То, как дернулся его рот, усилило мое любопытство. Татуировки на его предплечьях всегда были выставлены напоказ — нож Каморры и глаз на одном запястье, а также механические часы, пронзенные ножом в окружении стеклянных осколков, покрывающих шрамы на другом, но мне было интересно, где именно находится третья татуировка.
— Насколько она велика? — спросила я, не подумав. Мое лицо вспыхнуло от унижения, поняв, как это звучит.
Савио усмехнулся.
— Огромна.
Мне пришлось прикусить язык, чтобы не спросить, о чем он говорит. Я знала, что это было его намерением с самого начала.
— Что это?
— Если я скажу тебе, это испортит весь эффект. Ты должна увидеть, — сказал он, понизив голос больше обычного.
Неужели он флиртует? Или же я воображаю вещи, движимые отчаянием?
Диего неторопливо вышел из раздевалки, его глаза сосредоточились на моем обнаженном животе.
— Похоже, у тебя неприятности, — сказал Савио.
— Мне все равно. Он ведет себя неразумно.
— Что здесь происходит?
— Мы говорим о моей татуировке, — сказал Савио, указывая на свою промежность.
— Ты…
Савио поднял ладонь.
— Успокойся. Я ничего не показывал.
Диего не выглядел убежденным. Он внимательно посмотрел мне в лицо, но я ничего не выдала.
— Мне нужно забрать свои вещи. Нам необходимо вернуться домой к ужину.
— Не забудь о встрече в восемь, — сказал Савио.
— Встреча? — эхом отозвалась я.
— Дела Каморры, — сказал Диего.
— Братва доставляет нам неприятности, — добавил Савио, несмотря на неодобрительное выражение лица моего брата.
Папа и Диего никогда мне ничего не рассказывали.
Я улыбнулась Савио, и он подмигнул мне, пока Диего запихивал полотенце в сумку.
— Мои родители говорят только о том, чтобы найти мне хорошую пару, — пробормотала я, стараясь говорить небрежно.
Что касается плавных изменений темы…это было ужасно. Савио снимал бинты и даже не поднял головы. За его спиной я заметила, как Диего закатывает глаза.
— Следующие несколько недель будут трудными для меня. Мне нужно готовиться к предстоящему бою, поэтому я не могу тренироваться с тобой, Диего. Римо должен привести меня в форму.
Неужели он не слышал хоть одно мое слово? Я открыла рот, чтобы повторить еще раз, но Диего схватил меня за руку и потащил прочь. Я поплелась за ним, спотыкаясь.
— Что ты делаешь?
— Спасаю твое достоинство, — прошипел он.