– Насколько я знаю, – пожала плечами Норико, – у них было полно “мастеров”, а по слухам, ещё и “виртуоз”. С такими силами захватить крейсер не проблема, – повторила она услышанные от отца слова.
Правда, говорил он это деду, а не ей, да и дослушать разговор ей не дали. Но мысль-то здравая?
– Всё равно он крут, – буркнула Мизуки. – Покруче любого ровесника, и не только.
– В каком-то смысле Мизуки права, – произнёс Тоётоми. – Я бы в это пекло не полез. Да, на самом крейсере у них не было противника, но до него ведь ещё доплыть надо.
– Ещё бы они не доплыли с такой-то силищей, – пожала плечами Норико. – Я не принижаю их достижения, но и не вижу смысла превозносить.
Вздохнув, Тоётоми принялся объяснять:
– Представь себе “мастера”-рукопашника. А в километре от него – “мастер”-стрелок.
– В чистом поле? – уточнила Норико.
– Дело на море происходило, естественно, в чистом поле, – вздохнул Тоётоми. – Так вот. Прибавь к “мастеру” несколько “учителей”… штук десять. Ну и парочку “ветеранов”. Все они стрелки. А теперь прикинь шанс “мастера”-рукопашника добраться до этой компании. Километр по чистому полю. На своих двоих. Добрался бы он?
– Нет, – ответила осторожно Норико. – Это нереально.
– А они добрались! – чуть повысил голос Тоётоми. – К демонам то, что происходило на корабле, я бы точно не решился в этом участвовать. Даже если бы сам “мастером” был.
После его слов ребята разом начали говорить. Высказывали своё мнение, спорили, предполагали. Молчали только Казуки, Мизуки и Шина, молча подошедшая к сестре и приобнявшая её.
***
Расслабился я, только когда на горизонте показался Мири. Теперь-то я уж точно доплыву до земли. Даже если эсминец Хатано прямо сейчас развалится пополам. Не люблю море и никогда не устану это повторять. Оказавшись в своём доме, я первым делом отправился в ванну, которая уже была готова к моему появлению. На радостях, что вернулся, ещё и близняшек с собой затащил. Пусть потрут мне спинку. После ванны плотно пообедал и завалился к себе в кабинет читать доклады, пришедшие мне на компьютер. Время подходит, и вот-вот должны прибыть Хейги, так что докладами я не пренебрегал. Хорошо, что захваченным крейсером занялся Хатано, не буду лишний раз отвлекаться.
“Мэри Роуз” мы решили продать. В общем-то, изначально мы так и хотели поступить, но пока шла организация операции, и я и Хатано успели хорошенько обдумать, что ещё можно сделать с крейсером. В частности, Хатано признался мне, что почти решился предложить выкупить мою часть трофея, но всё же удержался. Слишком дорого по деньгам выходило, как выкуп, так и дальнейшее содержание. Могу понять, я вот тоже не готов содержать корабль, без которого могу и обойтись. Так Род Хатано ещё и никогда не выделялся в плане богатства. Я бы и вовсе не думал об использовании крейсера в своих целях, если бы не Хейги. Только вот в любом случае ничего не получалось. Ладно деньги, сдюжил бы, проблема ведь в другом – у меня просто нет для него команды. У Рода Аматэру нет столько военных моряков. Но даже это решаемо. Брось я клич – и служить у Аматэру на крейсере со всей Японии народ подтянулся бы. Чай, не у Шмиттов. Но тут всплывала другая проблема – к приходу Хейгов даже гении не сумели бы освоить чужой корабль. Точнее, гении как раз и смогли бы, только где я возьму несколько сотен гениев? Я вообще удивлён, как Кояма смогли сражаться на моём арендованном корабле. Мои-то люди в то время максимум из точки А в точку Б могли перемещаться. К приходу Хейгов они должны были более-менее освоиться, но не более. Ну так у них в задачах полноценный морской бой и не стоял. Так что сражаться с американцами пришлось бы не крейсеру, а бронированной калоше с пушками. Её и пара эсминцев потопит. Так что смысла оставлять крейсер себе просто не было. Зато теперь, если сильно повезёт, я на крейсере миллиард рублей заработаю. Но это если повезёт. Так-то я примерно на семьсот пятьдесят миллионов рассчитываю. Ну и слава. О да, говорить обо мне будут много.
Поговорил с Акено по поводу эсминца. По его словам, корабль пробудет в ремонте ещё месяц, но в принципе, он уже сейчас на ходу, и если мне очень надо… Вот только мне, как бы, уже и не надо. Одно дело воевать против транспортных судов Хейгов и другое – полноценное морское сражение. Особенно теперь, когда эсминец калека, а команда еле с ним управляется. Жаль бойцов “Тёмной молнии”, которые погибли при его захвате. С другой стороны, считать ту операцию бессмысленной тоже нельзя. Базу разгромили, людей Хейгов перебили, техники наломали. Эсминец-таки увели, а это не только минус противник в будущем, но и немало денег, когда я решу его продать. Да и война с Хейгами не закончится за одну битву, так что и эсминец может ещё пригодиться. Благо Акено его не только ремонтирует, но сразу и ТО проводит, что тоже немалых денег стоит.
Деньги, деньги, деньги… У меня свободных денег осталось чуть больше миллиарда, а выжимать последнее из своих компаний – дело гиблое, так и вовсе без дохода останешься. Хотя, конечно, есть ещё миллиард, зарезервированный под малайские нужды, но его трогать тоже не стоит. А ведь тот же эсминец будет качать из меня по сто десять-сто двадцать миллионов в год. Точнее, мог бы выкачивать, если бы я не решил его продать в будущем. Что уж говорить про крейсер. Деньги за “Мэри Роуз” станут отличной подушкой безопасности, вовремя англичане кораблик сюда пригнали. Через пару лет пойдёт постоянная и, смею надеяться, нормальная прибыль с верфи и компьютерных игр, но пока что лучше по возможности экономить. Шидотэмору тоже приносит прибыль, но в ближайшем будущем именно на эти деньги и будут оплачиваться все мои авантюры. Да и на саму компанию тоже нужно деньги тратить, она не стоит на месте и требует развития. Родовые предприятия… Прибыль с Родовых предприятий пойдёт на сам Род и его нужды. Та же благотворительность недёшево обходится. Хотя Аматэру и не бедствовали, но и самыми богатыми не были, особенно по сравнению с другими древними Родами. Понятно, что всё моё принадлежит Роду, но подобное разделение для меня просто удобнее. Пока что. Как ни крути, я в делах Рода только год кручусь, который в основном в Малайзии провёл, и просто ещё не разобрался во всём.
***
– Ваши наглость и самомнение приведут к беде, мистер Аматэру, – произнёс Гонт.
На этот раз мы говорили по радио, а сам Гонт находился на своём корабле.
– Вы потеряли право говорить о наглости, когда атаковали корабли под моим флагом, мистер Гонт, – ответил я.
– Мы не в ответе за то, что делают наши малайские союзники, – процедил он.
– А я не трогал ваш крейсер, – произнёс я.
– В Токио говорят иное, – возразил он более спокойным голосом.
– В Токио могут говорить что угодно, без доказательств всё это ерунда, – заметил я.
– Три клана потеряли своих родственников на “Мэри Роуз”, вы же не думаете, что мы об этом забудем? – спросил он.
– Вы пришли на войну, мистер Гонт, – произнёс я. – И если думали закончить её без потерь, то в самомнении надо обвинять вас, а не меня. Я уж не говорю о корабле, который сильно меняет баланс в Малайзии. Так что наглость и самомнение – это не ко мне в любом случае.
***
– Ну, с совершеннолетием тебя, – поднял бокал с вином Щукин.
И мы выпили.