Проклятый: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Роктар поражался, что Михаил иногда вёл себя как малолетка, например, как в Орк-Тахаре, а порой взгляд у него и мышление взрослого, пожившего не один десяток лет, мужчины. Роктару нравилось, что парень чувствовал ответственность за него и девочку как за вассалов, умел взять себя в руки, а самое главное и, наверное, самое удивительное — принимал свои ошибки и умел выслушать указания на них от своих подчинённых, но в то же время мог обозначить, где грань дружбы, а где место вассала. Он добр к своим и беспощаден к врагам. Это самая лучшая характеристика Михаила. Видимо, именно из-за этого орк ещё не вызвал в круг за титул вождя. Из него может в будущем вырасти отличный вождь, и Роктар речил помочь этому мальчику, заодно приглядеть за ним, пока не заматереет.

На этом орк прикрыл глаза и постарался уснуть.

Интерлюдия вторая

Ния сидела на подоконнике и смотрела в окно, думая, как жизнь её изменилась за какие-то несколько лет. Сначала всё было прекрасно. Она, баронесса, ни в чём не нуждалась и жила в своё удовольствие. Терпеть не могла крестьян — червяков, которые копались в земле. Они никто и звать их никак. Считала себя лучшей, но однажды всё изменилось.

Ния была единственным ребёнком в семье, мать умерла при рождении, но отец всегда говорил, что она вся в мать. Ния пользовалась любовью отца и уговорила взять с собой в город орков, когда он туда собирался для встречи с другом. Отец не смог отказать любимой дочери. Баронесса была счастлива повидать мир, она развлекалась на протяжении всей дороги, но по приезду, когда отец сказал сидеть дома и готовиться к встрече, ведь его старый друг приехал с сыном, и если всё сложится, она познакомится со своим будущим мужем, Ния сбежала через вход для прислуги. Девочку не интересовал какой-то там жених и дела отца. Малолетней аристократке было важно просто взбесить родителя, это так интересно, когда отец на неё злился, а потом они долго обнимались, и отец рассказывал истории про её маму.

Но в этот раз, когда пришла домой спустя несколько часов, уставшая и грязная, так как был дождь, Ния увидела в снятом доме только трупы её людей, а самое главное — истерзанный труп отца, который, как она поняла, стоял насмерть возле её комнаты, ведь он считал, что дочь там! Она ведь всей прислуге сказала, что пойдёт к себе. Из-за неё отец умер, он ведь не знал, что Нии нет в комнате. Больше не будет рассказов от отца. Больше ничего не будет. Она упала тогда на колени, обняла ещё не остывшее тело и долго рыдала, нет, выла на луну.

Долго это не могло продолжаться: Ния собрала последние деньги, переоделась попроще и ушла из дома, что они сняли на время проживания в этом проклятом городе. Потом была подворотня, удар по голове и долгая, очень долгая жизнь в трущобах. Оказалось, те, кого она так презирала, были достаточно хорошими людьми и порой помогали бедной девчонке, а порой встречались такие мерзкие личности, что лучше не вспоминать. Причём в основном ими были именно люди и другие разумные её статуса. Много чего ей предлагали, но она успевала убежать, а потом попала под защиту одной группы, им было плевать на неё. Их интересовали только деньги.

Нию это устраивало, пока не пришлось всё чаще убегать от прохожих из-за того, что на неё начали обращать внимание разные ублюдки. Она уже была в отчаянии, пока не пришёл он. Маленькая кошечка всегда мечтала, что когда-нибудь это страшная сказка закончится хорошим концом. Её спасёт прекрасный принц и заберёт к ней домой, где снова встретит живой отец. Обнимет и благословит их с принцем брак.

Но, увы и ах, вместо принца оказался изгнанник из проклятого рода, вместо свадьбы — клятва на крови, а вместо возвращения домой — пеший марш в другой город. Нет, она не жаловалась. Михаил, её господин, нет, не господин — брат, он просил относиться к нему как к брату, но она так не могла! Он ей понравился с первого взгляда: такой высокий, широкоплечий и, самое главное, готов убить за неё. Прямо как папа раньше. С Михаилом так спокойно и приятно. Он такой тёплый и так же порой, как когда-то отец, не сдерживался и матерился, но так — не злобно. Больше для того, чтобы выпустить пар, чем обидеть. Да и то это происходило очень-очень редко.

Ния сидела, смотрела в окно и всё размышляла, как ей относиться к Михаилу. Он старше её всего на год-другой максимум, ладно, раньше, когда она голодала и была на вид маленькой девчонкой — кожа да кости — понятно. А сейчас?! Уже почти пришла в норму, даже грудь появилась и попа, вроде, ничего так. А он! Нет, он порой смотрел на неё таким взглядом, но потом сразу как будто что-то вспоминал и начинал смотреть на неё как отец. Мол, малышка ты ещё, куда тебе?

Ния всё крутила и крутила по кругу эти мысли и не могла понять, что ей больше хотелось от Михаила? Любви и нежности как родни или как от любимого. С одной стороны, он дал ей семью и относится к ней как к семье. А с другой стороны, то место, какое выделил в своём сердце этот толстокожий близорукий северянин не устраивало молодую кошку! И она боялась, если раскроется, то может потерять всё. В общем, дилемма!

Ния не так долго знала Мишу, но может расспросить у этого огромного орка про него. Тот ведь дольше должен знать своего господина. Может, Роки, как говорил Михаил, расскажет что-то такое, что поможет ей разобраться в себе. Ну и просто женское любопытство тревожило молодую кошечку…

Глава 9

Королевство Дунгар. Город Приграничный. Гостиница «Граница»

В комнате, где проживали Ния и Роктар, долгое время было тихо. Каждый из них думал о своём.

— Роктар, можете мне больше рассказать про Мишу? — спросила девушка.

— Что, понравился названый брат? — улыбнулся орк. — Ладно, слушай внимательно. Миша странный парень. Да и я его не так долго знаю, как ты считаешь. Мы знакомы несколько месяцев всего.

— Как так?! По вам не скажешь, что вы недавно знакомы. Вы с ним общаетесь как старые друзья, — удивилась девушка, слегка покраснев оттого, что её секрет раскрыли с первого же вопроса.

— Мы с ним многое прошли вместе. Все началось с того самого момента, как он меня и младшего брата Ригара вытащил из лап работорговцев. Это случилось на границе с империей. После у нас была долгая дорога, общий кров, общая боль, даже женщина у нас была одна на двоих, нет, ты не подумай о плохом. Просто сначала эта женщина была моей, потом стала его. Был бой, и мы стояли в одном строю с этим юнцом, он сражался за мой народ как за свой, хотя мог спокойно приказать нам уходить. Мы бы с братом подчинились, но он понял, что потом ни мы его, ни он сам себя перестанет уважать. В том стойбище нас приютили, приняли с добром, мы не могли покинуть их и отплатить чёрной неблагодарностью.

В том бою я потерял брата. Мы вместе хоронили его и много других жертв той бойни. Если бы не вождь, мы там бы и померли, но он нас всех защитил. Михаил так же, как и я, оплакивал и разделял тяжесть моей потери. Именно из-за этого я ему верен. Не из-за клятвы, которую мы дали с братом, а потому, что я чувствую — в будущем он может стать великим вождём. Я ценю его отношение ко мне и вижу, как относится он к тебе, — тихим, но уверенным голосом рассказывал Роктар.

— И как же он ко мне относится? — нервно подёргивая хвостом, спросила кошколюдка.

— Он относится к тебе как к сестре. Нет, не отрицаю, порой он смотрит на тебя как мужчина, но это очень редко. Да и ты сама должна понимать — вы с ним не ближняя кровь, чтобы он совсем не смотрел на тебя как на девушку. Ния, малышка, ты должна понять только одно. Если он встретит свою любовь, то ты сразу встанешь на второе место, и поэтому не нужно впускать в своё сердце его как любимого мужчину. Лучше люби его как брата, это будет намного лучше для тебя, я ведь тоже тебя люблю как отец, пусть и названый. Я ведь потерял свою семью. Мы здесь все втроём — одна большая семья, Ния. Мы должны думать и заботиться друг о друге. Если не веришь мне, то спроси его самого. Только напрямую. Не нужно ваших намёков и тому подобного. Запомни одно. Мы, мужчины, все толстокожие, ничего не видящие упрямцы, если это относится к нам, — закончил Роктар, улыбаясь во все тридцать два зуба.

— Я тебя поняла, только давай ты будешь не папа, а дядя. Папа у меня был один, и пусть он и останется один. А с Мишей… Хорошо завтра прямо с утра схожу к нему в комнату и спрошу его. Ты прав, лучше сразу разобраться и не мучить себя. Спасибо, дядя Роки.

Маленькая девочка робко обняла орка. На душе у неё стало тепло, светло и хорошо. У Нии появилась семья. Она была счастлива. В этом прекрасном настроении и уснула на своей кровати.

Где-то в неизвестном пространстве

— Оп-па! Я снова вижу тебя, Кир! Рад видеть! Давно не пересекались братик! — радостно кричу, как только появляюсь в своей комнате и вижу слегка прозрачную фигуру моего старого знакомого.

— Да иди ты, чебурек протухший! Ты не представляешь, какая у тебя в голове каша из знаний! Я еле разобрался и привёл всё в порядок в твоём сознании. Чуть себя не потерял! А ты мне даже спасибо не сказал! Кстати, если ты в последнее время творил всякую хрень, прости. Недавно я работал с твоими детскими воспоминаниями, так что это могло повлиять на твои решения в жизни, — уже не так уверенно произносит моё второе «я».

— Так вот почему я вёл себя как малолетка порой, а порой не мог себя понять и грузился, портя себе настроение, — начинаю возмущаться, но всё же успокаиваюсь.

— Ладно, замнём. Слушай внимательно, Миха. Сейчас тебе нужно погрузиться в себя и заново познать свою сущность. Ты вспомнишь мельчайшие детали прошлой и нынешней жизни. Это тебе поможет стать полноценным человеком, личностью. А сейчас вали на хрен из моей хаты, я буду досматривать трилогию «Властелин колец»! Шикарный фильмец, жаль, у нас такого не показывают в мире, хотя нет, наши орки бы режиссёру в морду бы навтыкали за то, что их описывают как зло воплоти. А ещё бесит эта херня, что полуросликов описывают как добрых, трудолюбивых ребят. С хера ли?! Они у нас в мире вечно первые карманники на районе — наглый, хитрый народец. Знаешь, чем-то на ваших евреев похожи. Только евреи, как я понял, очень умные и образованные, поэтому и облапошивают народ. А эти мерзопакостные хоббиты у нас просто понты крутят, и нет даже ни одного вора в законе из Хоббитании. Да млять, у нас даже Хоббитании — и то нет, а у вас Израиль есть. Ладно, это я так — выговориться захотел. Всё, вали в свой Мордор! Я дальше смотреть кино буду. Когда составлю полный список претензий к автору данного шедевра, тогда и увидимся, — завершает эмоциональный спич мой духовный брат.

Сразу видно — задел этот фильм за живое, а выговориться некому. Странные у него чувства: история нравиться ему, всё остальное — нет.