В сумеречном свете нам то и дело мерещился противник, приходилось останавливаться и всматриваться в смутные силуэты. Чтоб не занимать руки лишним грузом, монокуляр было решено не брать. Медленно, но верно мы пробирались по поселку. Пройдя почти весь путь до площади, так и не встретили ни одного человека. За несколько домов до центра из-за угла вдруг выскочил пикап и унесся в сторону откуда мы только что пришли. Я не смог разглядеть кто находился внутри, но снаружи в кузове стояло, крепко вцепившись в крепления на крыше, четверо с автоматами. Машина пронеслась так стремительно, что стало ясно, местонахождение нашей базы раскрыто. Мы переглянулись с Викой и продолжили свой путь. Других вариантов у нас не было. Подкравшись к углу дома, выходящего фасадом на площадь, я аккуратно заглянул за него.
Все было плохо. Нет, все было просто отвратительно. В нескольких метрах от дома, где остановились бандиты, на земле, весь в пыли и собственной крови лежал Валера. Он был жив и, опираясь на левый локоть, правой рукой зажимал рану выше колена. Было видно в него стреляли и несколько раз попали. В крови было правое плечо, но судя по тому, что рукой он владел, ничего серьезного задето не было. Рядом с ним на коленях стояла Маша. Все лицо было перепачканным, из глаз текли слезы, оставляя следы на пыльных щеках. Одной рукой она придерживала Валеру, другой помогала зажимать рану. Срывающимся на крик голосом она просила Марину, стоявшую ко мне спиной с пистолетом в руках, не убивать их. Еще ближе к нашему месту положения стояло шесть человек с оружием, рассредоточившихся по площади. Было не очень понятно, зачем стреляли в безоружного человека. А с учетом того, что все наше оружие было при нас, Валера попер на них с голыми руками. Немного приглядевшись к мордоворотам, стал понятен ответ на этот вопрос. У нескольких человек были видны свежие кровоподтеки на лицах.
Промедление с нашей стороны было смерти подобно, а точнее под угрозой была жизнь наших друзей. Коротко переглянувшись с Викой, я отдал пистолет ей и снял с плеча автомат. Увидев, как медленно Марина поднимает руку с пистолетом я, приказав Вике оставаться за углом и прикрывать меня отсюда, рванул вперед целясь в ненавистную мне женщину. На моем пути было несколько человек мгновенно начавших разворачиваться в мою сторону, как только раздались выстрелы. Кто-то из них, прикрыв Марину собой, начал падение, схлопотав несколько пуль. Она и сама упала на землю с завидным проворством. Для меня время замедлилось на столько, что я с удивлением увидел, как Маша медленно расстегивает Валере ширинку на брюках. Нашли время только и успел подумать я, как услышал крик Валеры:
— Глаза!
Не задумываясь, я зажмурился не прекращая стрелять, но понимал, что теперь рискую попасть по своим. Раздался громкий хлопок и меня ослепило даже через веки.
Я лежал на боку, левое плечо разрывалось от боли. Чувствовалось, как течет что-то горячее по правой ноге. Я видел лежащего в паре метрах от меня Валеру и Машу, по-прежнему стоящую на коленях рядом с ним. Она больше не ревела, но теперь смотрела на меня, застыв от ужаса или непонимания происходящего. Краем глаза я увидел, перепрыгивающую через меня Вику. Как она оказалась здесь так быстро? Ее рот был распахнут в крике, но я не слышал ни звука. Перелетев через мое тело она, не успев приземлиться на обе ноги, резко дернулась и начала заваливаться назад, прямо на меня. Грохот выстрела разорвал тишину в моей голове, вернул полноту восприятия. За спиной Маши я наконец-то увидел уже поднявшуюся на ноги Марину. Пистолет в ее руке был направлен в нашу сторону, из ствола шел дымок. На меня упало что-то тяжелое. Через мгновение я понял кто это был. От этого падения меня развернуло на спину, а голова запрокинулась еще дальше. Теперь перед моими глазами было несколько тел. Я не считал, но почему-то точно знал, что их там шесть. Некоторые из них были с аккуратными отверстиями от пуль через всю грудь, кто-то с отвратительным месивом вместо лица. Как я умудрился так попасть? Скосив глаза я увидел лицо Вики. Она лежала на мне, придавив своим телом. Не лице, повернутом ко мне, была улыбка. В глазах еще была жизнь, но держалась она явно с трудом. Превозмогая боль Вика прошептала мне:
— Это было круто! — и еще шире улыбнувшись, закрыла глаза.
Словно откуда-то издалека до меня донеслось:
— Коля, давай быстрее сюда, мать твою! Они все здесь! — надо мной появилось искаженное яростью и одновременно торжеством своей победы поразительно некрасивое лицо Марины. В ее ухе был портативный наушник с микрофоном. Я не слышал что ей ответили, но ее ответ был мне понятен. — Эти сволочи все живы, хоть и подстрелены. Наши все мертвы.
Я постарался улыбнуться от чего ощутил дикую боль и в глазах потемнело. Марина нажала на наушник то ли переключая каналы, то ли просто поправляя его.
— Где вы? — пауза. — Отлично! — я услышал звуки ревущего мотора машины, несущейся на большой скорости. — Вижу вас. Приберите тут, этих троих в расход. Дочку генерала ко мне, — продолжала командовать Марина. Она перешагнула через нас с Викой и посмотрела вправо, высматривая подъезжающий автомобиль. Я видел, как она отошла от нас на пару метров, все еще смотря в сторону въезда на площадь. Звук двигателя был совсем близко и на ее лице появилась зловещая улыбка. Затем мимо моего взора промелькнуло что-то большое и железное синего цвета и кузовом, полным вооруженных людей. Раздался влажный чавкающий звук с того места, где мгновение назад стояла Марина, и почти сразу страшный скрежет и грохот врезавшегося в стену пикапа. Еще несколько секунд я слышал какие-то звуки, затем все стихло.
Глава десятая
Со стороны водителя пикапа с жутким скрипом медленно отворилась дверь. Удивительно, что ее не заклинило при такой аварии. Из открывшейся кабины буквально вывалился Николай Иваныч. Лицо все в крови, дышал он с трудом, видимо, системы безопасности автомобиля не смогли компенсировать все перегрузки и деформации, пришедшиеся на долю водителя. Подойдя к переднему колесу покореженного пикапа Николай нагнулся и посмотрел куда-то под днище.
— Чертова стерва! Давно хотел это сделать, — он смачно сплюнул на что-то торчащее из под машины. Развернулся и поковылял в нашу сторону. — Вы как там все?
Я, уже немного придя в себя, попытался повертеть головой и рассмотреть что происходит с другой стороны.
— Мы то нормально, — послышался голос Валеры. — Вике, похоже, хуже всех. Ее серьезно ранили.
Я почувствовал как тяжесть, давящая на меня сверху, пропала. Немного развернулся и приподнялся на локтях. Николай Иваныч посадив Вику на землю, легко бил ее по щеке, приводя в чувства.
— Здорово вы тут поработали, — произнес он глядя на меня. — В спецназе по выходным подрабатывал?
— Сам не знаю как такое получилось. Ничего не помню с того момента, как выскочил из-за угла. Хотя нет, помню шоковую гранату, — я повернулся в стороны Маши с Валерой.
Девушка уже умудрилась привести тяжелое и изрядно побитое тело моего друга в вертикальное положение. И теперь заботливо отряхивала с него мусор и пыль. Я заметил что она украдкой пытается застегнуть ему брюки, но это ей не особо удавалось. Мешали обрывки скотча, торчащие оттуда и заклинившие замок. Я не удержался и улыбнулся.
— У тебя там, что все на скотче держится?
— Ага, типа того. Между прочим больно было, — пожаловался он Маше.
— Извини, я торопилась, — сожаления в ее голосе было немного, скорее в нем слышалось что-то другое.
В этот момент застонала Вика. Я развернулся и встретился с ней взглядом. Ее ярко-зеленые глаза даже в такой момент не утратили своей жизнерадостности. В них я читал и нежность, и ласку, и радость оттого, что все закончилось. За всеми этими переживаниями мы не услышали, как на площадь выехал абсолютно черный джип, из которого чуть-ли не на ходу выскочил перепуганный Иван и, не до конца разобравшись в ситуации, выхватил пистолет. Ствол он навел на Николая и жестко, но вежливо, что как-то не вязалось друг с другом произнес:
— Отойдите от нее!
— Не стреляй! — быстрее всех среагировал Валера. — Он свой!
— Я свой, — повторил Николай Иваныч, высоко подняв руки над головой.
Иван, поколебавшись несколько секунд, опустил пистолет. Еще через мгновение все успокоились. Те, кто был здоровее остальных, засуетились, помогая раненым. Наш негаданный спаситель принес из дома медкомплект, которому позавидовал бы небольшой передвижной госпиталь. К счастью никто не был ранен серьезно. Нам и в этот раз повезло. Я больше всего боялся за Вику, оказалось, пуля попала ей под ключицу, но прошла насквозь. Крови было много, но ее удалось быстро остановить. Мне прилетело больше всего, но все раны оказались просто царапинами. Если бы я верил в возможность уклоняться от пуль, то сказал бы, что именно этим я и занимался. Все в один голос говорили, что так двигаться не возможно, но вот он я живой и почти невредимый. Правда, совершенно ничего не помнящий, и даже догадывающийся почему. Но сейчас было не до размышлений на эту тему.
Валера с Николаем осмотрели остатки тел у машины. Все, кто ехал в кузове, не выдержали столкновения с бетонным препятствием. Никто из них не был закреплен, и инерция сделала свое грязное дело. От Марины же вообще мало что осталось после тарана и расплющивания о стену трехтонным пикапом. Об этих пятерых я особо не сожалел. Мне все же было интересно, что заставило Валеру привязать шоковую гранату между ног. О чем я его и спросил. Он немного помялся, но под твердым взглядом Маши сдался.
— Это все какая-то интуиция и запредельная вера Маши в тебя. Не знаю с чего она так к тебе относится. Я ей конечно рассказывал о нашей молодости, но даже я не мог на сто процентов быть уверенным, что вы успеете и поймете, где нас искать, — Валера сделал паузу, словно собираясь с мыслями. — Мы решили поговорить с ними. По крайней мере попробовать. Ты же сам сказал, что Николай Иваныч может оказаться неплохим человеком. Вот мы и подумали, не даст он нас сразу убить. Значит есть шанс подобраться поближе. Заболтать, а тем временем вы, разобравшись с парой уехавших на дозаправку пикапов, вернетесь и попытаетесь нас спасти. Прямо как раньше, когда ты проделывал этот фокус не однократно.