— И так соврал! — зашептал он. — Я вообще-то думал, что ему под семьдесят.
Девушка хмыкнула. Дальше они шли молча и опустив головы. Знойное солнце плавило песок и мозги путников.
— Сабли нет, поэтому тебе надо научиться метко бросать кинжалы, — через пару часов сказала Назифа.
Она ехала на коне, а Гриша шел рядом.
— Да, жалко саблю. И кистень твой тоже.
— Нет смысла жалеть о прошлом. На, возьми, — она протянула ему кинжал, переливающийся радугой на солнце. — Видишь, вон то высохшее деревце? Смахни с него последний листок.
Гриша недоверчиво посмотрел на девушку и рассмеялся:
— Очень смешно. Если я попаду в ствол, это уже будет очень хорошо.
— Ну попади хотя бы в ствол, — раздраженно выдохнула она.
Юноша остановился, прицелился и, задержав дыхание, бросил кинжал. Тот пролетел мимо деревца и воткнулся в песок.
— Это я только руку разминал, — он сбегал за кинжалом и бросил снова.
— Ну-у, уже немного лучше, — сказал Ур. — Ты снова попал в песок, как и хотел.
Гриша цыкнул на него и сходил за кинжалом.
— Тебе надо тренироваться, — нравоучительно сказала Назифа. — Постоянно ставь себе цели и пытайся попасть. Демон — не маленькое деревце. Если он будет близко, то ты обязательно попадешь. А если далеко, то…
Она покачала головой.
«Жаль, у них нет ружья. Вот из него я бы точно не промазал».
Когда начало темнеть, они остановились на ночлег. Назифа достала из мешка Куна и Садики, фруктовый пирог и жареное мясо. Ур налил свежей воды в кружки.
— Коню тоже надо дать воды, — сказал Гриша.
— Еще чего! Потерпит.
— Он не верблюд, — юноша отобрал у возмущенного Ура бурдюк, подошел к коню и начал понемногу лить в рот. Бонапарт сначала зафыркал, но вскоре понял, что он него требуется, задрал голову и стал пить, словно жеребенок молоко кобылы.
— Ты знаешь, как с ним обращаться, — похвалила Назифа.
— Я с пяти лет езжу на лошадях. Сначала с батюшкой или Васей, а потом уж сам. Сейчас у меня белогривый Пепел. До него была Зорька. А самого первого звали Бонапарт.
— Поэтому ты этого водохлёба так назвал? — усмехнулся Ур. — Чтоб дом напоминал.
— Да-а, — Гриша грустно вздохнул и засунул в рот коню кусок пирога. — Лучше дома ничего нет. До того, как сюда попал, только и думал о том, как бы вырваться из Вольгино и уехать в Петербург, например. Надел бы свою форму, отрастил усы, ходил бы по балам и игровым домам. А теперь понял, что милее дома — ничего нет. Банька, охота, ярмарки — красота!
— Вот прогоним демона и вернешься, — Назифа нарезала пластинками мясо и отправляла в рот.
— Ты так думаешь? — с надеждой спросил он.
— Конечно.
— А когда? Сразу, как он исчезнет, или чуть погодя?
— Мне-то откуда знать. Просто хотела тебя немного успокоить, — она отвернулась в сторону заката. Облака ловили последние лучи солнца и горели оранжевым огнем.
***