Архив первый: АНТАГОНИСТ: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Городская ратуша сейчас отличалась от многих городских построек не только своими размерами, но и своей невредимостью, из-за чего выглядела монументально на фоне окружавших её разрушений. Это делало проходящий внутри неё ритуал ещё более устрашающим, если такое вообще было возможно.

К тому моменту, как двое архангелов и призрак вошли в ратушу, ритуал был близок к завершению. Полтора десятка несчастных созданий, прикованных друг к другу, бились в конвульсиях, заживо пожираемые многоцветным пламенем, и взорам троих предстали только лишь обезображенные до неузнаваемости тела, находящиеся в одном шаге от своей гибели.

Проводивший ритуал демон не обратил никакого внимания на вошедших — он был полностью сосредоточен на переплетениях цветных узоров пламени и выискивал знак, известный только ему. Вошедшие, в свою очередь, остановились чуть поодаль в ожидании, стараясь не отвлекать демона от выполнения своей, без сомнения, сложной задачи — происходившее никак не тревожило этих троих.

Прошло не более минуты, и демон, наконец, облегчённо вздохнул. Он пробормотал себе под нос несколько слов на малефикаруме — грубоватом языке демонов — и приблизился к одному из обречённых, настолько обезображенному, что его расовую принадлежность уже попросту невозможно было определить, разве только предположить, что жертва обладала плотью и как минимум восемью конечностями. Тем не менее обугленное тело всё ещё подавало признаки жизни. Виной тому было огромное количество сил, используемых демоном для успешного завершения проводимого действа.

Демон уже какое-то время чувствовал усталость от столь трудоёмкого процесса создания материала для проклятого артефакта, и потому испытал особое удовлетворение от финального аккорда ритуала. С заметным наслаждением он вонзил длинный узкий кинжал в грудь с трудом выбранной жертвы, отчего та, издав последний хрип, затерявшийся в общей какофонии стенаний, неподвижно замерла. Многоцветное пламя, до того рябью покрывавшее обгорающую плоть узников, взвилось до потолка, мгновенно обратив несчастных в пепел и тем самым прервав их затянувшиеся страдания.

Истощённый демон одной рукой вытирал пот с покрытого роговыми наростами черепа. Другой рукой он продолжал держать только что применённый кинжал. Ещё не остывший пепел стягивался к лезвию кинжала, в полёте формируясь в нити грубой серой ткани, которая оборачивалась вокруг серебристого лезвия. Постепенно ткань сформировала нечто наподобие рулона. Сложный ритуал был завершён.

Увидев, что демон завершил процесс создания материала для проклятого артефакта, один из архангелов, обладавший, в отличие от своего шестикрылого собрата рядом, всего двумя белоснежными крыльями, привлёк внимание ритуалиста. Этот архангел вообще был единственным из троицы, проявлявшим хоть какой-то интерес к происходящему. Точнее, он был единственным по-настоящему заинтересованным в происходящем. В отличие от этого архангела, у самого демона интерес был разве что спортивный, он всего лишь оказывал услугу союзнику, о чём и поспешил сообщить:

— О, ты уже здесь, Айшма? Не заметил, как ты пришёл. Ну и работёнка! Давно я ничем таким не занимался, уже и забыл, как это выматывает. Но всё равно получилось неплохо, этого более чем достаточно для Эгиды. Дальше сам справишься. И не забудь, с тебя причитается!

Демон передал двукрылому архангелу пепельный свёрток, и тот с благодарностью принял ценный предмет:

— Само собой, причитается, друг мой Белиал. Я очень тебе признателен, и был бы ещё признательнее, если бы ты перестал называть меня этим дурацким прозвищем. — Айшма-Дэ хоть и упомянул о своём недовольстве, на самом деле не был раздражён от прицепившейся новой формы обращения. Он давно уже считал свой титул весьма некомфортным, настоящее же его имя, как и имена всех остальных Прародителей рас, подходило разве что для особых случаев. Впрочем, Айшма уже планировал официально закрепить за собой это прозвище.

— Сказал так, а ведь и сам ко мне по прозвищу обратился. — Демон оскалился, наглядно продемонстрировав несколько рядов своих заострённых зубов. Несмотря на извечную вражду между Пресвятым Литургом и Девятью Кругами, фракциями ангелов и демонов соответственно, Белиал и Айшма неплохо сдружились за время военной кампании против Альянса Единения. Не было ничего удивительного в том, что один из них мог попросить другого об одолжении, или, например, проявить любопытство. — Может, всё-таки расскажешь, зачем тебе понадобилась Эгида Милосердного Сна? Дело, конечно, твоё, но ведь для любого из ангельского племени использовать тёмный артефакт смерти подобно. Тем более если он изначально проклят.

Двукрылый архангел немного смутился, он не хотел отвечать на этот вопрос. Впрочем, лгать своему приятелю он тоже особо не стремился, да и отмалчиваться обстоятельства не предполагали. Немного подумав, Айшма-Дэ решил дать уклончивый ответ:

— Нет, что ты, Белиал, я пока ещё дорожу своей жизнью. Эгиду я собираюсь подарить одной личности, которая очень увлекается коллекционированием. Так уж вышло, что у меня с этой личностью возник… э-э-э… ряд недоразумений, и мне бы очень хотелось в силу обстоятельств наладить с ней взаимопонимание.

Окутанный голубоватым сиянием призрак, до того не проявлявший интереса к происходящему в ратуше, присоединился к разговору:

— Что я слышу, Скульптор Рода? — Язвительно обратился он к Айшме. — Не очень-то ты дорожишь своей жизнью, если хочешь наладить взаимопонимание с этой… личностью. — В словах призрака, как и в особом акценте на известной ему «личности», заключалась насмешка, однако из-за свойственной этой расе склонности к меланхолии у него получилось изобразить, скорее, скорбную издёвку. Впечатление дополнялось и небольшой размытостью его облика.

Айшма недовольно скривился. Он не хотел излишне распространяться на эту тему. Чрезмерная осведомлённость призрака его также не радовала.

Что же до Белиала, то, ещё недавно всего лишь дружески любопытствующий, теперь он был действительно заинтригован, и поспешил узнать подробности:

— Неужели Айшма-Дэ смущён? Вот так неожиданность! И что же за личность вызывает у Скульптора Рода такие эмоции?..

Призрак с готовностью ответил, игнорируя недовольный взгляд двукрылого архангела:

— Ты о ней, скорее всего, слышал. Возможно, даже знаком лично. — Обладатель певучего грустного голоса, должно быть, и сам понимал, что сгущать краски у него получается весьма посредственно, и потому не стал более затягивать вступление. — Матерь Искажений. Мутатиматри-как-её-там.

После этого откровения разговором заинтересовался и второй, шестикрылый архангел.

Что же касается Белиала, то:

— Эта бешеная сука?!! — Демон чуть не поперхнулся, такое он услышать никак не ожидал. — Айшма, верни мне ткань!

И без того раздосадованный поворотом событий архангел вместо того, чтобы возвратить создателю материал для проклятого предмета, прижал его к груди, и гневно фыркнул, глядя в пол:

— А ведь я пытался отделаться от хвоста, когда сюда шёл! Нет же, нужно всё испортить. — После чего уже более спокойно обратился исключительно к демону. — Да брось, Белиал, она ведь из твоей расы. Я понимаю, сколько проблем она порой доставляет, но можно быть к ней немного снисходительнее.

— Снисходительнее, говоришь? Проблемы? Большинство Прародителей рас сожалеют о том, что не прикончили эту тварь, когда была возможность, и если ты думаешь, что я являюсь исключением…

Демон и дальше изливал бы свой гнев, однако его прервал шестикрылый архангел:

— Подожди, Белиал. Не суди Скульптора Рода столь строго, позволь прежде высказаться мне. — До сих пор молчавший архангел говорил мягко, и всё же в его голосе чувствовалась та сила, которая, кажется, способна внушить чувство безмятежности любому. Даже воспылавшему гневом Лорду-Демону, который, пусть и не усмирился до конца, но всё же замолчал и дал знак, что готов слушать.

Чувство досады в груди Айшмы-Дэ немного утихло, о чём он и сообщил:

— На самом деле это вовсе не тайна. Просто мало кто об этом знает, и мало кто упоминает, но раз уж зашла речь, то я не против, чтобы денница всё разъяснил.