— Совершенно верно.
— Я так чувствую, вы не хотите платить… Что ж, я не удивлен.
Терпеть не могу старых ворчунов!
— Меня послали уточнить кое-что.
— Понятно, понятно. Хотите кофе?
— Спасибо.
— Можете сесть в кресло. Это Джефово.
Я осторожно опустился в складное парусиновое кресло, а он направился в кухонный угол сварить кофе.
Под куполом было одно помещение диаметром примерно в четыре с половиной метра. Стены шли вначале вертикально до высоты двух метров, затем легонько изгибались к центру, смыкаясь посередке.
Купол стоял прямо на астероиде, пол поэтому был неровен и шероховат. Я заметил два стула и стол справа от входа, немного далее — кухонный угол и загроможденная кладовая. Посреди царила отопительная система, но сейчас, слава богу, она бездействовала. Пот градом стекал у меня по шее. Я стянул через голову рубашку и вытер ею лицо.
— Жарко у вас, — сказал я.
— Привыкаешь, — буркнул он.
Но я ему не поверил.
Карпен принес кофе. Горький, мерзкий, вполне в характере этого отшельника. Но вслух я произнес:
— Отличный кофе.
— Да, — кисло подтвердил он. — Может, перейдем к делу?
С заскорузлыми стариками есть только один способ общения: жесткая атака.
— Речь идет о следующем, — начал я. — У нас, разумеется, нет никаких претензий, но правление фирмы хотело бы убедиться, что все сделано по правилам, прежде чем перевести на ваш счет десять тысяч дублезонов. Ваш компаньон заполнил формуляр с требованием возвратить эту пенсионную сумму и тут же умер… Согласитесь, это необычное совпадение.
— Почему же? — Он отхлебнул из чашки и исподлобья взглянул на меня. — Мы нашли жилу. И убедились, что на сей раз это верное дело. Ведь Джеф выплачивал деньги как раз на тот случай, если мы ничего не найдем. Но когда мы убедились, что попали в яблочко, он мне сказал: «Слушай, зачем мне сейчас пенсия?» И заполнил формуляр. Потом мы откупорили бутылку. А вскоре он убился.
Послушать Карпена, все выходило просто и естественно. Слишком естественно.
— Как произошел несчастный случай? — спросил я.
— В точности я не могу вам сказать. К этому времени и уже как следует набрался. Могу рассказать, что я видел. Джеф надел комбинезон и сказал, что пойдет пометить астероид. Он с трудом держался на ногах. Я сказал ему, что дело вполне терпит до завтрашнего утра, лучше проспаться. Но он меня не послушал. Я тоже, ругаясь, натянул на себя комбинезон и вылез к нему. Тут-то все и произошло.
Он сделал два жадных глотка.
— Что произошло?
— Он шел, держа в руке банку с краской, и пытался распылителем нарисовать «X». Но здесь полно острых выступов. Он, видимо, споткнулся, потерял равновесие и плашмя упал вперед — на один из маленьких пиков. Тот пропорол ему комбинезон.
— А я слышал, он исчез.
Карпен подтвердил:
— Да, он еще успел встать, воздух под давлением стал выходить из дыры, его отбросило — и все.
На моем лице явственно читалось недоверие. Карпен добавил: