— Ну и… сможете?
— Здесь и сейчас… а-а-а бес его знает. Я и сам в этом не силен.
— Так давайте попробуем.
Я еще раз глянул на него и произнес:
— Подними вон ту банку и поставь ее себе на голову.
Святов, пожав плечами, подошел к жестянке, поднял ее и водрузил себе на макушку. После чего резко дернулся, скидывая ее рукой и ошалело глядя на меня.
— Че за… Это че было?!
— Пф. Даже не сопротивлялся, — высокомерно произнес Казуки.
— Эй, народ, это что сейчас было? — смотрел он уже не ошалело, как-то неуверенно улыбаясь. — Блин, я ее реально на голову поставил!
— Уймись, Сергеич. В боевой обстановке… да что уж там, просто человек, который мне не доверяет, максимум дернулся бы в сторону этой жестянки. Все-таки я не мастер «голоса», — покачал я с сожалением головой.
— Да плевать! — воскликнул Святов. — Все равно круто. А в бою это точно не получится?
— Точно, точно. Да этому даже ты, доверяющий мне человек, сможешь сопротивляться. Быстро, без проблем и в мирной обстановке. Вот прям как сейчас.
— Слушай, шеф, — задумался он. — А этот твой навык развивать можно?
— Конечно, — пожал я плечами.
— А как? — задал он еще один вопрос.
— Я думаю, ты уже догадываешься как. И хочешь предложить свою кандидатуру.
— А что, нельзя? — спросил он осторожно.
— Ну почему же? Очень даже можно, — улыбнулся я в предвкушении.
— Э-э-э-м-м-м… так, может, с завтра…
— Сегодня, Сергеич, сейчас…
Я сидел на коленях с подложенной под ноги подушкой, прямой спиной и бесстрастным лицом. Комната, в которой я сейчас находился, была традиционного японского стиля, с выходом в сад поместья. Одет я был в строгое черное кимоно.
— Что ж, — произнес сидевший напротив меня старик. — В принципе мне будет достаточно его извинений. Само собой, обычным «прошу прощения» он не отделается. Мне нужны извинения по всем правилам. Я хочу видеть его раскаяние. Учитывая его поведение, когда он был полицейским, я хочу видеть с его стороны понимание всей той разницы в нашем с ним положении. — И задумчиво взмахнув пару раз веером, дополнил: — Мне не нужно унижение, ибо оно несет… несколько не то понимание.
— Уверен, Хэгури-сан, — поклонился я из положения сидя, — он уже давно понял это. И я передам ему, чтобы он уверил в этом и вас.
— Уж пусть постарается, Сакурай-кун, — кивнул старик.
— В таком случае, Хэгури-сан, не смею далее обременять вас своим присутствием. — Еще один поклон.
— Рад, что среди современной молодежи еще остались вежливые люди, — покивал старик.
Попробуй тут не быть вежливым. Имперский род Хэгури далеко не те, с кем можно фамильярничать.
Выезжая с территории поместья на своем «майбахе», я делал пометки в еженедельнике. Этот род был вторым в списке из тех, кого умудрился обидеть Накамура Гай. Первым я успел посетить род Суги, и там все сложилось чуть ли не проще, чем здесь. Даже с кое-какой прибылью. Глава рода Суги, когда я пришел к нему, даже не сразу вспомнил, о ком я веду речь, ему на это потребовалось секунд пять. А когда вспомнил, признался, что ему в принципе плевать на Накамуру. Он якобы уже наказан, поэтому я отделался чисто символическим откупом — пообещал заключить пару контрактов с Шидотэмору по вдвое сниженным расценкам. А учитывая рекламу самой Шидотэмору, я как бы даже в плюсе остался. Все-таки фирма простолюдина, работающая с аристократами, многого стоит.
И вот теперь разобрался еще и с Хэгури. Остался род Ямана, после чего с этой проблемой будет решено. Но осложнения и ожидаются именно с упертыми и мстительными Ямана. Ладно, не на этой неделе я к ним поеду, можно пока не думать об этом.
Так, что там у нас дальше на сегодня?