— Мы заинтересованы,— ответил Сэйона.— Дело в ваших предках. Вы наполовину маранин, и именно ваши гены заинтересовали нас. У вас удивительные способности!
— Способности к чему?
— К самым различным вещам. Мы лишь определили их по вашим тестам.
— Могу ли я спросить, в чем же мои главные способности?— с любопытством спросил Донал.
— К сожалению, нет. Я не могу ответить на ваш вопрос,— сказал Сэйона.— Да и мой ответ был бы для вас бессмысленным, сейчас вы не владеете нужными словами для понимания. Поэтому-то я и хотел поговорить с вами. Я интересуюсь вашим мировоззрением.
— Мировоззрением?— Донал засмеялся.— Я — дорсаец.
— Каждый, в том числе и дорсаец, каждое живое существо имеет свое мировоззрение — листок травы, птицы, ребенок. Индивидуальное мировоззрение совершенно необходимо, это краеугольный камень, на котором мы основываем свое существование. К тому же, вы частично дорсаец. А что скажет ваша другая часть?
Донал нахмурился.
— Я не уверен, что моя другая часть что-либо скажет. Я — солдат, наемник. У меня есть работа. И Я хотел бы выполнять ее всегда наилучшим образом.
— Но кроме этого...— настаивал Сэйона.
— Что ж, кроме этого,— Донал помолчал и нахмурился,— кроме этого, я хотел бы, чтобы все было в порядке.
— Вы сказали, что хотите, чтобы все было в порядке. Вы не сказали, что вам это просто нравится.— Сэйона выжидательно посмотрел на него.— Вы не видите в этом разницы?
— Что? А,— Донал засмеялся.— Я думаю, это высказалась моя вторая половина. Если точнее говорить, то я хотел бы сделать так, чтобы все было в порядке.
— Да,— сказал Сэйона, и Донал не понял, одобряет он сказанное или не согласен с ним.— Вы исполнитель.
— Кто-то должен им быть,— сказал Донал, добавив:— Возьмите цивилизованные планеты,— он внезапно оборвал себя.
— Продолжайте,— сказал Сэйона.
— Я хотел сказать: возьмем цивилизацию. Подумать только, как мало времени прошло с момента создания первого космического корабля на Землю! Четыреста лет? Пятьсот? Что-то вроде этого. А посмотрите, как мы распространились.
— И что же?
— Мне это нравится,— сказал Донал.— Это и эффективно и опасно. Какой смысл в техническом совершенствовании, если мы все еще разбиты на множество групп и каждый живет только своим умом, надеясь только на себя. Это не прогресс.
— Вы хотите, чтобы был прогресс?
Донал взглянул на него.
— А вы разве нет?
— Конечно,— сказал Сейона.— Определенный вид прогресса. Мой тип. А каков ваш?
Донал улыбнулся.
— Вы хотите услышать? Вы правы. У меня действительно есть мировоззрение. Вы в самом деле хотите услышать?
— Да.
— Хорошо.— Донал взглянул на маленький, залитый солнцем сад.— Каждый человек — орудие в своих собственных руках. И все человечество — орудие в своих руках. Величайшее удовлетворение приходит к нам не как награда за работу, оно — сама работа. И величайшая задача наша — совершенствовать этот инструмент, самих себя, чтобы еще лучше выполнять работу.— Он взглянул на Сэйону.— Что вы думаете об этом?
— Я думаю об этом,— ответил Сэйона.— И мой собственный взгляд отличен, конечно. Человек для меня — не исполнительный механизм, а воспринимающий. Я бы сказал, что главная задача индивидуума — не сколько делать, сколько быть. Главное — понять себя.
— Нирвана в противоположность Валгаллу,— сказал Донал, слегка угрюмо улыбаясь.— Благодарю, я предпочитаю Валгаллу.
— Вы уверены?— спросил Сэйона.— Вы совершенно уверены, что вам не нужна Нирвана?