Хобарт лежал мертвый у дальней стены вивариума. Вид его был не лучше. Иезуса Пьетро кольнуло ощущение вины. Он не хотел такой судьбы Хобарту.
Вивариум был пуст. Естественно.
Иезус Пьетро осмотрелся вокруг себя и увидел на блестящей стальной поверхности двери какое-то темное изображение.
Это был какой-то символ, Иезус Пьетро был уверен в этом. Но какой символ? Символ Сынов Земли представлял собой круг, в котором находились очертания американского континента. Этот же символ не был похож ни на что, но Иезусу Пьетро казалось, что он знаком ему. К тому же нарисован он был человеческой кровью.
Две широких симметричных дуги. Три маленьких замкнутых окружности внизу.
Иезус Пьетро потер глаза. Чтобы это ни было, об этом нужно сейчас забыть. Потом он спросит об этом у пленников.
— Предположим,— сказал он вслух,— что они пошли к главному выходу.— И если охранники и удивились тому, что он говорит сам с собой, то виду они не показали.— Идем,— сказал Пьетро.
Налево, направо, вниз по лестнице... Мертвый полицейский на полу. Он сам и его полицейская форма разорваны на части. Иезус Пьетро прошел мимо него, нс замедлив шага. Когда они дошли до металлического щита, перегородившего коридор, Пьетро достал ультразвуковой свисток. Щит медленно поплыл вверх. Перед ними открылась ужасающая сцена. Как будто они присутствовали при взрыве банка органов. Трупы, которые валялись там и тут, трудно было признать человеческими. Многие из них даже не были при жизни полицейскими. Медики, электрики...
О, внутрибольничная охрана получит прекрасный урок! Иезусу Пьетро стало нехорошо, но он постарался не показать этого, только опустил голову.
Вот и второй стальной щит. Он поднялся и Иезус Пьетро увидел груду тел колонистов. Они все были в таких положениях, как будто хотели вырваться из ловушки, даже будучи, в бессознательном состоянии. Полицейский вызывал по радио людей с носилками.
Иезус Пьетро долго стоял над телами колонистов.
— Я еще никогда не ненавидел их так сильно, как сейчас,— сказал он.
— Клпр, грскоп...
— Что? — Келлер не мог отвлекаться. Он пытался вести кар с одной рукой, и машина с трудом подчинялась ему.
— Гр... скоп! — с трудом произнес Худ.
— Что я должен сделать с ним?
— Включи...
Мэт поставил тумблер с надписью Гироскоп в положение Вкл. Что-то зажужжало. Кар задрожал, выпрямился и полетел прямо.
Келлер повернул ручку и кар начал набирать скорость. Он летел ровно и быстро.
— Мы не можем лететь к коралловым домам сейчас,— сказал Мэт.
— Конечно,— сказал Харри Кейн. Он говорил медленно, но вполне разборчиво.— Полиция туда нагрянет сразу же. Я не могу сотни людей загнать туда, откуда мы вырвались.
— Тогда куда же?
— Полетим в большой пустой дом, который принадлежит Джефри Парлетту и его семье.
— А где же будет сам Джефри Парлетт?
— Сейчас он с семьей на Йоте. Плавают, ловят рыбу, играют.
У меня есть контакты с Альфа Плато, Келлер.
— Парлет... он.
— Это его внук.
— Но это же опасно.
— И ты говоришь об этом, Келлер!