— Например? — усмехнулся Танси.
— Ну, например — вы не первые, кто мне это говорит. О, а вот и чай, — дождавшись, пока чашки будут расставлены, а чай налит, взял свою порцию и сделал глоток. — К тому же, продолжая тему, разве это плохо — смотреть в будущее и строить грандиозные планы?
— Если эти планы бессмысленны, но при этом связаны со смертью, то да, это плохо, — произнес Фумисато.
Какой очевидный ответ.
— А это от планов зависит, — улыбнулся я слегка. — Или вы думаете, что для получения герба достаточно накопить жалких денег? За все надо платить.
— Только в твоем случае платить придется жизнью простым людям вроде нас, — нахмурился Фумисато.
— Если такова ваша философия, — вздохнул я напоказ, — то вам и правда лучше остаться… теми, кто вы есть сейчас, — закончил я, слегка запнувшись на середине фразы.
Я ведь не знаю, кем они сейчас являются. И мне, возможно, показалось — слишком плохо я их знаю, — что они немного смутились.
— Мастера по вывозу старой мебели, — покачал головой Танси. — Не так уж и плохо.
После чего старик сделал глоток чая. Похоже, он тоже не прочь подколоть ближнего.
— По крайней мере, наши люди живы и не голодают, — буркнул Фумисато.
А вот его брат меня, признаться, немного удивил.
— Я с вами, Сакурай-сан. Если вы готовы принять капитана гвардии уничтоженного клана, я готов присягнуть вам.
— Хирому? — посмотрел на него Фумисато.
— Я просто устал, брат, — вздохнул он. — Устал вспоминать прошлое, устал быть мусорщиком, устал раз за разом забывать и вновь осознавать, что я такой же, как окружающие меня люди. Уверен, ты понимаешь меня. Мы так и не смогли принять это. Ты, я, наши люди… мы гвардия. Я не могу… я не хочу иного! Пусть только шанс. Пусть небольшой. Пусть так! Я не намерен его упускать.
— Я понял тебя, брат, — склонил голову Фумисато. — И согласен с тобой, но… Мне нужно подумать.
— Мы с братом отвечаем за две сотни человек, — повернулся ко мне Хирому. — Половина пойдет за мной точно. Плюс я могу пройтись по остаткам клана. Танси-сан, поможете?
— Конечно, — кивнул старик. — Я хоть и не из гвардии, но более чем понимаю тебя.
Ну да, он-то, в отличие от братьев, состоял в клане гораздо дольше.
— А вы, Танси-сан, — спросил я его, — готовы пойти ко мне?
— Я бы с удовольствием, Сакурай-кун, но зачем тебе профессиональный дворецкий? У тебя с этим и так все в порядке, — приподнял он чашку с чаем, намекая на Ёсиоку.
— Не все измеряется нужностью, Танси-сан. Особенно сиюминутной.
— Что ж, — отвел он взгляд, — я рад, что молодое поколение понимает это.
— Остается разобраться с вашим отношением к Кояма, — обвел я всех взглядом. — Они мне не враги, это точно, но и идти под них я тоже не намерен. Ваше слово.
— Те, кто пойдет к вам, Сакурай-сан, — произнес Хирому, — прекрасно понимают, что такое долг. Если надо, мы и Кояма потерпим. К тому же…
— Можете на этот счет не беспокоиться, Сакурай-сан, — перешел на более уважительное обращение старик. — Те, кто не сможет… скажем так, преодолеть свою ненависть, к вам не попадет.
— Да чтоб вас! — чертыхнулся Фумисато.
— Что, уже подумал, Фумисато-кун? — усмехнулся Танси.
— Я готов присягнуть вам, Сакурай-сан, — произнес он, не обращая внимания на слова старика. — Я, демоны меня побери, тоже не хочу быть мусорщиком!
С ними даже проще, чем с русскими. Но это и понятно: японцам гораздо проще воспринимать меня как господина.