— Получил. И людям сообщил. Когда прибудет шаттл?
— Пока не знаю. Хокинг приказал быть наготове. Этим мы и занимаемся.
— Как насчет новой программы?
— Все готово. МIRА не поймет, что произошло. Вся связь и управление перейдут под наш контроль, как только последует команда. Что касается сопротивления...
— Сопротивление оставь мне. Не думаю, что недовольных будет много. Там, — он кивнул на экран, заполненный сияющими звездами, — очень холодно и одиноко…
— Будем надеяться, что до этого не дойдет.
Рамм повернулся, но не дойдя до двери, остановился и сказал:
— Пожалуйста, поставь меня в известность, как только Хокинг объявится. Надо обезопасить стыковочный отсек на случай, если у Пакера и его друга-капитана возникнут какие-нибудь идеи.
— Поставь меня в известность, когда найдешь их, — язвительно ответил Вермейер.
Спенс не знал, долго ли длилось видение. Когда он снова пришел в себя, костер прогорел до тлеющих углей, а луна опустилась к вершинам деревьев. Оглушительно стрекотали цикады. Ветер с горных склонов ощутимо похолодал.
Гита спал возле костра с тюрбаном в протянутой руке. Аджани сидел, подтянув колени и склонив голову на грудь. Кир смотрел на тлеющие угли, и они отражались в его больших желтых глазах.
Остаточное воздействие эссила все еще сказывалось в конечностях Спенса, на губах оставался привкус сладости. Но бурный поток мыслей и эмоций иссяк.
— Все кончилось, — тихо сказал Спенс. Марсианин повернул голову и внимательно посмотрел на него.
— Да, мой земной брат. Остается только поблагодарить Того, кто дал нам эссил, чтобы мы могли лучше узнали друг друга.
— Я не устану благодарить Его до конца своих дней, — с чувством произнес Спенс. Память о его прозрении все еще горела в сознании, он понимал, что отныне всегда будет носить ее с собой. — Эссил наделен такой силой?
— Иногда даже большей. На всех он действует по-разному. Но первый раз неизменно ошеломляет… — Кир замолчал. Спенс понимал, что здесь нет предмета для обсуждения, все на уровне чувств и ощущений. Оставалось непонятным, что пережили остальные.
Ветер переменился. Спенс услышал звук, который его насторожил.
— Ты слышал?
Марсианин склонил голову набок. Лес полнился ночными звуками.
—Я многое слышу, и все звуки для меня новые, — наконец ответил Кир.
— Возможно, ветер... — начал Спенс, но тут звук послышался снова, на этот раз более отчетливо: слабое жужжание, похожее на шелест сухих листьев. Он мгновенно понял, что это такое; он уже слышал это раньше.
— Нет! Только не надо опять! — воскликнул он, вскакивая.
Он всмотрелся и заметил нескольких черных фигур, скользящих меж деревьями. Шуршали кожистые крылья.
— Надо убираться отсюда! — Спенс был очень взволнован. — Похититель снов нас нашел!
—Что случилось? — Аджани вскочил.
— Демон вернулся. Демон Похитителя снов. И не один… Уходим!
Спенс повернулся, чтобы разбудить Гиту, но Кир легко подхватил с земли лингвиста-стоматолога и зашагал через поляну к своему космическому кораблю.
Спенс и Аджани поспешили за ним, путаясь в высокой траве. Звук нарастал.
Они были возле самой виманы, когда первый из учеников Орту спикировал вниз. В голове Спенса раздался приказ: «Стоять!»
Спенс остановился и обернулся. В нескольких метрах от него приземлилось существо с горящими зелеными глазами. У него было жуткое мужеподобное лицо, огромные перепончатые крылья, как у летучей мыши, и четыре руки. Нижняя часть тела летучей твари напоминала змеиную — точь-в-точь, как на амулете, найденном Аджани.