Вечером в переполненном зале музея профессор Грахов делал доклад о находке в Соколиных Горах, о достижениях советской археологии. Он рассказал, как ученые в песках Средней Азии откапывают города некогда цветущего Хорезма, как в Закавказье изучаются крепости государства Урарту — страны древнейшей культуры. Грахов говорил о работе замечательных советских мастеров-реставраторов, восстанавливающих великолепные дворцы Крыма, памятники древнего русского зодчества в Костроме, Новгороде, Владимире, Суздале, Рязани.
Тимка с Вольной принесли ящик. Профессор, рассказывая о рукописях, показывал находки. Все поздравляли мальчиков с замечательным открытием.
Потом на кафедру вошел Сомов. Он оглядел зал и сильным голосом сказал:
— Я — не молодой человек. Помню я еще те времена, когда в Соколиных Горах сидели монахи. Они, как пауки, пили нашу кровь, тянули жилы из народа. Советская власть принесла нам счастье. Сейчас мы видим книжные богатства, которые были спрятаны в подземелье. Радостно, что теперь рукописи и книги, которые были так долго спрятаны, возвращены народу.
Эпилог
Поезд идет в Москву. Сквозь двойные окна вагона видно, как отвесно падают на землю хлопья снега. Они— точно белые птицы, прилетевшие из далеких стран.
У окна стоит мальчик в морской форме. На нем новенький костюм, ботинки блестят так, что все купе отражается в них. В щеголеватом подростке с трудом можно узнать деревенского мальчика Вольку. Только веснушки остались прежними. Юнга нетерпеливо переминается с ноги на ногу и часто спрашивает проводника:
— Разрешите узнать — сколько остановок осталось до Москвы? Три, пять?
В шесть часов вечера проводник объявил:
— Следующая остановка — Москва! Поезд прибывает в 18 часов 05 минут по московскому времени.
И вот уже грохочут колеса по последним московским стрелкам. В окнах вагона мелькают многоэтажные здания. Сверху стеклянная крыша вокзала.
— Волька!
Мальчик сошел со ступенек вагона и сразу попал в объятия друзей. Перед ним стояли Илька и Тимка — повзрослевшие, свои, родные.
Ребята вышли на шумную площадь, сверкающую огнями больших домов и машин, двигающихся бесконечным потоком.
— Гляди!
Над зданием вокзала яркий электрический транспарант. Написано: «Привет делегатам слета молодых туристов!»
— Видишь, Волька, — сказал радостным возбужденным голосом Тимка, — это Москва приветствует нас. Такие же надписи мы видели на Павелецком вокзале.
Медленно, любуясь вечерней Москвой, мальчики пошли по асфальту широкой улицы.
Друзья забрасывали друг друга вопросами.
— Как служба морская?
— Идет служба.
— Как дисциплина?
— Хорошо дисциплина. Без этого у нас, моряков, нельзя.
— Как Лагунов живет?
— Он у нас навигацию ведет.
— А что редко пишешь?
— Ох, не люблю я эту писанину! Скажите лучше, как Константин Павлович поживает?
— Он тебе и Ильке книги прислал в подарок.
— Наше подземелье не рухнуло?
— Нет, стоит. Его реставрировали — теперь там филиал музея.