала. Лишь напомнила Лиссе о том, что в ее роду каждая новорожденная ведьма оказывается всегда сильнее предыдущей.
– Разве есть зверь сильнее дракона?
– Вопрос состоит не в том, кто из зверей сильнее, а кто из них хитрее.
Убедившись, что дочь пришла в порядок, Хейли Дуллитл поспешила вернуться домой, чтобы рассказать Лоррейн об услышанном и объяснить дальнейший план действий. Извечной проблемой Хейли было лишь одно – поспешно принятые решения и неисправимые ошибки, следующие за ними.
***
Стоило Хелли Дуллитл покинуть академию, как Билл Джонсон тут же ворвался в палату Лиссы, извиняясь за то, что натворил его друг, и за то, что он ничего не смог сделать, чтобы это предотвратить.
– Если твоему другу действительно жаль, то пусть сам и извиняется, – Лисса накинула на плечи последний элемент одежды – черную мантию с глубоким капюшоном и за считанные секунды соорудила из длинных рыжих волос аккуратную французскую косу. – Мне твои извинения ни к чему. Ты не виноват, что твой друг чокнутый.
– Он просто… – Билл замялся, выдумывая, как бы лучше объяснить характер друга. – Сэм просто вспыльчивый и склонен сперва делать, а потом думать.
– Может, мне тоже тогда следует запустить в него пару-тройку молний? Так, случайно.
– Надеюсь, ты шутишь.
– Кто знает, – Лисса непринужденно пожала плечами и, схватив книгу, все это время лежащую рядом с ней на тумбочке, вышла из палаты. – Где моя комната? Я хочу отдохнуть и побыть наедине.
– Боюсь, планы тебе придется отложить на пару часов. В день прибытия новичка у нас принято устраивать праздник в его честь и показательное выступление.
– Час назад меня чуть ли до смерти не избили, а ты хочешь, чтобы я шла на праздник, где, возможно, кто-то еще захочет меня задушить или избить об ступеньки лестницы?
– То, что произошло, просто недоразумение…
– Правда? – Лисса презрительно фыркнула и, скрестив руки на груди, остановилась. – В человеческой академии за такое «недоразумение» давно бы уже исключили и отправили в исправительную колонию, а там ему бы вставили мозги на место.
– Лисса, не злись. Сэм понесет наказание, вот увидишь, – Билл приобнял девушку за плечи и с улыбкой повел в сторону парка. – А пока тебе следует отвлечься от дурных мыслей и отдохнуть. В нашей академии устраивают отменные праздники, как только их увидишь, не захочешь уходить.
– Ладно, – сдалась ведьма, – я пойду на праздник, но, если там мне не понравится, я тут же уйду.