— Что ж, дальше меня это не уйдет, — ответил я, облокотившись рядом с ним на подоконник.
— Информация не секретная, и за обладание ею не наказывают, но и не распространяются. Я просто не хочу, чтобы пошли слухи, будто я болтаю об этом на каждом шагу.
— Я понял тебя, Рэй, я тоже не из болтливых.
— Кроме улучшения породы как таковой есть еще один нюанс. Если один из родителей не может управлять бахиром, то велика вероятность, не стопроцентная, но высокая, что у потомков такой пары не проснется «камонтоку», — сказал парень и чуть тише продолжил: — «Камонтоку» — родовая способность. В Европе известная как аркан, в Индии — ракта гахари, или «кровь глубин», по-нашему. Ее еще козырем рода называют. Способность, не зависящая ни от умений, ни от силы, ни от контроля. Вообще ни от чего, кроме принадлежности к нужному роду. Для проявления «камонтоку» необходимо лет семьсот, хотя бывает и больше. И чем древнее род, тем сильнее способность. Если вначале это может быть… ну, к примеру, «огненный шар», то через пару тысяч лет — «огненный шторм».
— То есть учитывая древность твоего рода, ты можешь грохнуть Виртуоза?
— Тут многое зависит от вида «камонтоку». — Типа «не лезь, куда не просят»? Понял, не дурак. — Если «камонтоку», например, «дубина», то ей еще надо пользоваться уметь, а если какая-нибудь убойная техника, то ее сила с древностью рода связана. Ну или это может быть вспомогательное умение, вообще к бою не относящееся.
— Забавно… Ну ладно. А что насчет выбора школы? Родители, что ли, заставили?
— Да.
И все. Никаких пояснений. В это, похоже, тоже лучше не лезть. Хм, ладно, сменим тему.
— Коноэ Мию тоже могли родители сюда впихнуть. Мне все же кажется, что она здесь учится.
— Узнать, конечно, можно, только что нам с того? Я ее поклонником не являюсь, да и вообще по всяким турнирам не фанатею. Даже в лицо ее не знаю, так просто слышал.
— А что ж ты так удивлялся, что я о ней ничего не знаю?
— Ну если уж даже я в курсе ее достижений, то, будь уверен, она всеяпонская знаменитость. Вот и удивился твоему незнанию.
— Да и черт с ней. Пойдем лучше на урок, заговорились мы что-то.
На следующий день в столовой опять произошел инцидент. Сев за стол к Шине и Минэ, проводил взглядом ушедшего за обедом Райдона.
— Ты что не ешь, Синдзи? — удивилась Шина.
— Жду Рэя. Раньше начну, раньше закончу. Не смотреть же мне потом, как вы свой обед доклевываете.
— Ну так купил бы себе обед, — начала Минэ. — Ах да, бедным плебеям не по карману местные кушанья.
— Кино, — осуждающе покачала головой моя соседка.
— Заметь, Шина, на какие грязные интриги идут люди, чтобы заполучить бенто твоей мамы.
— В смысле?
— Ты о чем, болезный?
— Ну как же, я ведусь на ее провокацию и начинаю покупать школьные обеды, а она с чистой совестью станет клянчить у тебя бенто Кагами-сан.
В ответ Шина скептически приподняла бровь.
— Я не настолько низко пала, чтобы лишать тебя твоей подачки.
На что бровь приподнял уже я. И, положив руку на коробку бенто, ответил:
— Тогда не смотри такими голодными глазами на мой обед.
— Хватит уже, — покачала головой Шина. — Вы как муж с женой ссоритесь.
Вот мне интересно — это японский юмор или японский менталитет?
— Не говори глупостей! Да я лучше со скалы брошусь, чем выйду за такого.