— Ты держишься, Таннер?
— Конечно.
Он выдохнул воздух сквозь крепко сжатые губы.
— Твой друг Дэвид, похоже, отличный парень. Хороший проповедник.
Таннер сунул руки в карманы и впился злобным взглядом в человека, который был готов разрушить его жизнь.
— Без обид, но я правда сегодня не в настроении разговаривать с тобой, Рэнс.
Таннер ушел. Краем глаза он видел, как Джейсон пинает мяч вместе со старшими мальчиками, пока младшие дети бегали за собаками и играли в салочки.
Сад был идеей Натали.
Она сидела рядом с ним во время проповеди, держала за руку, давая так необходимую ему силу. Прошедшие несколько дней она постоянно была рядом и теперь являлась такой большой частью его жизни, что он не помнил, как было без нее. Он смотрел, как она разговаривает с его отцом и Хэлом. В простом черном платье с тонким золотистым ремешком на талии и в черных туфлях, она была воплощением элегантности. Всегда излучала ее, как ее бабушка Грейс. Ее волосы аккуратно вились у лица, и она теребила свое ожерелье. Посмотрев в его сторону и заметив его взгляд, она улыбнулась, вызвав у него ответную улыбку.
Забавно, как одна ее улыбка могла проникнуть в его душу и зажечь свет даже в самый мрачный день.
Таннер не знал точно, когда влюбился в Натали Митчелл.
И что с этим делать.
Сначала ему придется столкнуться с тем, чего он боялся.
Он потеряет детей.
Первая встреча Рэнса с Джейсоном и Джени вышла более чем неловкой. Дети вели себя тихо, Рэнс немного настороженно, и Таннер не облегчал положения, торча в углу комнаты. Но парень исправно приходил каждый день.
Джени сомневалась, но скоро оттает. Джейсону может потребоваться больше времени, но Таннер видел в нем внутреннее любопытство, узнавал глубинное стремление мальчика знать своего отца.
Когда-то он испытывал те же чувства.
Он сказал Натали, что готов продать все, что имеет, если дело дойдет до суда. Она считала, что надо дать Рэнсу шанс. Но Таннер знал, где детям лучше. Где они будут счастливы. И это место — «Майлиос».
С ним.
Но за прошедшие дни эта убежденность начала слабеть.
Кто он такой, чтобы мешать, отнимать у Джейсона второй шанс, которого никогда не было у него самого?
Этот вопрос лишал его сна и мучал в часы бодрствования.
Но он был не вполне готов смириться с этим. Он не доверял Рэнсу Харперу. Пока нет.
И сердце Таннера начало ожесточаться в ожидании грядущей боли.
— Привет. — Подошел Джеффри. — Хорошая служба.
— Да. — Таннер взлохматил волосы. Пора стричься. Если он и побрился этим утром, то только по привычке, потому что сам он этого не помнит. — Спасибо, что пришел.
Таннер не упустил, что мужчина очень поддерживал его маму в последние несколько дней. Больше, чем он сам.
— Таннер, ты в порядке?
Ему было бы гораздо лучше, если бы люди перестали спрашивать об этом.
— Держусь.