Натали встала и протянула руку:
— Прогуляешься со мной?
Они пошли по длинной дороге, по которой они с Николь ехали той ночью. До сих пор Натали ее избегала. Дорога объездная, так что ездить по ней не было особой необходимости. Но сейчас, шагая рядом с Таннером, она позволила воспоминаниям вернуться.
— Вот здесь я начала разгоняться. Стояла одна из тех тихих ночей, когда можно услышать дыхание мира. — Натали откинула волосы назад и коротко засмеялась. — Бабушка так говорила. «Прислушайся очень внимательно и услышишь пение ангелов». В ту ночь я не слышала ангелов.
Таннер обнял ее, и она приникла к его твердой груди, напитываясь его силой.
— Мы не уехали далеко. Только досюда.
Натали показала пальцем, сквозь слезы глядя на место, до сих пор выжженное в ее памяти. Она задышала чаще и отняла у него свою руку.
— Вот тут из кустов выскочил олень.
Она до сих пор видела животное, его дикие, испуганные глаза, в то время как она пыталась нажать на тормоз. Николь с криком рванулась к рулю, и в то же время Натали поняла, что от страха жмет не на тормоз, а на газ. «Стой, Нат, тормози! Жми на...»
— Николь попыталась остановить «Джип», но мы ехали слишком быстро. Было слишком поздно.
Натали судорожно вздохнула, пересекла пыльную дорогу и присела на корточки перед деревом.
— Это случилось здесь.
Она положила ладонь на влажную траву вокруг ствола. Опустила голову и позволила слезам пролиться. В ветвях над головой птицы завели свои утренние песни. Солнце поднялось над холмом, осветив виноград и мох на дереве. Утренний туман поднялся выше.
— Прости, Ник, — прошептала она. В горле пекло, но сердце было готово освободиться от боли. Дрожащими пальцами она расстегнула цепочку, когда-то принадлежавшую сестре, и опустила ее между корней старого кипариса. — Мне очень-очень жаль. Но я должна тебя отпустить. Пора попрощаться.
Таннер подошел сзади и обнимал ее, пока она плакала, отпуская вместе со слезами чувство вины и душевную боль. Наконец рыдания стихли, и ее охватило благословенное ощущение покоя.
Она вытерла глаза и повернулась лицом к Таннеру. Он поцеловал ее.
— Ты в порядке?
Она молча кивнула, черпая силу в его тихой улыбке.
— Спасибо, что ты рядом.
— Спасибо, что позволила мне. — Таннер притянул ее ближе и вновь овладел ее губами. — Как мне прожить без тебя хотя бы один день?
Натали улыбнулась:
— Ты разберешься. А к твоему возвращению из Сиэтла, я, возможно, уже буду здесь. Дома.
— Дома. — Его улыбка растаяла, и он судорожно вздохнул. — Ловлю тебя на слове, мисс Митчелл. И поверь мне, если ты задержишься, я приеду за тобой.
— Обещаешь?
— Даже не сомневайся.
Следующий его поцелуй был полон будущего, в котором она еще не до конца была уверена, но она вцепилась в него и все равно ответила.
— Значит, все решено?
Дедушка Хэл вошел в спальню Натали и осмотрелся. Натали кивнула, застегивая молнию на чемодане. Она развернулась к дедушке, и с губ сорвался рваный вздох.
— Ты же понимаешь, почему я должна поехать, правда?
— Понимаю. — Он взял ее руки в свои узловатые пальцы. В голубых глазах светилось сочувствие. — Я совершил много ошибок со своими мальчиками, Натали Грейс. В последнее время, с возвращением Джеффри, я начал исправлять их, надеюсь. Но твой отец...