— Глава клана Тоётоми жив, — ответил я. — И пока в мои планы не входит его освобождение.
Исида растерялся. Он был тёртым калачом, потомственным аристократом, и тот факт, что откровенную растерянность на его лице заметил бы кто угодно, многое говорит о степени его удивления.
— Понимаю, — взял он себя в руки. — Дальнейшие переговоры на эту тему уже вне моей компетенции.
— В общем-то, так и есть, — согласился я с ним.
— Тогда, перед тем как уйти, позвольте задать один вопрос, — попросил он меня.
— Слушаю, — кивнул я.
— В чём причина вашей агрессии? — спросил он. — Что заставило Род Аматэру объявить нам войну? Чем мы вас обидели?
Немного помолчал, глядя в его глаза.
— Признаться, я удивлён вашему вопросу, — произнёс я. — И для начала кое-что проясню — это не обида. Тоётоми, сейчас даже не важно, клан или Род, несколько раз пытались меня убить. Как минимум два покушения. Минимум. Так что это не обида, Исида-сан, это банальное выживание.
После моих слов брови Исиды находились где-то в районе волос.
— Я… Мне… Мне жаль… — как легко его, оказывается, удивить. Или это я такой особенный? — Благодарю за ответ, Аматэру-сан, — поклонился взявший себя в руки Исида. — Теперь, если позволите, я пойду. Всего… хорошего вашему Роду, Аматэру-сан.
— И вам того же, Исида-сан, — улыбнулся я иронично. — И вам того же.
@Тут был Чеширский Кот (=^? ^=)
Глава 18
— Какой-то ты задумчивый, — зашла в гостиную Атарашики.
Как правило, если позволяло время, по утрам я смотрел новости, вот и сейчас, сидя в удобном кресле напротив телевизора, краем уха слушал новостную программу ТВ Токио. Основное же моё внимание было направлено на лежащий на столе мобильник.
— Не знаю, что выбрать, — произнёс я. — С одной стороны, можно позвонить Кену и договориться о переговорах с Тоётоми. А с другой — сейчас отличная возможность взять штурмом их Родовое поместье. И, собственно, после этого организовывать встречу.
— И в чём проблема? — присела в соседнее кресло Атарашики.
— В некотором риске второго варианта, — вздохнул я, беря в руки пульт и выключая телевизор. — Потери будут небольшими. Здесь и сейчас Тоётоми просто нечем защищать поместье. Точнее, у них просто нет техники, одна пехота. Пока они ещё расконсервируют шагоходы, пока купят новые, пока подгонят куда надо… С другой стороны, Тоётоми могут просто закусить удила.
— Бред, — произнесла Атарашики пренебрежительно. — Стоит им только узнать, что у нас есть на них компромат…
— Ты себя на их место поставь, — прервал я её. — Битая слабаками, зажатая в угол, потерявшая все горячие источники. Но при этом по-прежнему сильная. И, кстати, да — членов Рода у тебя ещё пара десятков имеется.
— Ты забыл об угрозе уничтожения со стороны Императора, — произнесла она неуверенно. — К тому же не сравнивай гордость Аматэру и Тоётоми.
— А ты забыла о Роде Церинген, который поможет им сбежать в Германию, — ответил я. — Да и гордость… не зависит от древности Рода. К тому же, пока я тут сидел, нашёл аж два способа обойти… ну или нивелировать опасность компромата.
Атарашики нахмурилась.
— Меня порой напрягает твоя способность находить выход из самых поганых ситуаций, — произнесла она. — И что за способы?
— Самое простое — накидать улик, указывающих на других, — усмехнулся я. — Да, это не поможет стопроцентно, зато Император уже не сможет просто взять и уничтожить их. Сначала придётся разбираться, а длиться это может очень долго. Более того, если добавить улик уже против себя, но указывающих на совсем другое покушение в тот день… На записи они ведь не говорят, как именно будут пытаться убить меня. Собственно, и всё. Типа да, мы пытались убить его, но никаких туннелей и дорог не минировали, а всё остальное наше личное дело. Межродовая вражда, ничего более.
— Мда-а-а… — прикрыла она устало глаза. — Ну, а второй способ?
— Суд Права и Чести, — пожал я плечами. — Тут всё ещё проще — выходит один из членов Рода и берёт всю вину на себя. Причём его даже не казнят за это, — усмехнулся я. — Не предусматривает Суд такого наказания. Как и наказания Рода или клана в целом. И это, кстати, самый неприятный для нас вариант. Тоётоми ведь могут и не одного человека на Суд отправить, то есть даже если мы вытянем из пленников всю правду, им это не помешает выжить. Заключат с нами мир и будут сидеть, ждать удобного случая. Год, пять, десять, двадцать лет… А потом — бум, и уже они полностью подготовленные объявляют нам войну.
— Ты же хотел сделать главой их клана своего друга, — произнесла она задумчиво.
— Кен, он… — покачал я головой. — Он не потянет. Точнее, не сможет идти против всего клана. Да к демонам клан — он и свой Род не потянет, если те начнут на него давить. К тому же, все мы смертны. От несчастного случая никто не застрахован.