– Что за блокнот? И про что там написано?
– Это записи Сакураев, которые они оставили своим детям, – произнёс я, после чего усмехнулся: – В основном – Рейке. Эта парочка сумела меня в очередной раз удивить. Аж с того света продолжают это делать, – покачал я головой. – Они были в курсе существования Древнего и ёкаев, сотрудничали с ним и даже пытались шпионить за ним. Неудачно. Но кое-какую информацию собрать сумели. В частности, про трёх доверенных слуг Древнего. Байхо, про которого они знали только то, что он молнии любит и в Китае родился. Этот самый “европеец”… Всё, что у них на него было, я прочитал. И какой-то Кирин, о котором оба ёкая отзывались крайне уважительно. Ах да, ещё они вычислили, что один из этой троицы всегда находится в каком-то секретном месте. Они время от времени меняются, но один всегда где-то там сидит. Подозреваю – это место обитания самого Древнего. Сакураи, к слову, даже знали, что Древний из Юлиев.
– Блокнот Сакураев ты в Персидском Хранилище достал? – спросила Хирано.
– Да, – ответил я коротко.
– То есть ты мог узнать всю эту информацию ещё боги знает когда? – приподняла она иронично бровь.
– Не трави душу, – вздохнул я. – Успокаиваю себя тем, что я до всего и сам дошёл. То есть Сакураи ничего особо нового мне и не поведали. Мелочи и технические детали, вроде того, что у Древнего осталось всего два ёкая уровня Байхо.
– Зато каких, – покачала она головой. – Кицунэ, не дай боги, девятихвостый, с силой иллюзии, и Кирин. Последний, к слову, это вообще мрак.
– Да блин… – потёр я в раздражении лоб. – И что там с этим Кирином?
– Кирин, он же цилинь – это не имя, а вид ёкая. Причём он нерождённый, а не один из нас. Природный ёкай. Их вид служил китайским богам одно время, за что они и получили прозвище Божественный зверь. А богам, если что, слабаки не служат, а прислуживают. Но чаще просто поклоняются. Так вот, кирин, если что, стоит на уровне дракона. Настоящего, а не пародии вроде Байхо.
Дермище…
– То есть с ним мы не справимся? – спросил я осторожно.
– Я – точно нет, – ответила она. – Через пару тысяч лет такое возможно, даже – скорее всего, но не сейчас. А ты… – вздохнула она тяжко. – Сейчас нет, но ведьмаков не зря называют фактором неожиданности.
– Это может быть какой-нибудь слабый кирин. Молодой, – заметил я.
– Да нет среди них слабых, – хмыкнула она. – Кирины сразу появляются максимально сильными. В этом их плюс и, одновременно, минус. В отличии от многих других ёкаев, кирины не становятся сильнее со временем.
– И как его вообще подчинили? – поджал я губы, глядя на кружку в руке.
– Скорее всего, его не подчинили, а заключили договор, – произнесла Хирано. – Нам от этого не сильно лучше, но держать в голове данный факт необходимо. Собственно, Байхо тоже не подавляли, а заключили договор. Только вот кирины те ещё гордецы, как и драконы, так что полного подчинения от них не дождёшься. В смысле, не станут они заключать договор с такими условиями.
– Хоть что-то… – пробормотал я, обдумывая пришедшую неожиданно мысль. – Слушай, Хатсуми, а ты сможешь определить, использовали ли на детях тот самый ритуал? Всё-таки они ещё достаточно маленькие. Мейкшифты могли и не успеть что-то сделать.
– Это запросто, – пожала она плечами. – Приноси их в магазин Мику, проверю. Следы этого ритуала, скорее всего, будут видны в течение пяти лет, как и с ритуалом красоты. Хотя, если там будет один ритуал, значит, и другой тоже.
Детей в магазинчик Мику я притащил на следующий день. Ну а что тормозить? С этим делом надо было разобраться как можно быстрее. Привёз я их в двойной люльке в сопровождении Итагаки, который детей и нёс. Он, кстати, впервые оказался внутри магазина, а я впервые видел на его лице столь сильные эмоции. Мой телохранитель был буквально ошарашен, увидев огромное пространство склада, запрятанное в небольшой домик. Да и самой цукумогами был впечатлён. Конечной точкой нашего маршрута был та самая комната, куда Хирано притащила Аваши – юрэя-шиноби.
Указав на центр комнаты, Хирано произнесла:
– Клади сюда. И отойди к стене, – после чего добавила уже мне: – Ты тоже.
Подняв уши и показав хвост, Хирано встала рядом с люлькой и произнесла… видимо, заклинание. Для меня это звучало как напев на непонятном языке. После этого печать на полу засветилась синим. Как и дети, которые покрылись синим туманом.
– Твою мать… – пробормотал стоящий рядом Итагаки.
И было с чего. Над люлькой появился… появилось… Больше всего эта хрень напоминала мне гнилого скарабея. Два гнилых скарабея, от лапок которых к детям шли красные линии. На эту хрень Хирано разве что взгляд бросила, после чего отправила в игнор, пристально разглядывая детей, лежащих у её ног.
– Ну что ж, – нарушила она тишину. – Могу с полной ответственностью заявить, что никаких ритуалов над детьми не проводили. Вообще никаких. Они чисты словно младенцы, – после чего запнувшись, посмотрела на меня. – Ну ты понял, в общем. Чисты они.
– А это тогда что? – указал я рукой на “скарабеев”.
– Это? – приподняла она брови. – А это, Синдзи, ничто иное как блокиратор камонтоку. Именно так он выглядит в магическом плане.
Охренеть можно. Довольно мерзко, как по мне.
– Оба вида блокировки так выглядят? – спросил я.
– Да, – ответила она. – Там разница во вложенных установках. В одном их больше, в другом меньше. Оттого и артефакты для блокировки различаются.