Она постаралась не выдать своего удивления, но скользнувшая по его губам усмешка говорила о том, что ей это не удалось.
— Не надо так изумляться.
Он подавил зевок. Под глазами снова темные круги.
Они собирали виноград по ночам, когда было прохладнее. Натали видела их в те ночи, когда не могла заснуть.
— Он проспал всю проповедь, — прошептала ей Джени. — Мне Джейсон сказал.
— Эй, а ну-ка.
Неожиданный смешок наполнил комнату и выманил из Натали настоящую улыбку. Она украдкой бросила взгляд на Таннера.
Он сменил свою обычную рабочую одежду — грязные джинсы и заляпанную футболку — на пару элегантных хаки, рубашку в черно-зеленую клетку и почти ослепительные коричневые оксфорды. Волосы были аккуратно причесаны, за исключением нескольких прядей, которые упали на лоб, щекоча темную бровь.
А он неплохо прихорошился.
Натали отвела взгляд, игнорируя бабочек в животе. Он не первый красивый мужчина, которого ей доводилось видеть. И ей не положено раздумывать о его привлекательности. По многим причинам. И первая из них: если ее отец добьется своего, она лишит его работы.
— Джени, бабуля говорит, что пора мыть руки, — распорядился Таннер. — Иди позови Джейсона, он на улице с собаками.
— Хорошо.
Девочка слезла с банкетки, обняла его ноги и убежала, окликая брата.
Таннер напряженно застыл около французских дверей. Натали сыграла несколько аккордов, пытаясь придумать, что сказать, чтобы не прозвучало глупо.
— Значит, ты их дядя?
— Что?
Он медленно развернулся, в золотых крапинках в его глазах отразилось солнце.
— Джени назвала тебя «дядя Таннер», то есть ты их дядя? Не отец?
Натали попыталась рассмотреть его левую руку. Она не заметила кольца раньше, но это не значило, что он не женат.
— Как-как?
Он посмотрел на нее как на сумасшедшую.
— Извини. Просто... я не знала. Я думала, что дети могут быть твоими.
— Моими?
Его брови взметнулись вверх.
— Ну. Да. Я предположила, что у тебя есть семья.
Натали скрестила руки на груди и встретила его потрясенный взгляд.
— Ты много предполагаешь, — фыркнул Таннер и пересек комнату. — Это дети Марни. Моей сестры.
— Марни? — Натали повернулась. Таннер рассматривал фотографии. — Я ее не помню.
— Ты с ней никогда не встречалась. — Он вздохнул и размял шею. А когда снова посмотрел на Натали, глаза потемнели. — Она на пару лет старше меня. Жила с отцом. — Он переступил с ноги на ногу. — Обед почти готов.
Натали поднялась: