— Ясно, — вздохнул я.
А следующим вечером Шмитт связался со мной, прося о встрече. И судя по тону его голоса, случилось что-то неприятное. Естественно, я согласился принять его, либо в тот же вечер, либо на следующий день часа в четыре-полпятого. Раньше не получалось — школа. Мартин выбрал тот же вечер. Собрались мы в моём кабинете, заодно и Атарашики позвал. Раз уж что-то серьёзное намечается, её опыт нам не помешает.
Выглядел Шмитт как обычно, если когда-то он и волновался, то к настоящему моменту успел прийти в себя.
— Прошу прощения, что настоял на сегодняшней встрече, — извинился он. — Просто тема не требует отлагательств. Сегодня утром я встречался с наследным принцем, который представил меня господину Тайра. Как вы поняли, именно он будет давать Герб моей семье. После дворца мы съездили в их резиденцию, где мне представили вассальный договор. Не полную его версию, а лишь основные положения. И в конце договора был пункт о безвозмездном даре сюзерену.
Тут он прервался, поджав губы. А до меня неожиданно дошло о чём он хочет сказать.
— Он с тебя что, земли требует? — спросил я.
— Именно, — подтвердил Мартин.
— Эти Тайра совсем зажрались, — покачала головой Атарашики. — И пусть я этого не одобряю, но они в общем-то в своём праве.
— Шмитты всё всем доказали, — нахмурился я. — Но да — кусок земли они вправе потребовать.
— Они требуют треть всех наших земель, — удивил нас Мартин.
Сильно удивил.
— А они… — начал я, но решил высказаться менее грубо, — умеют удивлять.
— Это уже выходит за рамки приличий, — произнесла Атарашики зло.
— Тайра упоминали, какую именно часть они хотят забрать? — спросил я. — Треть от завоёванного или от того, что вам останется после раздачи союзниками и нам?
— Я… — растерялся немного Шмитт. — Я как-то и не спросил. В договоре ничего об этом не сказано.
— Ты же не думаешь… — встревожилась Атарашики.
— Почему нет? — ответил я, обдумывая ситуацию. — Если уж наглеть, то по полной.
— Они не пойдут на такое, — произнесла она неуверенно.
— Пока мы не знаем, на что они могут пойти, — посмотрел я на неё.
— Синдзи, мы не можем с ними ссориться. Только не с ними, — произнесла она, глядя мне в глаза. — Я знаю, ты не любишь отдавать то, что считаешь своим, но подумай о Роде.
Немного помолчав, я всё же ответил:
— Рано бить тревогу, по логике вещей, Тайра и правда не должны наглеть настолько. Но даже если они требуют треть от уже поделенных земель, это всё равно слишком. Общество им такого не спустит.
— Да Тайра плевать хотели на общество, — хмыкнула чуть успокоившись Атарашики. — Во всяком случае, когда на кону такой куш. Ты копию договора привёз? — посмотрела она на Шмитта.
— Да, госпожа, вот, — полез он в портфель.
На некоторое время воцарилась тишина. Я думал, а Атарашики читала.
— Ничего для нас интересного, — бросила она гербовую бумагу на стол. — Всё стандартно, кроме пункта с землёй. После такого я постараюсь, чтобы их репутация ушла в глубокий минус.
— Нельзя, — заговорил я. — Не забывай, нам ещё договариваться с ними о примирении с Асука.
Набрав в грудь воздух для ответа, она с шумом выдохнула, так ничего и не сказав. Мы не то чтобы пообещали помочь Асука, но если поссоримся с Тайра, то даже попытаться не сможем. Не смертельно, если подумать, но и торопиться с решением нельзя.
— Возможно, Император сможет что-то сделать? — спросил Мартин.
— Увидим, — произнёс я, ощущая легкое раздражение. Не на Шмитта, а на всю эту ситуацию с разделом земель в целом. — У меня к нему всё равно есть разговор, заодно уточню, что там с Тайра.