С помощью поиска жизни минуя убегающих монстров, я подобрался к большому обсидиановому камню. Настолько большому, что метров пятьдесят пришлось карабкаться наверх. С этого расстояния, не без труда, я мог наблюдать за сражением, остаточная мана которого доходила до этого места.
Надо ли говорить, как я обрадовался, когда увидел пламенного ворона, сражающегося с какой-то гигантской каменной змеёй.
Первый раз в пять точно превышал размерами своего предшественника. И говоря прямо, выглядел величественно, даже в потрёпанном виде. В глаза особенно бросался шикарный большой огненный хвост, чуть ли не как у павлина. После него ещё и языки пламени, которые постоянно будто образовывали какой-то затейливый узор, который постоянно ускользал от глаз.
Не так уж легко наблюдать за битвой монстров, которые, по всей видимости, были пятого или шестого уровня.
Второй монстр выглядел и проще, и страннее. Назвать его каменной змеей всё-таки было бы ошибкой. Судя по чёрному цвету, это обсидиан или даже какой другой материал. И судя по всему, он был или големом, или элементалем.
Нет, я конечно мог подумать, что это природная броня монстра, но сам он состоял из присоединённых друг к другу глыб. Непонятно, как они вообще держались, и за счёт чего это непонятное что-то вообще могло двигаться. Но скорее всего благодаря некой электрической нити, которая виднелась сквозь небольшие зазоры между глыбами.
В Пустоши я навидался много всякой хрени, но такую вижу впервые. Какой в ней был смысл, кому вообще могла прийти в голову идея создать что-то подобное, и было ли это природным явлением, таким как элементаль, я не знал и не старался узнать.
Просто немного удивился, не более.
Что куда больше напрягало - змейка то пламенного ворона потихоньку выигрывала. То хвостом больно по птичке ударяла, то поднимала огромные куски камней вокруг себя и швыряла их в воздух.
В один момент даже удлинилась с помощью электрической нити в несколько раз и едва не обхватила пламенного ворона. Не увернись он в последний момент, и всё, полностью проиграл бы схватку.
Отступить ворону толком не давали, да и не выглядел он так, будто собирается это делать. Правда шансы на победу у него таяли на глазах, несмотря на то, что у змейки уже много где стала обваливаться броня.
Наверняка где-то внутри змеи было ядро, и ворону только было нужно выцепить момент и нанести в нужную точку атаку. Но противник ему не давал этого сделать.
А проигрыш ворона не входил в мой план, который я составил на скорую руку. Если дело выстрелит, то Хендрик будет очень сильно удивлён. Ну а если нет, то я скорее всего умру.
Но тут оно точно стоит того!
— Ладно, давай-как мы тебе слегка поможем! - сказал я себе вслух и начал реализовывать план.
Глава 23
Я начал чертить в воздухе магический круг, собираясь использовать стрелу Магнуса (3). Дело давалось не без сложностей - всё-таки в первый раз использовал катализатор магии.
Впрочем, мне очень сильно помогло знание рунного дела.
Создание магического круга включала в себя три этапа.
Во-первых, сначала создавался сам круг. Фундамент. Простая оболочка, куда помещают заклинание. В самом начале сотворения заклинания нужна только она.
Затем идёт начертание символов. Эти символы являются одновременно и частью, и не частью самого заклинания.
Это работает как с рунами. Каждый символ за что-то отвечает.
Первый, например, за сохранность круга - чтобы его прочности хватило для заклинания. Второй - сосуд для маны. Чтобы заклинание могло быть достаточно убойным. Третье - за добавление стихии. Например, чтобы стрела вылетела огненной. Четвертый - за стабильность заклинания. Никому не хочется, чтобы заклинание растворилось на подлёте к врагу.
И так целая уйма мелочей, не говоря о том, что некоторые символы могут повторяться. Ещё надо учитывать их взаимодействие друг с другом, и чтобы они не противоречили себе, и так далее, и тому подобное. Можно перечислять очень долго.
И конечный этап - вливание самого заклинания в магический круг. Тут уже второй раз помогал опыт в создании рун. Процесс такой же - представляешь себе в уме заклинание и вставляешь в круг. Будто это простой кусок кожи для талисмана, в который ты уже не раз вставлял заклинание.
Правда тут более сложный механизм и совсем другие объёмы.
Я продолжал представлять себе, как создаю лук и стрелу с натянутой тетивой. Представлял, как всё больше вливаю в стрелу ману, и как она увеличивается в размерах вместе с оружием.
И снова это странное чувство… Чувство родного. Едва ощутимое, на самом тонком уровне, но оно было. Прямо как с девушкой во снах. Словно впереди меня находится не призванная магия, а семейная реликвия, передавая на протяжении многих лет из руки в руки.
И вместе идёт осознание, что заклинание словно живое. Словно у него есть воля.
Это оружие - оно словно частичка меня.