"Унесённый ветром" Компиляция. Книги 1-13: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Норико испугалась, хотя и старалась этого не показывать. Сердце защемило и не отпускало, даже когда стало понятно, что всё хорошо. Уж слишком быстро всё произошло. Наверное, не одна она не сразу поняла, что «Сеть Фудзина» просто не подействовала, упёршись в проявившийся на мгновенье полупрозрачный купол. Синдзи на это лишь огляделся, как бы вопрошая, что это за ерунда сейчас была. То, что происходило дальше, Норико осознала далеко не сразу, она просто смотрела на то, как Синдзи играючи избивает «учителя», не забывая при этом над ним издеваться. Церинген не мог сделать вообще ничего. А под конец и вовсе отползал от Синдзи, как трусливая собака.

Происходящее на арене было нереально, оно ломало слишком многое в этом мире, а ещё это было восхитительно. Далеко не сразу Норико пришла в себя и почувствовала, что смотрит на бой, горделиво улыбаясь. Это её жених. Лучший в мире. Ломающий устои всего мира. И она сделает всё от неё зависящее, чтобы соответствовать ему. Правда, для начала нужно не профукать свадьбу. Боги, сколько раз она подкалывала Сина по поводу его силы, а он лишь отшучивался. Вёл себя с ней, словно взрослый с ребёнком. Словно… её дед, когда она капризничала.

Как же близко она была к потере такого жениха. Норико всегда старалась смотреть на мир логично и не отрицала свои минусы и причуды, по крайней мере, самые серьёзные из них. Она чётко осознавала, что имеет излишний пиетет перед силой и рангами, она восхищалась своим дедом. А ещё она любила осознавать, что обладает чем-то очень редким. Дед-«виртуоз» был той ещё редкостью в стране, тигра не завёл никто из сверстников, катана Уильяма Адамса вообще существовала в единственном числе. Да, она любила выделяться. Она бы и за жениха-патриарха держалась обеими руками, если бы не его сила. Слабак Патриарх несколько напрягал. Да и в целом Патриарх в качестве мужа — та ещё зверушка. Но Синдзи… Сильнейший Патриарх мира, наверное, сильнейший за всю известную историю мира… Единственный и уникальный. Такому мужу она может простить всё что угодно, любые его минусы. Главное, не упустить. Соответствовать и быть достойной. Синдзи словно воплощение всех её детских мечтаний, которое она чуть не потеряла по своей глупости.

Когда последний удар в этой дуэли был нанесён, а победитель, сопровождаемый абсолютной тишиной, вальяжной походкой направился на выход с арены, так и продолжавший стоять рядом Юлий произнёс:

— Сегодня вы преподали мне очень важный урок, Кагуцутивару-сан. Благодарю вас за это.

После чего коротко поклонился.

— Всегда пожалуйста, Юлий-сан, — улыбнулась она гордо.

Сегодня она имеет полное право на гордость.

— И тем не менее… — начал Юлий. — Впрочем, неважно. Поздравляю, Кагуцутивару-сан.

— Благодарю, — поклонилась она.

Атарашики была довольна. Она не улыбалась, сохраняя строгое выражение лица, но она была очень довольна. Все эти ошарашенные лица были как бальзам на душу. Синдзи и до того заставил всех считаться с Аматэру, но сегодня… О, сегодня даже умеющие держать лица под контролем показывали свои истинные чувства. А ведь жалкие три года назад её Род уже фактически списали. Аматэру не игнорировали лишь потому, что могли использовать. Выжать ещё хоть что-то из умирающего Рода. Разве что Тайра и Фудзивара до последнего просто помогали и выказывали своё уважение. Правда, она ту помощь не принимала.

Что ж, пусть попробуют теперь не учитывать Аматэру в своих планах. Пусть попробуют их проигнорировать. Пусть попробуют забрать у них хоть что-то. Глава Рода сможет поставить их на место, а она ему всецело поможет. Она вообще любит ставить людей на место.

Когда в их ложу на трибунах вернулся Акено, Кагами была на грани срыва. Внешне она всё ещё держалась, но платок в руках уже был готов порваться. Боги, за что? За что столкнули её Синдзи с этим «учителем»? А если он его покалечит? А если убьёт?! О, как же сильно она ненавидела в тот момент Церингенов и одного конкретного «гения». Он умрёт. Она дала себе обещание, что если с Синдзи упадёт хоть волос, она сделает всё, чтобы эта тварь умерла. А потом очень сильно постарается, чтобы Акено наказал весь их Род.

— Как вы тут? — спросил вернувшийся Акено.

— А ты как думаешь? — прошипела Кагами.

Она была зла на Акено. Умом понимала, что тот был прав, когда не дал ей убить мальчишку Церингена до дуэли, но то умом. Да и сейчас она уже не была уверена, что Акено поступил правильно. Они смогли бы всё провернуть так, чтобы на Синдзи не пало и тени подозрения.

— Спокойно, милая, — произнёс Акено. — Синдзи справится. Он… Он сильнее, чем кажется.

— В его случае невозможно быть лучше, он — Патриарх! — произнесла Кагами эмоционально, хоть и не повышая голоса. Вокруг слишком много народа, чтобы позориться подобным образом.

— А ещё это — Синдзи, — проворчала сидевшая рядом Мизуки.

— И что же это меняет, о Великая Рыжая? — произнесла Кагами издевательски.

— Он вне рангов, — спокойно ответила Мизуки. — Он просто есть.

— Боги, милая, — устало вздохнула Кагами. — Ты слишком сильно в него веришь. Он ведь всё ещё остаётся человеком.

— Я знаю парня, который поспорил бы с тобой, — усмехнулась Мизуки. — Я серьёзно, мам, Синдзи ни разу не давал повода усомниться в его способности выходить из сложных ситуаций.

— Дорогая, — произнёс Акено с другой стороны. — Просто поверь мне на слово, он справится. Может, и не выиграет, но определённо не пострадает слишком сильно.

— Между прочим, папа прав, — произнесла Шина. — Это от дуэли он не мог отказаться, а вот признать поражение ему ничто не мешает. Побегает да и сдастся.

— Синдзи — сдастся? — вскинула брови Мизуки. — Не знаю как, но он определённо выиграет.

— Лишь бы выжил, боги, лишь бы он выжил, — причитала Кагами.

А чуть позже началась дуэль. В момент, когда Церинген бросил в Синдзи свою первую технику, все Кояма в ложе услышали треск рвущейся ткани — платок в руках Кагами всё-таки не выдержал. Правда, никто на это не обратил внимания. А потом… Акено просто и без эмоций отслеживал течение дуэли, анализируя каждый ход сражающихся. Шина сидела с раскрытым ртом и расширенными глазами. Мыслей у неё не было, лишь вспышки эмоций в диапазоне от «ну нифига себе», до «вижу, но не верю». Мизуки от азарта вертелась на месте, постоянно гася желание вскочить и что-нибудь закричать. А Кагами вспоминала, каким Синдзи был маленьким и милым, и каким взрослым и сильным стал теперь. Гордость, вот что её переполняло. Материнская гордость за сына. И толика сожаления, что сын — не родной. Но её. И если потребуется, она будет биться за него до последнего, как и за своих дочерей, как и за маленького Шо — уже вполне себе родного сына. Если, конечно, вредный, но как всегда правый, муж не вмешается.

Когда Аматэру вырубил своего противника, на трибунах стояла тишина. Которая через несколько секунд сменилась гулом. Люди начали общаться, стараясь приглушить голос, чтобы сидящие рядом услышали как можно меньше. Правда, ничего серьёзного никто в любом случае обсуждать не собирался. Не здесь. Общая атмосфера, царившая на трибунах, выражалась одним словом — недоумение. Аристократы не понимали, что произошло, как произошло, что теперь делать дальше.

— Мир изменился, совсем немного, но изменился, — обратился глава Рода Укита к сидящему рядом Мамио. — Гордись — мы были свидетелями значимого события.