— Не будет гаража! — тяжело дышал Витька прямо в лицо Федьке.
— Не твоя земля! — шипел под ним Победимов.
— И не твоя! Не твоя!
Они снова катались по снегу. Борьба шла с переменным успехом, и неизвестно, чем бы кончилась, если бы их не растащили в разные стороны. Витьку держал за плечи Федькин отец, а Федьку — старик, Никитин.
— Что за шум, а драки нет? — весело говорил Победимов-старший.
— Откуда здесь взялись кирпичи? — строго спрашивал Никитин.
Мальчишки наперебой принялись объяснять про самосвал, каток и гараж, но взрослые, отпустив их и не слушая, уже говорили друг с другом всерьез, и Витька, отряхивая пальтишко шапкой, прислушивался.
— У меня официальное разрешение райисполкома, — сказал Федин отец и достал из кармана бумагу.
— Вы будете иметь дело с общественностью, — сказал Никитин, даже не взглянув на бумагу. — Гараж ваше частное дело, а территория вокруг дома принадлежит прежде всего вот им! — Никитин показал рукой на Витьку и Федю.
Через несколько дней гараж для Победимовых начали строить. Но не на том месте, куда сперва свалили кирпичи, а с другой стороны дома, рядом с помойкой.
Все воскресенье Витька с ребятами гонял на катке шайбу. Ольга Ивановна кричала в форточку:
— Витька-а! Иди обедать!
Но Витька только отмахивался. Какой может быть обед, если его команда проигрывает со счетом 28:30?
Домой вернулся разгоряченный, красный, как редиска, но зато с победой! Решающий гол он забил сам: шайба попала на клюшку, впереди никого не было, он рванулся к воротам и с ходу вкатил туда штуку.
Воротами служили магазинные ящики.
Все остальное было как в настоящем хоккее.
По телику передавали мультфильм «Ну, погоди!»
Свирепый волк с голосом артиста Папанова гонялся за беззаботным зайчишкой и все время попадал впросак.
Витька не раз видел эти забавные серии и в кино, и по телевизору, но не смог отказать себе в удовольствии посмотреть еще разок, тем более что на столе лежали учебники и тетрадки, которые не вызывали у Витьки ничего, кроме страдания.
Когда зайчишка и волк пронеслись стремглав мимо дрыхнущего носорога и очутились в павильоне кривых зеркал, Витька услышал, что пришла Зоя.
— Зоя! — закричал Витька, не отрываясь от экрана. — Иди скорей, мульти-пульти передают!
Но Зоя не спешила.
Она разделась, сменила туфли на шлепанцы, прошуршала в них к телефону, позвонила кому-то и, сказав несколько слов, положила трубку. Потом зашла на кухню, приоткрыла кастрюльку на плите, но есть ничего не стала.
— Знаешь, — сказала она Витьке, — а Толя, наверно, скоро уедет во Вьетнам.
— Толя Плужников?! — воскликнул Витька и сразу выключил телевизор. — Но там же война!
— В том-то и дело, — грустно сказала Зоя.
Витька давно не виделся со своим другом Толей Плужниковым, и Зоино сообщение потрясло его. Невольно вспомнились кадры из кинохроники и газетные снимки: взрывы бомб, огонь напалма, обломки сбитых самолетов, нацеленные в небо ракеты.
Но Зоя сказала: