Сын цирка: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– О, отлично, спасибо! – сказал З. К. П. Пател, переводя свое внимание на доктора Даруваллу.

– А вы, разумеется, осмотрели тело? – спросил он.

– Я, разумеется, не осматривал его, – ответил доктор Дарувалла. – Я – ортопед, а не патологоанатом. Я только увидел, что мистер Лал мертв.

– О, конечно! – сказал Пател. – Но что вы думаете о причине смерти?

– Гольф, – сказал доктор Дарувалла; сам он никогда не играл в эту игру, но как сторонний наблюдатель терпеть ее не мог.

Дхар улыбнулся.

– В случае с господином Лалом, – продолжал доктор, – полагаю, можно сказать, что он был убит чрезмерным желанием улучшить свою игру. И скорее всего, у него было высокое кровяное давление, слишком высокое, – человеку его возраста не следует многократно выходить из себя на таком пекле.

– Но сейчас у нас довольно прохладно, – сказал заместитель комиссара.

– Тело не пахло. Вонь шла от стервятников, а не от тела, – сказал Инспектор Дхар, как будто уже давно думал об этом.

Похоже, детектив Пател был удивлен и приятно впечатлен этим наблюдением, но все, что он сказал, было: «Вот именно».

– Мой дорогой заместитель комиссара, почему бы вам не рассказать нам о том, что вам уже известно? – нетерпеливо произнес доктор Дарувалла.

– О, это абсолютно не в наших правилах, – чистосердечно ответил заместитель комиссара. – Разве не так? – спросил он Инспектора Дхара.

– Так, – согласился Дхар. – Когда же, по вашим оценкам, наступила смерть? – спросил он детектива.

– О, это очень хороший вопрос! – заметил Пател. – По нашим оценкам, этим утром, меньше чем за два часа до того, как вы нашли тело!

Доктор Дарувалла задумался. В то время как мистер Баннерджи искал в здании клуба своего оппонента и старого друга, мистер Лал прогулялся потренироваться к девятому грину и далее к бугенвиллеям, дабы избежать вчерашней насмешки судьбы. Мистер Лал не опоздал к началу игры; скорее, бедный мистер Лал явился слишком рано – по крайней мере, слишком ретиво.

– Но тогда грифы не прилетели бы так быстро, – сказал доктор Дарувалла. – Там не было бы никакого запаха.

– Да, если бы не было довольно много крови или открытой раны… и под этим солнцем, – сказал Инспектор Дхар.

Он многому научился на своих фильмах, пусть даже это были очень плохие фильмы; даже З. К. П. Пател начал понимать это.

– Совершенно верно, – сказал детектив. – Там была кровь, довольно много.

– Там было много крови к тому времени, как мы его нашли, – сказал доктор Дарувалла, который все еще ничего не понимал. – Особенно вокруг глаз и рта. Я просто подумал, что это стервятники принялись за него.

– Стервятники начинают клевать, где уже есть кровь и, естественно, где есть открытые раны, – сказал детектив Пател.

Его английский был необычно хорош для полицейского, даже для заместителя комиссара, подумал доктор Дарувалла.

Доктор стеснялся своего хинди; он знал, что Дхар говорил на этом языке более уверенно, чем он. В этом смысле доктор Дарувалла испытывал затруднения, поскольку все диалоги фильмов для Дхара и для его голоса за кадром писал на английском. На хинди переводил сам Дхар; наиболее броские фразы – таких было немного – актер оставлял на английском языке. А здесь оказался не столь типичный полицейский, позволяющий себе в разговоре с признанным канадцем нисколько не уступать в английском; это было то, что доктор Дарувалла называл «канадским обхождением», – когда жители Бомбея даже не пытались заговаривать с ним на хинди или маратхи[15]. Хотя в клубе «Дакворт» почти все говорили по-английски, Фарруха подмывало сказать детективу Пателу что-нибудь остроумное на хинди, но Дхар (на своем безупречном английском) заговорил первым. Только теперь доктор осознал, что Дхар ни разу не использовал с заместителем комиссара свой отдающий шоу-бизнесом акцент на хинди.

– Было довольно много крови около одного уха, – сказал актер, как будто он так и не переставал удивляться этому.

– Вот именно – абсолютно так! – сказал детектив, вдохновляясь. – Мистеру Лалу нанесли удар за ухо, а также один удар в висок, вероятно, после того, как он упал.

– Чем его ударили? – спросил доктор Дарувалла.

– Чем ударили, мы знаем – его же клюшкой для гольфа! – сказал детектив Пател. – Кто ударил, мы не знаем.

За всю стотридцатилетнюю историю спортивного клуба «Дакворт», несмотря на все пертурбации борьбы за независимость и на те многие отклонения от нормы, которые могли бы привести к насилию (например, в те дикие времена, когда пламенная леди Дакворт обнажала грудь), здесь не было ни одного убийства! Доктор Дарувалла подумал о том, как он сформулирует эту новость Комитету по членству.

Характерно, что Фаррух не считал своего высокочтимого покойного отца фактически первым убиенным в стотридцатилетней истории даквортианцев Бомбея. Главной причиной такого взгляда было то, что Фаррух очень старался совсем не думать об убийстве своего отца, но второй причиной было, конечно, то, что доктор не хотел, чтобы насильственная смерть его отца омрачала его так или иначе светлые чувства по отношению к клубу «Дакворт», который, как уже было сказано, являлся единственным местом (кроме цирка), где доктор Дарувалла чувствовал себя как дома.

Кроме того, отец доктора Даруваллы был убит не в самом клубе «Дакворт». Автомобиль, который он вел, взорвался в Тардео, а не в Махалакшми, хотя это соседние районы. Но в целом было признано, даже среди даквортианцев, что бомба, вероятно, была заложена в автомобиль старшего Даруваллы во время парковки на стоянке клуба «Дакворт». Даквортианцы быстро установили, что еще один человек, который был убит, не имел никакого отношения к клубу; бедная женщина не была даже в обслуживающем персонале. Она работала на стройке и, как было сказано, несла на голове соломенную корзину с камнями, когда отлетевшее правое переднее крыло автомобиля Даруваллы-старшего обезглавило ее.

[15]  Маратхи – язык, на котором говорят маратхи – основное население штата Махараштра.