— У нас туристы, у нас приказ, в «Ястребе» нужны двое, истребитель не испытан, нет, нет и нет.
— Я полечу один. Если справлюсь — станция будет спасена. Если нет — вы успеете улететь.
— Гера, ты летчик, а не спецназ. Одному не потянуть, разделим американцев, пусть выводят корабли с туристами, я с тобой.
Если до этого спор шел между космонавтами Власовым и Иванычем, то теперь к ним добавился турист Макаров:
— Я спецназ! Вернее, в ВДВ служил. Нас учили, что невыполнимых задач нет, сеть слово «есть», что нужно делать?
Бортинженер покачал головой и устало произнес:
— Этого еще не хватало!
— Гера, скажи прямо, нам крышка? — Слава попытался перетянуть на свою сторону одного из космонавтов, спасаться бегством он не хотел.
— Крышка, если как можно скорее не покинуть станцию. Тогда шансы есть. Но в этом случае мы ее потеряем.
— Тогда я собираюсь умереть, как мужчина. Я служил, я умею водить самолет. Бери меня.
Гера, похоже, тоже ухватился за эту идею:
— «Ястреб» еще не испытывался в условиях космоса. Топлива в нем не так много, расстояние большое, можем обратно не дотянуть. Будем мы в этом летательном аппарате, как на пороховой бочке, одно неверное движение, бум, и баллоны с кислородом отправят нас ко всем чертям. Откажись, Слава. Пока еще не поздно. Это будет правильное решение.
— Нет, неправильное. Я готов. Один маленький вопросик. Зачем вообще нужен этот «Ястреб», если его еще ни разу не применяли, кого тут истреблять?
— А это на случай атаки незваных гостей, — подхватил разговор Константин Иванович, — Пришельцев то есть.
— Значит, они есть….
Макаров опустил глаза в пол и несколько секунд вглядывался в донный иллюминатор. Под ним была Земля, если смотреть из космоса, то наша планета прекрасна в любой ее точке. Возможно, совсем скоро его уже не будет на свете, и сам он превратится в космическую пыль. Станет ли жалеть Лика? Вроде бы, он начал понимать, что она хотела сказать. Когда у тебя есть деньги, ты найдешь кучу способов прожигать свою жизнь, более изощренных способ, чем когда денег нет, но сути это не меняет. Что он сделал для других, что успел? Но, собственно, вот он шанс! Русская троица уже напялила скафандры и была готова так или иначе покинуть станцию. Напряжение росло.
— Иваныч, минута до связи с Землей!
С этими словами Гера положил руку на плечо Макарова, посмотрел на него с уважением и выпалил:
— Ладно, герой! Можешь выдохнуть. Сегодня обойдемся без подвигов.
Константин Иванович мягко улыбнулся и добавил:
— Ты был не в себе, напряженный какой-то все время и надменный что ли. А в космосе так нельзя. Здесь в одиночку не выстоять. Только взаимопомощь и поддержка. Вот мы и решили тебя встряхнуть немного, разыграть. И случай подвернулся как нельзя лучше. А ты молодец, выдержал посвящение в космонавты, не сдулся.
Макаров открыл было рот, но слова застряли в горле. Такого беспримерного свинства от космонавтов, практически небожителей, он не ожидал. Слава уже почувствовал себя героем, преодолел страх и внутреннюю борьбу, зауважал себя. А тут одним махом его вернули с небес на землю. И ведь как натурально разыграли, как по нотам.
Предвидя вопросы от туриста, Гера быстро объяснил, что в случае угрозы для МКС, запускаются двигатели на пристыкованном к ней грузовом корабле «Союз». Это помогает передвинуть станцию, изменить высоту орбиты и избежать столкновения с космическим мусором. Однажды Иваныч с экипажем таким макаром почти три дня «убегали» от обломков и ничего, целы-невредимы. Вот и сейчас команде предстояло этим заняться. Под руководством Ценра управления полетами, конечно. История с «Ястребом» оказалась тоже полной брехней. Никакого тайного оружия не существовало. И это была самая сложная часть аферы, потому, что времени договориться не было, сочиняли на ходу.
— Скажи, хорошо сыграли?! Я думал, от смеха лопну, когда ты сказал, что хочешь умереть, как мужчина, — уже не скрывал веселья Гера.
— Оскар по вам плачет, — процедил сквозь зубы Слава.
Иваныч подмигнул ребятам, а потом громко и четко произнес: «Станция на связи. Центр, ждем ваших инструкций».
Вмешательства экипажа практически не понадобилось. Управляли маневром уклонения станции с Земли. Космонавты и туристы, на всякий случай, заняли свои места в кораблях. Долго длилось томительное ожидание, пока то, что недавно было ракетой и спутником, не пролетело мимо.
Десять дней пребывания Макарова на борту очень быстро подошли к концу. Стандартная туристическая путевка. Гера спросил, что Славик собирается делать на Земле.
«Открою сеть лунопарков. Знаешь, таких, чтоб планетарий был, и симулятор ракеты, и аэротруба, и горки тематические, много горок. А еще благотворительностью займусь. Каждый третий собранный рубль пойдет тебе на памперсы.», — Слава уже тоже не отказывал себе в удовольствии поддеть своих новых приятелей. Его отношения с экипажем все более походили на крепкую мужскую дружбу.
Космос научил его больше ценить то, чего он сейчас был лишен. Мечтать о простых вещах, например, о душе с ударением на первый слог. Но не только, он жаждал настоящего. Того, чего не купишь. Настоящих чувств, стоящих дел, радости отдавать, а не только поглощать. Макаров еще помедлил немного, прежде чем нырнуть в шлюзовой отсек и занять место в ракете рядом с Герой и китайцем, его ждало возвращение домой и Лика, она написала, она тоже скучала все это время.