Ночные мстители: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Еще в тот же вечер Яшек информировал о случившемся некоторых членов подпольного комитета. Те одобрили его поведение. Было решено, что Райнох на встречу не пойдет. Яшек должен был объяснить его неявку болезнью и условиться о следующей встрече, как можно больше отдалив ее срок. Встреча должна была состояться в Дрнгольце на вокзале. Штрамберкские подпольщики, так же как и Яшек, хотели выиграть время для того, чтобы до момента третьей встречи проверить в Остраве, действительно ли Цвирж выполняет поручения подпольного руководства партии или же работает в качестве тайного агента на гестапо. На случай, если к тому времени выяснить это им не удастся, встречу назначили на этой отдаленной деревенской станции, с тем чтобы проследить, один ли приедет Цвирж, каким транспортом и т. п.

Их осторожность себя оправдала. Хотя им и не удалось связаться с Остравой, но они установили, что Цвиржа на станции прикрывают двое мужчин и женщина. Это были Вагнер, Беккер и Людвикова. Яшек, который опять представлял командира группы, сообщил Цвиржу, что Райнох до сих пор не выздоровел.

Теперь уже и агент чувствовал, что штрамберкцы ему не доверяют. Он сообщил о своей догадке гестаповцам, как только Яшек, охраняемый двумя комсомольцами, исчез в темноте.

Немцы же продолжали считать, что только после ареста Владимира Райноха им удастся ликвидировать всю организацию. По их приказу Цвирж снова разыскал Яшека и договорился о следующей встрече в ресторане у Гейзика в Копршивнице.

Из поведения Яна Цвиржа и особенно из того, что его на станции прикрывали другие люди, подпольная организация в Штрамберке заключила, что Цвирж предатель, и приняла решение убить его. Приговор должен был привести в исполнение Зденек Гикел. После ухода Яшека с Цвиржем из ресторана Гикел должен был пойти за ними и в подходящий момент застрелить агента.

Однако события развивались совсем иначе. Гикел действительно пошел вслед за Яшеком и Цвиржем. Но по дороге им все время встречались люди, и удобного случая для того, чтобы выстрелить в предателя, не представилось. Так они дошли до завода «Татра». Дневная смена как раз окончила работу, и рабочие начали выходить с завода. Гикел принял решение. Он ускорил шаг, собрался уже выстрелить и затем в суматохе исчезнуть с Яшеком. В этот момент Цвирж оглянулся и, видимо догадавшись, что его ждет, бросился в поток людей. Благодаря этому он уцелел{18}.

Из его донесения остравское гестапо поняло, что положение можно спасти только немедленным вмешательством. Поэтому оно предприняло против местных подпольщиков крупную операцию. 18 февраля 1943 года рано утром завод «Татра», район Козины и улицы Штрамберка были заняты войсками, жандармерией и гестапо, подпольный комитет партии и много других людей — арестованы, в том числе и члены молодежной организации. Только нескольким комсомольцам удалось ускользнуть и с оружием, которое было при них, уйти в горы. Так образовалась боевая группа «Штрамберкские партизаны». Это произошло в начале 1943 года в районе Новый Йичин. В этот партизанский отряд вводили Ярослав Яшек, Йозеф Станислав, Йозеф Вержмиржовский, Яромир Шмаглик, Зденек Гикел, Ян Найвар и Мирослав Яшек{19}.

Уходом в горы кончается первый период подпольной работы штрамберкских комсомольцев. Это был период гораздо более легкий, чем тот, который ожидал их в будущем. Более легкий потому, что до этого им помогали опытные партийные работники, которые давали им советы и учили их; сами они могли свободно передвигаться, у них было где спать, что есть. Теперь они остались одни, без какого-либо опыта партизанской жизни. Ими руководило только страстное стремление к свободе. Они не знали, что их ожидает, но шли навстречу этому будущему.

Они внесли свой вклад в дело борьбы против оккупантов. С поразительной смелостью брались они за выполнение задач, которые ставил перед ними подпольный комитет партии. Они все делали самоотверженно, с полной отдачей, было ли то рытье бункера, распространение подпольной литературы или диверсия.

Разумеется, в их работе можно найти недостатки, вытекавшие из их неопытности. Недостатки имелись и в конспирации: каждый знал об остальных членах группы гораздо больше, чем следовало. На случай внезапного бегства других убежищ, кроме бункера, у них не было подготовлено, не было создано самых необходимых запасов, не хватало надежного оружия, патронов и пр.

Тем не менее остается фактом; что именно штрамберкская рабочая молодежь одной из первых выступила против оккупантов и, руководствуясь указаниями подпольного комитета партии, не упускала ни одной возможности для оказания сопротивления фашистским оккупантам. Их выступление наряду с целеустремленной подпольной работой партийных организаций и деятельностью партизанского отряда Якуба Билека оказало, бесспорно, большое политическое влияние на население далеко за пределами данного района.

После ухода комсомольцев в горы к ним присоединился Владимир Райнох, приняв командование группой.

Первые две недели штрамберкцы жили в летнем лагере студентов в Падоли в Бескидах. В бункер, построенный под мостиком через Седлничку, они не решились пойти, так как о нем знал Войта Вержмиржовский, который был в руках гестапо. Со временем они построили новый бункер в истоке речки Йичинка и приготовились к дальнейшим боевым действиям. В начале апреля 1943 года к группе присоединился Яромир Сопух, которого разыскивало на заводе гестапо, заподозрив его в саботаже.

Примерно 29 апреля 1943 года в лес прибежал Зденек Гикел с известием об аресте Мирослава Яшека и высказал опасение, что тот может выдать их убежище.

Партизаны тут же покинули бункер, так как полагали, что немцы будут искать их в этом районе, и перешли через долину на другую сторону в лес выше Бордовице. Там на крутом склоне горы Сташек они оборудовали себе новую стоянку. Ее составляли, собственно, три палатки и кухонный навес, прикрытые хвоей и листьями. Это была лишь временная база. Через несколько дней они предполагали вернуться в Бескиды, где более глухие леса, и построить там для себя новый бункер.

Весть об этой партизанской группе быстро разнеслась по окрестным деревням. Люди, которым удавалось бежать с подневольной работы на немцев или которым грозил арест, искали убежища у штрамберкцев. Так, Владимир Шмаглик, Мирослав Кельнар, Олдржих Соха и Ярослав Галамик, самоотверженно снабжавшие своих товарищей в лесу самым необходимым, содействовали побегу арестованных Алоиза Лапача из Пршибора и учителя Йозефа Гикела из Штрамберка, мобилизованного на работу в фирме «Роттер» в Новой Йичине, и провели их в группу Райноха.

Вскоре после этого среди партизан появился Владимир Шмаглик. Он работал вместе с Лапачем и Гикелом, и гестаповцы подозревали его в том, что он помог им убежать. После ареста его три дня допрашивали и били. Но он не признался и был выпущен с условием, что ежедневно будет являться в жандармский участок. Боясь, как бы гестаповцы не передумали и не пришли за ним снова, он сразу же после освобождения с большой радостью ушел к штрамберкцам.

Но больше всего партизаны обрадовались группе из трех человек, присоединившейся к ним 15 июня 1943 года. Это были советские граждане Анатолий Иванович Царев, Василий Дмитриевич Машков и Екатерина Лавровна Лысенкова.

Все трое бежали из Германии. Лысенкову угнали туда на работу, Машков и Царев бежали из лагеря для военнопленных. Днем 15 июня они шли по железной дороге Френштат под Радгоштем-Вержовице. На этом участке дороги они встретились с железнодорожником, который их остановил и пытался узнать, кто они и что делают на дороге. Узнав, что они говорят по-русски, он велел им следовать за ним на ближайшую станцию. Как раз в этот момент через путь переходили Ярослав Яшек и Ярослав Шмаглик. Они шли из лагеря к Дроздам в Бордовице за продуктами. На дороге они услышали спор, незаметно подошли к группе и, выяснив, в чем дело, взяли беглецов с собой.

На этом рост группы не прекратился. Гестаповцы каким-то образом узнали, кто помогал в побеге Лапачу и Гикелу. Но им удалось арестовать только Мирослава Кельнара. Олдржих Соха и Ярослав Галамик убежали и присоединились к отряду{20}.

Чем больше росли ряды партизан, тем больше обнаруживалась их неопытность, неподготовленность к жизни в горах, особенно в условиях постоянного преследования. Они не были знакомы с правилами конспирации, нередко проявляли растерянность. Они решили установить связь с партизанским отрядом «Искра», в котором действовали опытные коммунисты. Связались с Эдой Горкелом из Скленова, а через него с партизанами Якуба Билека. Билеку они предложили объединить оба отряда. Конкретное соглашение решили заключить в Сташеке.

Однако их замысел не осуществился. Штрамберкцам пришлось немедленно уйти из этого района. Палаточный лагерь обнаружил работник помещика Копельца, собиравший в лесу грибы. Он сообщил об этом Копельцу, тот старосте из Бордовице Конвичке, а Конвичка поспешил с этой вестью в жандармский участок. Штрамберкцев спасло только то, что лесник Паздера был связан с жандармами. Те ему сообщили, что им приказано провести ночью немецкую группу нападения в Сташек. Паздера тотчас послал своего сына в лес, чтобы предупредить партизан о надвигающейся опасности. Те успели ликвидировать свой лагерь и незаметно уйти в поле.

Предвидя новые облавы в лесу, партизаны посчитали самым верным на время уйти с гор и укрыться в местах, где немцы меньше всего могли их ожидать. Зденека Гикела, Алоиза Лапача, Йозефа Вержмиржовского и Владимира Шмаглика послали в Клокочев, чтобы оборудовать там убежище на старом заводишке по выпуску облицовочных плиток, где жила только семья Лапача. Остальные ушли в Зуберско и должны были перебраться в Клокочев, как только будет готово убежище.

В зуберских лесах штрамберкцы пробыли всего два дня. Преследуемые войсками, которые продвигались из Френштата в направлении к Годславице, прочесывая леса, они вынуждены были отойти к Моржкову, а затем в Штрамберк, где пробыли еще два дня в капелле св. Катерины. Затем, не имея возможности возвратиться назад, отошли к своим на завод. Чтобы меньше привлекать к себе внимание, разделились на три группы. Так они добрались к Лапачам, где их товарищи достраивали убежище.

Существование штрамберкской партизанской группы продолжало беспокоить гестапо. В июле оно произвело внезапные обыски квартир родителей и родственников членов группы. Однако эти действия не имели успеха, арестовать никого не удалось. Тут Мирослав Яшек вспомнил, что однажды, когда он был еще в группе, слышал о том, что в крайнем случае можно найти хорошее убежище на заброшенном заводе по производству облицовочных плит в Клокочеве. Гестаповцы решили обследовать и это место. Как назло, случилось так, что примерно через час после того как возвратились партизаны и ушли спать (это было 21 июля 1943 года утром примерно в половине третьего), дозорный доложил о необычном шуме на дворе (все партизаны были на чердаке, кроме Катерины Лысенковой, спавшей внизу у Лапачей). Ярослав Яшек быстро разбудил остальных, так как через щель в крыше увидел на дворе немцев.

В этот момент один из гестаповцев уже стучал в дверь. На вопрос Лапача, кто это, ответил: «Связной из Мезиржичи, откройте!» Лапач, прежде чем партизаны могли предупредить его об опасности, открыл и, ошеломленный, смотрел в дуло гестаповского пистолета. Видимо, и гестаповец был поражен тем, что его хитрость удалась, и продолжал стоять без движения, уставившись на перепуганного хозяина. Секунды шли, но никто не шевелился. Первой пришла в себя Лысенкова, которая вышла вслед за Лапачем в вестибюль. Она, раньше чем гестаповец успел понять, подскочила к двери, захлопнула ее и с помощью Лапача, который тоже уже опомнился, подперла ее железной жердью.

Итак, хитрость гестаповцам не удалась. Между тем партизаны уже рассредоточились по чердаку, заняли места у окон, ожидая команды открыть огонь. Они знали, что без боя им из этого дома не выбраться.

На предложение гестаповцев сдаться, обещавших, что им, мол, ничего не будет, никто из присутствующих не ответил.

Яшек понял, что против хорошо вооруженных немцев, которых к тому же было больше, они не могут долго и успешно бороться. Он вынул потихоньку из черепичной крыши несколько плиток и через образовавшееся отверстие хотел узнать, нельзя ли убежать в поле через овес, который рос почти у самой стены дома.

Но к тому времени немцы уже окружили здание. Яшек с крыши выстрелил в первого, кто появился из-за угла. Выстрел явился сигналом к бою. Завязалась ожесточенная перестрелка. Еще один гестаповец был убит. Немцы, не ожидавшие упорного сопротивления партизан, отступили, послав за подкреплением связного на мотоцикле. Воспользовавшись этим, партизаны спрыгнули в овес за постройкой и исчезли в полумраке. Никого из них даже не ранило{21}.