— Нет, — обернулась она. — Не получилось. Как вообще можно не бояться этих тварей? Только если не знать, насколько они опасны. Они же как монстры из глубин океана — то ли есть, то ли нет, то ли нападут, то ли не нападут. Даже хуже — ёкаи точно нападут, если слабину дать! Если бы не вы с Акено… А-а-а, если бы не два глупых мужика, меня бы там вообще не было, — произнесла она с кислым видом, после чего вернулась к овощам. — Ты, кстати, так и не сказал, с кем воевать собрался. В Италии, я имею в виду.
— А вы уверены, что вам стоит об этом знать? — спросил я устало. — Может, спокойнее будет в неведении?
Ответила она не сразу, шесть секунд думала, даже ножом перестала работать.
— Нет уж, говори, — произнесла она, продолжив нарезку овощей.
Правда, тут же прекратила и, взяв половник, подошла к кастрюле на плите.
— Это Древний, — подавил я вздох.
Услышанное Кагами осознала не сразу, лишь через три секунды резко обернулась, позволив мне лицезреть свои широко раскрытые глаза.
— Древний? — переспросила она тихо. — Но… Так они тоже живы?
— Нет, — качнул я головой. — Он последний. Убью его — и всё. За него даже мстить некому.
— А… А лиса тут причём? — спросила Кагами.
— Древний убил её дочь, — ответил я. — Ту самую Семихвостую дьяволицу.
— Оу… — отвернулась Кагами к плите. — Что ж, это действительно повод желать его смерти. А он её дочь лично убил?
— Приказ отдал, — пожал я плечами. Правда, стоящая ко мне спиной Кагами этого не увидела. — Проблема в том, что до самого убийцы она добраться не успела.
— В смысле — не успела? — вновь повернулась она ко мне.
— Она с ним при нападении на моё поместье столкнулась, — ответил я. — Но я торопился и вместе со своими противниками убил… ранил и того убийцу, а он потом самоубился, чтобы секреты не выдать. Так что Хирано осталась ни с чем. Ни победить не смогла, ни убить.
— Я б тебе за такое волосы повыдирала, — покачала она головой. — Но Древний… Неужто нельзя как-то без твоего участия обойтись?
— Скорее всего, нельзя, — усмехнулся я. — Сложно будет бахирщикам против того, кто артефакты создаёт. Один подавитель — и всё, нет нападающих.
— Но он ведь тогда… — начала было Кагами.
— Сомневаюсь, что он у себя дома без охраны сидит, — прервал я её. — И эта охрана наверняка состоит из ёкаев, которым плевать на бахир.
— Как ты вообще с ним поссориться умудрился? — спросила она обеспокоенно.
— А я с ним и не ссорился, — ответил я. — Он первым начал.
— Вечно у вас, мужиков, кто-то другой виноват, — резко отвернулась она от меня.
Но тут уж и я нахмурился. Типа, я должен был проигнорировать смерть друга и попытку вырезать мою семью? Она что, про нападение на мой особняк в Токио забыла?
— Вы сначала перед Хирано извинитесь, — поднялся я из-за стола. — А потом уже мне что-то предъявляйте.
— Син… — произнесла она мне в спину, так как я пошёл на выход из дома. — Я не имела в виду…
Остановившись у двери, повернулся к Кагами. Набрал в грудь воздуха, выдохнул, покачал головой.
— Давайте не будем о плохом, — произнёс я. — Отдыхайте. И постарайтесь не ссориться с Хирано.
— А если это она хочет ссоры? — спросила Кагами спокойно.
Я процентов на семьдесят уверен, что она сейчас специально так ответила. Кагами, если что, умеет подставиться, чтобы разрядить обстановку. Конкретно сейчас она просто хочет, чтобы последнее слово осталось за мной. Дабы я успокоился. И в первое мгновение я хотел поломать её план, так как всё ещё был раздражён, однако… Вырос я уже из подобных детских обид.
— Вечно у вас, женщин, кто-то другой виноват, — вздохнул я и вышел из кухни.