И гаснет свет: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Что? – едва слышно спросил запуганный всеми этими ужасами Калеб.

– Они заводят себе новых детей! Которые лучше! Не такие безумные! Не такие вруны! Они быстренько забывают о таких, как ты! – Малыш Кобб на мгновение замолчал, а затем поспешно добавил: – Ну, так Хозяин рассказывал, конечно.

Кукла говорила убедительно, и Калеб поверил всем ее словам. Он так и представил, как родители запирают его в комнате, вызывают страшного доктора, и доктор натягивает на него рубашку, завязывает рукава за спиной. Мама стоит, заплаканная, опустив голову, и прижимает к лицу платок. А папа понуро устремил взгляд в пол, и весь их вид выказывает разочарование в нем, завравшемся, не оправдавшем их надежд сумасшедшем сыне. А затем его засовывают в темный ржавый фургон с решетчатыми окошками и везут в ужасное место, так подробно описанное Малышом Коббом.

Разумеется, он больше не думал о том, чтобы звать маму или папу.

В какой-то момент Малыша Кобба, видимо, утомило сморщенное лицо этого плаксы. Он велел мальчику показать все его игрушки, и Калеб, неслышно хныча, потащил из-под кровати сундук, откинул крышку.

Малыш Кобб оттолкнул его в сторону и принялся проводить смотр. И солдаты, и офицеры, и плюшевые медведи – каждую игрушку он критиковал, говорил, какая она ужасная и уродливая, находил в каждой какие-то изъяны, и так игрушка за игрушкой маленький мир Калеба разрушался. А Малыш Кобб тем временем продолжал отбраковывать и расшвыривать содержимое сундука по всей комнате. Похвалил он лишь старую дедушкину двууголку, которую Калеб надевал всякий раз, когда играл солдатиками, представляя себя их генералом. Вытащив шляпу из сундука, Малыш Кобб возопил: «Прямо как у Хозяина! Прямо как у Хозяина!» – после чего аккуратненько положил ее на ковер и вернулся к критике и унижениям таких любимых, таких дорогих для Калеба вещей.

Когда с игрушками было покончено, и сундук оказался пуст, произошло нечто совсем уж жуткое и невообразимое. Сперва Калеб решил, что это очередная гнусная игра Малыша Кобба, и для куклы, вероятно, так оно и было. Малыш Кобб поманил его к себе и, когда Калеб нехотя подошел, принялся ощупывать его лицо своими жесткими деревянными пальцами. Мальчику было больно, но он не мог вырваться. А еще Калебу было отчаянно стыдно и неловко, что его так разглядывают. Ему показалось, будто он сам – всего лишь очередной солдатик или плюшевый медведь, которого Малыш Кобб осматривает в поисках недостатков. Он ожидал, что злобная кукла рассмеется и скажет, что у него или кривой нос, или глаза глупой формы, или рот как у лягушки. Но, тем не менее, Малыш Кобб никак не комментировал его внешность и мнимые недостатки, а вместо этого подозрительно удовлетворенно хмыкал.

Проведя подробный осмотр лица Калеба, Малыш Кобб вдруг сказал:

– Расстегни-ка пуговички на моей жилетке.

Это было произнесено таким жутким голосом, что Калеб в руках куклы задрожал. Он вдруг понял, что Малыш Кобб вот-вот сделает что-то ужасное. Это отчетливо читалось по его гримасе при том, что она, разумеется, никак не изменилась.

– У меня, вообще-то, правило – не повторять, но я тебе снова говорю: расстегни-ка пуговички на моей жилетке.

– Зачем? – только и выдавил мальчик.

– Быстро! – велел Малыш Кобб, сдавив плечи Калеба своими грубыми пальцами так сильно, что тот даже вскрикнул. – Или хуже будет.

Мальчик расстегнул.

– А теперь на рубашке расстегни.

И Калеб снова последовал приказу.

В деревянной груди Малыша Кобба была проделана дверка. Крошечная квадратная дверка, запертая на крючок.

– А теперь откинь крючок в сторону! – велел Малыш Кобб, и мальчик сделал и это. После чего Малыш Кобб оттолкнул его прочь от себя, засунул руку в чернеющее отверстие в собственной деревянной груди и, покопавшись там, извлек наружу большой кухонный нож.

– Никакая это не отвалившаяся деталь! – со смехом сказал он. – А всего лишь то, что мой Хозяин положил внутрь меня! Здесь есть еще кое-что. Но это на потом! Да, на потом! У меня слишком длинные пальцы: ими удобно душить, но я не могу сам расстегнуть крохотные пуговички. Это очередное издевательство Хозяина. Но ты сделал все за меня! Благодарю тебя!

Калеб потрясенно зажал рот руками.

– Зачем тебе это? – глухо выговорил он. От нахлынувшего ужаса слезы мгновенно высохли, на лице остались лишь блестящие скользкие следы.

– Мой нож? А зачем нужны ножи? Чтобы резать, конечно! Хм… Он острый, очень острый! Не веришь?

В доказательство своих слов Малыш Кобб взял одного из плюшевых мишек, валявшихся на ковре, и одним быстрым движением отрезал ему голову.

Калеб не успел никак отреагировать на это, поскольку Малыш Кобб тут же схватил его за ворот пижамной рубахи, притянул к себе. Их лица оказались совсем близко – напротив глаз мальчика оказались холодные мертвые глаза куклы.

– Отдай мне свое лицо, – прошептал Малыш Кобб дрожащим от предвкушения голосом.

Ледяное лезвие прикоснулось к щеке Калеба, и кукла усмехнулась:

– Отдай мне свое лицо, маленький мальчик, и я надену его, будто маску. После чего я превращусь в тебя. Я заберу себе сперва эту твою хнычущую рожицу, затем заберу твою комнату, а следом и твою жизнь. Я стану настоящим мальчиком, вот ведь номер! Я возьму твои игрушечки – они такие грустные, несчастные – до чего ты их довел! Я нарисую им улыбки, чтобы они не выглядели такими жалкими, а затем мы устроим небольшое представление. Как в театре. И знаешь, что будет после?! Погаснет свет, и кукольное шоу уродцев даст первый спектакль для своего первого маленького зрителя. Это будет кое-что совершенно новое – то, что не показывали тебе твои глупые родители, то, от чего они тебя якобы берегли. Я покажу тебе боль и страдания. Ты не сможешь закрыть глаза, потому что у тебя больше не будет век, ты будешь неотрывно смотреть мое представление со своего самого лучшего, почетного места. И ни о чем не жалей! Тебе понравится, я уверен!

Малыш Кобб разжал перепуганному ребенку рот и запихнул туда отрезанную голову плюшевого мишки.

– Я вырежу твое лицо, словно картину из рамы. Мой нож, как вертихвостка из кабаре, уже просится станцевать по его контуру. Ты хотел играть? Как тебе такая игра? Что, дружок, не ожидал такого?! Ты наивно думал, что твой глупый папочка купил тебе что-то необычное, что-то особенное в «Лавке игрушек мистера Гудвина»?! Что ж, ты был прав. Я не какая-то там банальность. Я! Нечто! Особенное!

Сказав это, кукла принялась хохотать, и в тот же миг Калеб почувствовал дикую, неописуемую боль – это нож вспорол его тонкую кожу. Кукла принялась кромсать его и резать. Он пытался кричать, но не мог: лишь глухое мычание вырывалось из-за такого странного и нелепого кляпа в виде головы плюшевого медведя у него во рту. С каждой секундой боль становилась все ужаснее и ужаснее, а кукла продолжала, дико хохоча, свежевать мальчика.