— Принеси, Светочка, нам хорошей водки.
Та кивнула, и вскоре на нашем столике для безусловного уничтожения красовалась бутылка «Пшеничной». Роман быстро наполнил рюмки и провозгласил тост:
— За порядочных людей, нас так мало осталось!
Закусили из того изобилия, что громоздилось на столе.
— Давай ещё по второй, за нас!
Я с небольшим испугом обозначил, что выпил, и поставил рюмку на стол. А Роман не унимался. Сразу налил ещё.
— За знакомство! До дна! — воздвигнул новый тост он, чокнувшись с ещё не успевшей опорожниться моей рюмкой.
— Светочка, шампанского! — громко позвал он официантку, и вскоре налитые ею фужеры с холодным напитком звякнули под его усилиями неповторимым звоном.
Приступив к терзанию бедра цыпленка, помаленьку отхлёбывая прохладное шампанское, я был всецело поглощён самим процессом поедания и прикрывал, как мог, свой фужер рукой, но собеседник всё время норовил подлить мне и сам не унимался, в одиночку ещё и ещё прикладываясь к напитку. Наконец, Роман опорожнил бутылку, и у него вдруг засветились глаза.
— Знаешь, Вить, хочу рассказать тебе одну историю, а ты, если можешь, помоги мне. Я не женат. Работаю здесь на рынке, рублю мясо. Мать говорит, женись, сынок, хозяйству нужна помощница. Ну что мне ей возразить, надо, конечно. Но только не умею я знакомиться с девушками.
Роман громким хлопком отсалютовал залу, умело не пролив пену из новой бутылки, явно привлекая к себе чьё-то внимание.
— Вить, она со мной танцевать не хочет. Я уже три раза приглашал её. Помоги. Пригласи на танец и объясни ей. Ну, про меня, — и он снова наполнил напитком оба фужера.
Музыканты заиграли снова. Я согласился помочь Роману. По описанию я сразу определил предмет его воздыханий и пригласил симпатичную девушку с русыми короткими волосами. Кружась с ней в медленном танце, я произнес ей на ушко:
— Видите вон того усатого мужчину за столом? — Он очень скромный и испытывает страх при знакомстве с девушками. Три раза он, несчастный, подходил к вам и не решался ни на что, даже заговорить. Пообещайте мне, что следующий танец будет его.
— Ну ладно, — ответила девушка.
— А как же вас зовут?
— Наташа, — улыбнувшись, ответила она уже около своего столика, куда я её проводил.
Благодарно кивнув ей, я вернулся к Роману и уселся на своё место.
— Как она, что? — Роман с нетерпением ждал от меня отчёта «за проделанную работу».
— Следующий танец твой, — я отхлебнул маленький глоточек.
Музыканты опять заиграли медляк. И Роман медленно встал весь в своём неистовом волнении. Покачиваясь, он сделал несколько шагов вперёд, потом вернулся к столу, налил и выпил «для храбрости» ещё водки из рюмки и запил её шампанским. Ведь не зря же его брал! И… рухнул на стул без чувств.
Недалеко стояла и улыбалась Наташа. Она видела эту драму и рукой приглашала меня танцевать. А что было делать? Надо же сгладить момент. Танцевали мы с ней, смеялись, потом танцевали ещё и ещё. Очнулись, когда музыки не стало. На стуле, уложив голову на стол, спал скромный Роман. Мы с Наташей сгребли его и повели домой. Он, сам не зная как, но указывал направление к дому, так и не проснувшись толком.
Я и Наташа расстались утром. Сна не было. От её дома я на удивление легко и просто нашёл дорогу в гостиницу, тихо прокрался мимо спящей администраторши, улёгся на кровать.
Уже горланили где-то на дворе первые ростовские петухи.
— Ну что, перекусил? — спросил сосед слева.
— Перекусил, успел…
— Доволен?
— Душно здесь, — ответил я и вырубился, быстрее стремясь к женскому образу под петушиные крики наступившего утра…
Да, Ростов. Побывав здесь единожды, хочется посетить этот город снова, чтобы почувствовать такое милое гостеприимство местных жителей.
В грозу