— Я вам должен, Сакурай-сан, вы мне жизнь спасли.
— Должен? Пожалуй что да. В целом. Не жизнь, конечно, но должен. Тебе сколько лет? В школьном клубе состоишь?
— Тринадцать. — Средняя школа, значит. — Не состою.
— Что ж, отлично. Мне как раз нужен помощник для курьерских дел. Плата поначалу небольшая…
— Да я забесплатно, Сакурай-сан!
Вот, кстати, имя я ему свое не называл. Ни сейчас, ни раньше. Когда узнать успел, прощелыга?
— Забесплатно только мухи… кхм… летают. — Вот, кстати, задача. Куда его деть? Заданий для него у меня будет мало, пока я его еще к делам подтяну, а прируч… держать его при себе надо уже сейчас. Черт, на кого ж его скинуть? Фантику, что ль, отдать? — Ты чем по жизни-то занимаешься? Что любишь, хобби какое-нибудь есть? Техника, готовка, спорт?
— Пилотом боевого робота хочу стать!
Вот заявочки! Ребенок, одно слово. Хотя… А собственно, почему бы и нет? По шесть рот машин, как у кланов, я не потяну, да мне и на фиг не сдались тридцать боевых роботов. А вот два-три моему будущему роду не повредят. Тем более род имеет право на приобретение более чем одного робота. Это я случайно как-то узнал.
— Значит, так. Постоянной занятости я тебе дать не могу, для ответственных заданий ты, сам понимаешь, еще не набрал достаточно доверия. С другой стороны, ты можешь понадобиться в любой момент. Так что раскрой уши и внемли. Когда ты в школе освобождаешься?
— Да я вообще могу…
— Вообще? Ты меня чем вообще слушаешь?
— В три.
Шесть уроков, значит. В моей школе было семь. Плюс дорога…
— Когда здесь можешь быть?
— В четыре самое позднее.
— Что ж, тогда с четырех ты поступаешь в помощь одному человеку. Я вас позже познакомлю. Этот человек занимается различной техникой, электронной начинкой и так, по мелочи. Твоя задача — слушать его внимательно и делать, что он скажет. В его отсутствие, — нечего ему пока с Фантиком шастать, — поступаешь в распоряжение владельца клуба. Когда ты обычно возвращаешься домой?
— Да я… Часа в два ночи, иногда в три.
— А спишь когда? — Ох, догадываюсь я когда.
— На уроках… — ответили мне угрюмо.
— О-хо-хо, пойдем-ка покурим-ка.
— Синдзи, ты чему ребенка учишь?!
— Э… да я, собственно… Слушай внимательно, Казуки: куренье — яд.
— А…
— А вот это я объясню тебе позже. Теть Наташ, и еще одна просьба. Вы его потом сюда верните, ладно? У меня к нему разговор. С его родней я все улажу.
— И что он здесь делать будет? Под ногами у клиентов болтаться?
— Ну пусть на кухне побудет. Вам поможет.
Посмотрев с сомнением сначала на парня, потом на меня, она закатила глаза.
— Ладно, — все же согласилась женщина. — Но если этот мужчина, — продолжила она с усмешкой, — будет приставать к моим девочкам, кое-кто отведает ремня. И это будет не он, Синдзи.
— Ты слышал, Казуки? От тебя слишком многое зависит. Не подставляй меня. И если уж будешь приставать к девчонкам, делай это незаметно.