Сфокусировавшись даром на каждом, я попытался разглядеть дары, и они у всех имелись. Двое вообще имели пару. К сожалению, я не знахарь и не могу судить об их развитии, но рассчитывать буду, что по максимуму. В итоге — они точно знают, что мы пришли. Призрака они не чуют, но Ки их сенс видит точно. В том, что он по-прежнему сидит в замке и отдаёт команды по рации, я даже не сомневался и проверять не стал. После потери одного сенса они вряд ли выпустят за ворота второго, а в том, что их у них вагон, я серьезно сомневаюсь. Те двое, что на холме, сидят в окопе, причем глубиной на половину тела, а вот вторая пара просто прилегла за холм, не забыв на него подтащить ещё немного растительности.
Ждать долго нельзя. Они могут заподозрить, что мы почуяли засаду и готовы повернуть. Могут выкинуть какой-нибудь фортель. Вдруг у них вон за тем холмом, куда не дотягивается мой дар, заныкан ещё и пулемёт? Я сейчас мало чему удивлюсь. Мне пришлось изрядно озадачиться поиском места, где бы я мог спокойно выйти из призрачного состояния. Вряд ли наблюдатели оставили бы без внимания взметнувшиеся в разные стороны ветки и листья от кустарника. Приготовился, поводя зеленоватой винтовкой нолдов по двум силуэтом первой пары, проявился и дал два комплекта коротких очередей в каждого.
Тут же, снова перейдя в состояние призрака, нашел двух других и начал целиться, как вдруг один из них стал отползать назад. Ясно, моё проявление не осталось незамеченным сенсом. А вот второй замешкался и тут же был наказан, правда, не особо удачно, и только после третьей очереди он перестал шевелиться. На всякий случай я еще раз обратил внимание на первую пару, но там все прошло удачней, чем здесь. Став призраком, я распрямился и пошёл в полный рост к отползающему.
Заметив меня, тот выдал несколько безуспешных и заполошных очередей, которые отозвались приглушённым эхом от забора, что проглядывал сквозь лес, и, уже пригибаясь, рванул прочь от меня. Когда я уже почти вышел из состояния призрака, чтобы прострелить ему ноги, сбоку меня взметнулся кусок земли, а повернувшись, я увидел опадающие стебли травы. Ну что же, пулемётчика на холм не завезли, а вот снайпер, да ещё и с бесшумной, у нас в наличии. Я проводил взглядом убегавшего уже в полный рост и попытался понять траекторию выстрела.
Вскоре еще одна пуля звякнула за спиной, обнаружив, по всей видимости, камень в местной почве, а я четко выявил место, откуда велся огонь. Именно то самое старое здание, что облюбовали разведчики северных, теперь занимал вражеский снайпер. Я, конечно, могу ошибаться, но что-то мне подсказывает, что это единственное место, откуда беспрепятственно можно накрыть всю местность. Высота позволяет накрыть даже тех, кто попытается залечь в какую-либо впадину.
Спина убегавшего бойца скрылась за холмом, когда я закончил прикидывать, сколько мне нужно пробежать и где лучше сделать выход из призрака, чтобы перезарядить дар. Определившись с планом, я рванул в сторону, немного вихляя, чем в очередной раз пытался обмануть неопытного стрелка. Это работало. По крайней мере, периодически я успевал замечать, что по мне ведут огонь.
Пройдя две трети пути, уже после того, как сделал удачную перезарядку дара, я почувствовал того, кто стрелял. От удивления чуть не замер посредине поля перед подъёмом на холм. Снайпер был мертв, а за кирпичной постройкой прослеживался силуэт Ки, перекладывавшей содержимое карманов мертвого тела в свою разгрузку. К тому времени, как я добежал, она, уже прижавшись к земле, наблюдала за мной.
— Ствол понесу я. Все забрала? — быстро выдал я прижавшейся кошке.
— Да, — тихо ответила она, при этом продемонстрировав мне еще и какой-то мешок в руке.
— Рюкзак мой где?
— Унесла на завод, на крыше маленького дома за большим.
— Чтоб тебя с твоей самодеятельностью! — выразился, не став пояснять смысл фразы, и рванул призраком по склону холма, уходя в лес.
Без погони и стрельбы мы попали на останки здания, где дожидался меня рюкзак. Без передышки отступили, пробежав примерно полтора часа во весь опор. Вот знать бы, на какое расстояние их сенс нас чует, чтобы не влипнуть. Немного переупаковавшись, я рассмотрел прихваченное оружие. В том, что это была снайперская винтовка, сомнений не было из-за установленного прицела, но её общий вид был настолько уродским, что испытывал почти брезгливость к данному несуразному оружию. Складывалось ощущение, что его слепили из того, что было под рукой. Пистолетная рукоятка с наростом впереди для установки в него магазина несуразно перетекала в огромный толстый ствол с интегрированным глушителем. Приклад был такого вида, что складывалось впечатление о заимствовании его со старой охотничьей винтовки, а прицел, что располагался на всем этом сверху, придавал совершенно не заводской вид изделию. Покрутив в руках, я не смог обнаружить следов кустарной переделки, но даже это и наличие серийного номера рядом с надписью «MSSR marksman rifle» не могло ослабить моё неверие, что кто-то будет создавать такое уродливое оружие.
Отстегнув магазин, я выщелкнул один патрон и удивился, увидев маркировку пять пятьдесят шесть на сорок пять. Не поверив, даже изъял запасной магазин Ки и сравнил имевшийся в нём патрон. Глядя на двух братьев близнецов, что у меня лежали в ладони, я еще больше озадачился. Я всегда был уверен, что калибры для оружия снайперов никак не могут быть теми же, что и автоматные. Черт с ними, с винтовками, где патрон, как у пулемета, но, чтобы обычный автоматный, даже не слышал о таком. Защелкнув патрон, что позаимствовал у Ки, в магазин винтовки, куда тот влез как родной, открыл ранее закрытый прицел и, нацелившись на надпись, что размещалась на соседнем здании, выстрелил дважды.
Первым ушел патрон, что был в стволе, а вторым позаимствованный, чем доказал свою полную совместимость с данным оружием. Ну вот, хоть и странное на вид, но бесшумное оружие добавилось в арсенал местных. Я сделал еще пару пробных выстрелов, уже не прицельно, практически от бедра, чтобы оценить громкость, и, довольно хмыкнув, понял, что по тишине она даже вроде как выигрывает перед моим Калашниковым. Правда, винтовке нолдов она, естественно, с треском проиграла.
Увидев заинтересовавшуюся странным оружием Ки, протянул ей его, и она почти сразу к нему приспособилась, сказав, что ей удобнее из-за того, что ручка имеет больший наклон, и тут же начала стрелять. Ей приходилось забавно наклонять оружие, чтобы пользоваться установленным прицелом, уж очень тот не подходил для кошачьей морды. Сделав пару выстрелов, она попросила его снять. Без него она так же неплохо стреляла, в чем я убедился, обозначив пару целей. Конечно, у прицела имеется возможность настроить смещение по ветру и по пристрелу, но мы обычно не ведём бои на дальних дистанциях, так что всем этим можно пренебречь.
Прицел выкидывать я даже не думал. В этих местах такая вещь редкость, да и вдруг все же Ки решит попробовать использовать его. Еще минут десять мы потратили на то, чтобы переснарядить Ки, поскольку та выказывала желание быть либо тихим бойцом с ножами, сняв с себя всё, либо вести огонь с дальней дистанции. Еще раз удивился тому, как быстро проходит её адаптация. Еще даже месяца тут не прожила, а уже четко знает, что и как она будет делать. Говорит почти нормально на трех языках и постоянно поглощает книги пачками, развивая их.
Закрепив новое оружие у неё на спине, уложив магазины от винтовки ей в разгрузку, благо, тех обнаружилось достаточно у убитого нами, и разобрав его мешок, мы двинулись к более опасным местам, понемногу загибая в сторону. Первоначально я хотел вернуться на остров, но сейчас мне показалось, что самой лучшей стратегией будет подоставать их. Сегодня я планировал переночевать поближе к опасным кластерам, там, куда вряд ли сунутся бригады Снайка, а завтра с утра опять что-либо учудить на их территории.
Ночь прошла тихо, если не считать самоволки Ки, которая, устав маяться от безделья, притащила разных консервов и других вещей, в основном, сладких продуктов, невзирая на мои предупреждения, что не только у неё ночью хорошо работают глаза. Когда я повторил свои напутствия, она молча достала из разгрузки пакетик с двумя споранами, как бы говоря мне, что она уже бывалая. Она, конечно, никак не походит на новичка, но есть шанс, что ей тоже свойственна излишняя самоуверенность и болезнь переоценки своих сил, хотя пока я такого не замечал. Очень трудно судить о её способностях, практически нечего о ней не зная, но я уже полностью уверен, что она может выживать и сама. Правда, эта мысль меня радовала мало. Возможно, она захочет пойти со мной разными дорогами. Я, конечно, неплохо переносил одиночество, но, как-то обзаведясь то ли напарницей, то ли питомцем, стал чувствовать какую-то необходимость в напарнике, которого у меня до этого не было. Может быть, я созрел для того, чтобы создать свою группу?
На подходе засады не обнаружилось, но мы по-прежнему тратили время на тщательный осмотр всей местности, пока не добрались до удобной точки, чтобы наблюдать за поселением замковых на берегу. Нас уже ждут и знают, что мы рядом. Вывод был очевиден, поскольку все те, кого мне удалось разглядеть в прицел винтовки нолдов, явно были готовы отражать наше нападение. Я достал электронный прицел и замерил расстояние — восемьсот с малым метров. Мы засели по обоим краям от здания, где вчера была позиция снайпера. Кстати, тела тут не было и следов его поедания на месте тоже. Видимо, у них имелась хоть какая-то культура, и они его забрали, чтобы похоронить.
Мы заранее договорились, что я открою огонь первым. Я и лежал справа, чтобы Ки, как можно больше, была прикрыта углом здания. Самую главную проблему в виде двух пулеметов должен был решить именно я. Моё оружие пробьёт любую преграду, хотя с такого расстояния я его не тестировал. Не может же оно игнорировать законы физики. Вот поэтому и должен был попробовать первым. А вот уже когда поднимется паника, пусть присоединяется и она.
Самой удачной целью был ближний к нам пулемёт. Он, хоть и был прикрыт какими-то железными конструкциями, но все равно возвышался над строениями, будучи взгромождённым на металлический контейнер, так что положение стрелка можно было просчитать. Прицелившись, я выстрелил и обрадовался появившимся отверстиям в металлической конструкции, а вот тому, что несколько выстрелов не попали в одну точку, я даже не удивился. Все же ничто обычное винтовке нолдов не чуждо. Разброс все-таки есть. Вот только те несколько миллиметров отклонения с восьми сотен метров можно не считать.
Сидевшие внизу засуетились, явно услышав звон от попадания пуль в металл. Я выдал еще несколько коротких очередей с небольшими отклонениями, чтобы однозначно повредить стрелка или пулемёт. Второй открыл огонь в нашем направлении в тот момент, когда я брал его на прицел, да так косо, что никакой пристрелкой по этому зданию даже и не пахло. Правда, трассеры быстро отмечали изменявшийся вектор, и вскоре стрелок должен был накрыть нас. Со стороны Ки также были слышны выстрелы. Правда, о её целях я ничего не знал.
С третьей очереди мне, по всей видимости, удалось зацепить стрелка. Пулемет продолжил вести огонь, но уже в небо. По всей видимости, спусковую скобу тот так и не отпустил, но я решил не оставлять все на самотёк и еще двумя очередями вывел из строя и само оружие. С той стороны громко хлопнуло и, судя по долетевшему до меня звуку, разлетелось на куски. Видимо, я попал в ленту или заклинил ствол, но это было не столь важно, обе опасные для нас точки перестали вести огонь. А те жалкие потуги, что долетали до нас приглушенными хлопками, даже не пугали. О точной и прицельной стрельбе речи точно не шло, хотя наличие еще одного снайпера я не исключал.
Я продолжил рассматривать позиции в прицел, пытаясь обнаружить снайпера, но замечал лишь силуэты перебегавших бойцов в щелях, на что тут же реагировал очередной очередью, правда, не зная, достигла та своей цели или нет. Они огрызались не меньше часа, после чего инициатива полностью перешла на нашу сторону. По нескольким отверстиям, появившимся у меня в прицеле без моего на то участия, я понял, что Ки, так же, как и я, пытается выцелить тех, кто продолжает мелькать в щелях. Вскоре все движение стихло.
Было бы самонадеянно полагать, что мы всех достали. Скорее всего, те, кто там есть, просто затаились, поняв наши действия и бесполезность своих потуг. Я предполагал, что замковые могут выслать помощь или обойти нас, но ни того, ни другого не произошло. Я даже, оставив напарницу в одиночку пугать врага, спокойно приготовил еду, разумеется, предварительно покинув линию огня. Судя по редким глухим хлопкам, Ки продолжала беспокоить притихших бойцов, но в особом успехе этого начинания я сомневался.
Когда мы уже почти собирались уходить назад для ночёвки, чтобы пройти по кластерам дотемна, Ки насторожилась и, без объяснения забежав за здание, заняла позицию на верхушке склона так, чтобы рассматривать в прицел не базу, а лес. Я медленно подполз к ней и так же начал вглядываться в ту сторону, правда, через электронный прицел, чтобы шарик на нолдовской винтовке меня не выдал.
— Что там? — спросил я медленно втягивавшую носом воздух Ки.
— Запах, ветер принёс запах, там двое прячутся в лесу.
— Точно двое? — переспросил я, подозревая, что для обхода нас в тыл этого явно маловато.