Я понятия не имела, какие причёски приняты в этом мире, поэтому, естественно, предоставила служанке полную свободу действий, про себя отметив, что у неё самой волосы были распущены, только передние пряди собранына макушке в хвост, видимо, чтобы не лезли в глаза и не мешали работать.
Процесс создания причёски на моей голове занял достаточно продолжительное время — я даже успела немного заскучать. Однако конечный результат того стоил: мои волосы были заплетены в десяток мелких косичек, переплетённых между собой замысловатым узором и собранных на затылке в классический пучок, закреплённый изящной заколкой в тон моей одежды.
— Благодарю, Чала, — тщательно изучив своё отражение в зеркале, сказала я, повернувшись к служанке. — Ты хорошо справилась.
Девушка смущённо потупила взгляд, а на её щеках заиграл лёгкий румянец.
— Я не заслуживаю похвалы, госпожа, — отозвалась она.
— Заслуживаешь, — возразила я. — Пока можешь идти. Я позову позже.
Чала низко поклонилась мне и бесшумно покинула комнату, закрыв за собой дверь. Я же чинно опустилась на край постели, приготовившись ждать возвращения чатьена.
Долго моё ожидание не продлилось. Вскоре дверь вновь открылась, впуская в комнату моего надзирателя.
— Сегодня вечером ты будешь ужинать с семьёй, — бесцветным голосом сообщил он.
Я почувствовала, как по спине пробежали мурашки, а сердце на мгновение замерло, пропустив удар, чтобы затем забиться с удвоенной скоростью.
— Нельзя отказаться? — мой голос безобразно дрожал.
— Нельзя.
Я кивнула, за что была награждена суровым взглядом чатьена.
— Я выдам себя в первую же минуту, — обречённо проговорила я, прикрыв глаза рукой.
— Не выдашь, — Васт был привычно спокоен и отстранён, казалось, его совершенно не пугала перспектива разоблачения и последующей за ним казни. — Я помогу тебе.
В итоге весь день до самого вечера мы занимались отрабатыванием всевозможных поз и движений, которые мне могут потребоваться за ужином, а также повторяли самые распространённые слова и фразы. Мне это напомнило школьные годы, когда я состояла в театральном кружке и на репетициях оттачивала день за днём одни и те же реплики и действия.
Вечером чатьен Васт заявил, что сам поможет мне переодеться к ужину.
— Почему не Чала? — удивилась я.
Мой вопрос был благополучно проигнорирован, что, впрочем, случалось довольно часто, так что не вызвало у меня особого неудовольствия. Мой надзиратель, насколько я могла судить, в принципе был человеком неразговорчивым, и моё неуёмное любопытство зачастую его раздражало, хоть он и старался этого не показывать, но я ведь видела, как темнели его глаза, стоило мне начать пулемётной очередью выдавать вопросы один за другим. Или, как сейчас, начать задавать вопросы, которые чатьену казались глупыми или неуместными.
Пока я распутывала шнуровку на цэхине, в котором проходила весь день, Васт вытащил из небольшого мешочка, висевшего у него на поясе, с десяток мелких крючков и аккуратно разложил их на столе.
— Это поможет тебе поддерживать правильную осанку, — перехватив мой заинтересованный взгляд, объяснил мужчина.
Следом за крючками из мешочка появилась широкая полоска кожи с застёжками на концах, подозрительно напоминающая собачий ошейник.
«Это ещё что за БДСМ-игры?» — настороженно подумала я, краем глаза наблюдая за тем, как чатьен раскладывает чистую одежду на постели.
— Подойди ко мне, — уже на стадии завязывания ткани вокруг груди, коротко велел мне он.
Я не стала спорить и выполнила просьбу. Уверенной рукой Васт прикрепил принесённые крючки к ткани таким образом, что те расположились точно вдоль моего позвоночника, неприятно царапая кожу.
— Умный ход, — оценила я, сообразив, для чего именно чатьену понадобилось вносить изменения в мой гардероб. Эти крючки, плотно прилегающие к спине, не позволят мне сутулиться, причиняя дискомфорт, стоит мне только хоть на миллиметр отклониться от нужного положения. Просто и гениально! Надёжнее был бы только корсет, но я не уверена, что подобное здесь вообще существует.
У цэхиня в этот раз оказались двойные рукава: нижний, плотно прилегающий к руке, и верхний, длинный и свободный, как у ханьфу. Более того, вместо манжеты поверх нижнего рукава чатьен надел наручи из тонкого металла, напоминающие широкие браслеты, половинки которых соединялись между собой толстым штифтом с гнущимся в разные стороны наконечником.
Помимо цэхиня Васт надел на меня короткий шёлковый жилет на тон темнее платья, свободные полы которого соединялись между собой изящной брошью, состоящей из двух зажимов в виде бутонов какого-то неизвестного мне цветка, соединённых между собой тонкой цепочкой. Довершением моего наряда стал широкий воротник, полностью скрывший шею, под который чатьен спрятал кожаный ошейник, не позволявший мне лишний раз двигать головой.
— Готово, — объявил Васт, после чего отошёл от меня на шаг и окинул пристальным взглядом результат своих трудов.
— Я выгляжу как Сиреневая госпожа поместья Лундун? — с лёгкой ехидцей в голосе спросила я, пытаясь за ней скрыть нервозность.