Красный рассвет: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Хм, похоже тут собралась довольно спаянная компания знакомых, которых связывают не только рабочие отношения – подумал я, когда Семенович негромко хмыкнул.

Ладно. Начнем.

– После того, как вы услышали вердикт уважаемого Андрея Геннадиевича, думаю информация о множественности миров для вас большим сюрпризом не станет.

Сказал и замолчал, выдерживая паузу. Остальные не комментировали, ждали продолжения.

Ладно. Ладно. Продолжаем.

– Меня зовут Максим Царев, и я родился в две тысяча первом году в городе на Неве, в городе Санкт-Петербурге Российской Федерации. Переименован из Ленинграда Санкт-Петербург был в девяносто первом году, после случившегося в августе того же года развала Советского Союза, который в моей реальности полностью прекратил существование. Точка бифуркации, когда наши реальности разошлись, случилась в сороковых годах. В моем мире не было Третьей мировой, и история двадцатого века там прошла совершенно по-другому.

Снова замолчал. Меня по-прежнему ни о чем не спрашивали, все трое смотрели крайне внимательно. Понятно, что не верят пока, но после увиденных артефактов явного отторжения озвученной информации нет.

– Теперь перехожу к тому, о чем я просил меня выслушать. Попробую кратко и для начала общей картиной. В этот мир я попал в августе месяце прошлого года, в окрестностях города Ленинграда, тогда как раз в честь годовщины прорыва блокады дорожные знаки меняли. Свой мир я покинул в мае месяце двадцать первого года. Несколько месяцев я прожил в месте, которое называется Осколки, или Отстойник. Конец двадцать первого года и первая половина двадцать второго у меня просто потерялась. В ходе перемещения между мирами – это естественная аномалия, такое иногда бывает.

Так, что-то я уже кашу какую-то несу, не могу сообразить с чего начать и куда двигаться. Мне определенно нужна точка опоры.

– Ручку и бумагу можно?

Родионов, который слушая меня делал пометки в блокноте, молча достал из принтера лист бумаги. С ручкой возникла проблема – у Родионова своя, у секретаря своя. В органайзере на столе ручек не было, Андрей Геннадиевич повернулся было к оставленному на кресле в углу портфелю, но я с комментарием: «И так сойдет», взял со стола голубой маркер-текстовыделитель.

Потом посмотрел на чистый лист, задумался.

– Если брать вопрос множественности миров, то есть теория Колеса, которая подразумевает что обитаемых миров тысячи тысяч.

Я нарисовал сначала один круг, потом нарисовал практически наложенный на него второй, третий, четвертый, пятый… Замолчав, я продолжал рисовать круги, накладывающиеся друг на друга. Много кругов, собирая их в общую большую окружность, в колесо. Аккуратно не нарисовал, большую часть колеса отобразил грубой круговой штриховкой.

– Вот эта самая конструкция, очень условно отображенная, называется Колесо миров. Все миры Колеса отдалены от друг от друга. Отдалены временем: каждый из этих миров – это наша планета Земля. И, опять же условно, это колесо движется – во времени.

Я нарисовал несколько стрелок, показывая, что колесо вертится в движении.

– Иногда миры отделяют друг от друга минуты или даже секунды, – ткнул я на два наслаивающихся друг на друга круга, а потом провел линию через всю внутреннюю часть окружности на противоположную сторону: – Или же, если миры на разных сторонах Колеса, их отделяют друг от друга миллионы лет. Кроме того, скорее всего во Вселенной есть еще другие обитаемые миры, много таких мировых колес, никак не связанных с нашей… с нашими планетами.

Пытаясь подкрепить слова рисунком, я начал рисовать еще одно колесо из накладывающихся друг на друга окружностей, но глядя на заполненный каракулями лист быстро понял, что полная фигня получается.

– Можно еще лист?

Родионов молча достал из принтера следующий лист, положил передо мной. Я отвел в сторону расчирканный с двумя «Колесами». Ну, не художник я, умение рисовать не входит в число моих достоинств.

На втором чистом листе, решив больше не удивлять каракулями, я изобразил один простой и аккуратный небольшой круг.

– Представим, что это часть Колеса. Планета Земля. Тот мир, из которого пришел я. – Давайте чтобы не путаться, назовем ее планета Зэ, Зета – нарисовал я букву «З» внутри круга. После этого в стороне от планеты «З» нарисовал второй круг.

– Мир Зета, мой родной мир, оказался связан с неведомой планетой, – постучал я маркером по второму кругу. – На Землю эта планета не очень похожа. Скорее всего, это вовсе не копия нашей планеты, а часть другого Колеса миров, хотя утверждать не буду. В том месте где я был, на Осколках, этот мир называют Валлирант. Давайте я для простоты назову эту планету «В», Вита. Эти два мира, эти две планеты, связаны не напрямую, они связаны через пространственно-временную аномалию, через Осколки, о которые я уже упоминал.

На листе бумаге, пока говорил, между двумя планетами я попробовал нарисовать конструкцию, схожую с группой летающих островов. Получилась задумка плохо, выглядел результат словно плотная гроздь грибов-поганок в пространстве. Ну ладно, и так сойдет. Подумав, прерывистой линией соединил все три элемента: сначала мир «З» с Осколками, и после уже Осколки с миром «В».

– Связь этих миров, этих двух планет, возможна только через Отстойник, он же Осколки. Осколки миров, как я уже сказал, – это аномалия, возникшая на месте небольшого взрыва на стыке реальностей. Это части сразу нескольких погибших миров, которые заселены людьми, попадающими туда самыми разными способами. Сейчас Осколки соединены с планетой «В» постоянными порталами, а также с планетой «З», из реальности которой пришел я, порталами непостоянными. И, что немаловажно, связь с моим миром на Осколках уже постепенно теряется. Помните, я упоминал о том, что Колесо миров движется? Так вот, все планеты движутся во времени и пространстве. И если с планетой Вита Осколки связаны прочно, якорными порталами…

Росчерк связи мира «В» и Осколков я сделал непрерывным и выделил жирным.

– Здесь связь постоянная, заякоренная, а вот с моим родным миром Зета такой связи нет, и сейчас он от Осколков отдаляется. Теперь мы подходим к самому главному.

На рисунке после этих моих слов у мира «З» сначала нарисовалась стрелочка указывающая движение вправо, а после слева от «З» появилась третья планета. Через миг размышления внутри третьего шара появилась буква «А».