– Ух ты… – девочке постулат явно понравился. – Вы сможете научить меня не вводить любого прикоснувшегося ко мне человека в кому?!
– Мы приложим к этому все возможные усилия, – вновь улыбнулся Ксавьер. – Я не могу обещать, что это получится, но у тебя всегда найдётся место, где остановиться, и люди, что примут тебя такой, какая ты есть.
– И в чём же подвох? – регенератор не привык доверять кому бы то ни было.
– Никакого подвоха нет, – спокойно ответил Чарльз. – Мы никого не удерживаем насильно, и каждый ученик волен сам выбирать, что ему больше нужно. Желающие могут покинуть колледж в любой момент, но и после того, как они закончат изучать программу, у них есть выбор: или вернуться в общество образованными молодыми людьми, или остаться здесь, чтобы учить других и стать частью нашей большой семьи.
– Простите, профессор, – меня опять скрутил зуд и просто не получалось удержать язык за зубами, – но как эти слова о благости и защите коррелируют со скрытым ангаром, высокотехнологичным стелс-самолётом и парочкой индивидуумов, одетых во что-то подозрительно похожее на некую униформу спецвойск? Это больше смахивает на какую-то ЧВК, чем на школу для «одарённых» детишек.
– Это вторая часть нашей жизни. В этом мире существуют мутанты, наделённые невероятной силой, и многие из них не разделяют моего уважения к человечеству, как и идеи о сосуществовании с людьми. Если им не противодействовать, человечество погибнет. Именно для этого существует всё то, что вы перечислили, Локи. Всё это и ещё много что помимо.
– То есть вы основали и содержите некую группу, несущую определённые культурные, идеологические или политические доктрины, и допускаете применение насилия и тяжёлой военной техники для отстаивания данных доктрин и интересов? Другими словами, вам не чуждо предумышленное, политически мотивированное насилие, совершаемое против мирного населения или объектов субнациональными группами федерального уровня или подпольно действующими агентами и организациями, обычно с целью повлиять на настроение общества?
– Эй, мы не совершаем ничего такого против мирного населения! – возмутился Циклоп.
– То есть перевозка трупов, оружия и незаконное пересечение границы – это во благо мирного населения? И это только один эпизод, о котором мы точно знаем и даже участвовали! – я радостно хлопнул ладонями по подлокотникам кресла. – Шикарно, да у нас тут террористы-пацифисты! Редкий вид!
– Террористы? – выдохнула Роуг.
– Всё не совсем так, как сказал ваш друг, – печально вздохнул пожилой мутант в инвалидном кресле, – хотя, вынужден признать, с формальной точки зрения, всё может выглядеть несколько неприглядно, – он реально непрошибаем, а я ещё думал, что это Росомаха невозмутим.
– Ох, только не думайте, что я осуждаю или хочу вас обидеть, – примирительно улыбаюсь. – Я не против. В конце концов, я — Бог Обмана, Озорства и Злых Шуток, а что может быть озорнее неподконтрольной властям толпы обученных и вооружённых суперсолдат в паре сотен километров от Вашингтона? К тому же девушки в этой форме смотрятся бесподобно, – кидаю многозначительный взгляд на Шторм.
– Я не желаю видеть своих учеников солдатами, – серьёзно возразил телепат. – Именно поэтому части из них всё же приходится заниматься тем, чем они занимаются. Чтобы защитить остальных, как от обычных людей, так и от таких, как Магнето.
– Объясните уже, что за хрен такой, – устало попросил Логан, его явно раздражало «тупое имя» потенциального противника, моё фиглярство и вся эта ситуация в целом, но ничего, мужик продолжал держаться и Превозмогать.
– Один из крайне могущественных мутантов, замышляющий развязать войну между мутантами и остальным человечеством. Его сила — управление металлами, и, помимо этого, он возглавляет собственную организацию радикально настроенных мутантов, частью которой был Саблезуб.
– Саблезуб, Циклоп, Шторм… – Логан скептически покосился на меня, – Локи…
– Эй, это моё настоящее имя! И вообще, ты сам себя Росомахой называешь.
– …теперь вот Магнето, – стоически проигнорировал мой крик души регенератор. – А у тебя тоже есть пафосное прозвище? Телега или что-то в этом роде? – далее Логан явно намеревался сказать что-то типа «с меня хватит, я сваливаю с этого дурдома», но профессор просто посмотрел на него, и мутант оборвал сам себя на половине фразы. Ещё и по сторонам затравленно огляделся. – … Ладно, убедил.
– Хм-м-м, это не те дроиды, которых вы ищете? – киваю в сторону Логана.
– Нет, – улыбнулся кончиками губ профессор, – я просто показал, что у меня тоже есть дар. С малых лет я понял, что могу влиять на разум людей, заставлять их думать и поступать так, как пожелаю. Тогда же я осознал, сколь велика должна быть ответственность у обладателя подобного дара. В семнадцать я встретился с парнем по имени Эрик Леншер. У него тоже был дар, он мог создавать мощные магнитные поля очень специфической конфигурации и таким образом управлять металлами. Вместе мы начали искать других мутантов и защищать наши права, но… он разочаровался в этом пути и решил бороться с человечеством, а не пытаться ужиться. После этого он и стал известен как Магнето.
– И зачем ему посылать своего громилу за нами? – наклонил голову Росомаха, судя по выражению лица, уже смирившись и решив воспринимать информацию серьёзно.
– Это я и хочу узнать. Дайте мне три дня. А пока предлагаю вам побыть гостями в этом доме.
– Хорошо… – после некоторых размышлений ответил Логан. – Локи, Роуг?
– А-а-а к вам можно поступить? Ну, учиться? – девушка размышляла недолго.
– Разумеется, мы всегда будем рады другим мутантам, – теперь профессор улыбнулся куда более открыто и радушно.
– Ну, мне всё равно идти некуда и разницы никакой нет, так что можно и у вас остановиться, к тому же я бы потом хотел обсудить несколько вопросов в индивидуальном порядке, – я ощутил, как моего разума осторожно коснулись, видимо, Чарльз был не против обсудить заинтересовавшие меня темы тет-а-тет и при скоплении народа. – Нет-нет, – как и ожидалось, ментальная магия позволила без труда вытолкнуть визитёра, даже не допустив его до первой линии постоянной защиты — Лабиринта Отражений, – давайте без этого, поверьте, лучше нам будет пообщаться нормальным языком, – в глазах Ксавьера зажёгся некоторый интерес, как и у Джин Грей, что, к слову, хоть и не была «крокодилом», но, как и Роуг, являлась максимум миловидной девушкой, но никак не сногсшибательной роковой красоткой, каковой её описывают в комиксах и мультиках. Впрочем, по местным меркам она, может быть, реально входит в Топ-10 красавиц планеты, кто его знает, как тут, на Земле, всё плохо? Если уж местной Сиф — натуральной Богине и первой красавице Асгарда — не завезли даже нормальных сисек, то чего уж ждать от Мидгарда? А-а, я уже задолбался ныть на тему того, что тут на весь верс, походу, лишь одна красивая женщина. И я не сильно удивлюсь, если в конечном итоге и та окажется лесбиянкой.
– Хорошо, – с примирительной полуулыбкой кивнул Ксавьер. – Сейчас вам подготовят комнаты, а пока предлагаю пройти на ужин. Должно быть, вы все проголодались во время полёта.
Мы с Логаном оказались людьми понимающими и начали вставать, следом поднялась и Роуг, а вскоре вся толпа уже покинула кабинет, оставляя профессора одного. Как он успел мимоходом сообщить, он уже поужинал. Однако надолго тишина в кабинете не затянулась, и, выждав около минуты, Чарльз, подчёркнуто глядя в сторону, негромко произнёс:
– Так о чем ты хотел поговорить?
– Впечатляет, – улыбнулся я из кресла, снимая иллюзию, – мы общались меньше часа, а вы уже смогли просчитать мой ход и поняли, что я останусь для разговора.